Золотая пташка
Шрифт:
Что некого спасать.
— Черт, — снова цежу я сквозь зубы, страх и гнев сжимают мое горло.
Китт приближает нас, но ливень стрел внезапно обрушивается с неба. Мы пытаемся увернуться, но одна стрела попадает Тайду прямо в руку. Кровь брызжет из него, когда он вскрикивает от боли, его спина ударяется о мою, когда он дергается в седле.
— Меня ранили, командир!
Мои нервы на пределе, напряжение в теле сводит руки и заставляет пульс барабанить. Еще одна стрела почти пронзает Китт, ее грудь спасает только толстая кольчужная броня, надетая на ней. Тайд вздрагивает от ее резкого движения, и его лук со стрелами выпадает из рук.
— Держись! — кричу я ему через плечо.
Быстро взглянув вниз, я замечаю группу фэйри, стреляющих в нас. Они на нашей стороне разлома, дюжина из них целится из луков в наших тимбервингов. Роланду и Гидеону удается поразить двоих из них, но нас превосходят числом.
Когда я начинаю разворачивать Китт, мой взгляд цепляется за черные нагрудники и шлемы. Черные — а не тусклый цвет каменистой брони фэйри.
Мастон и Финли?
Я пытаюсь разглядеть, но снег падает все быстрее, и я слишком далеко.
— Тайд! По левому флангу!
Тайд напрягается, чтобы взглянуть в том направлении, и мое сердце бешено колотится.
— Это они. Застряли. Их тимбервинг упал. Они под обстрелом и беззащитны. — Он докладывает сквозь сдавленные стоны, и я знаю, что его рука, должно быть, болит, как у сукина сына.
Но я не могу оставить их там.
Установив взгляд на точки черной брони, я направляю Китт к ним, и она летит так быстро, как может. Когда мы подлетаем ближе, мои люди становятся видны четче, и я вижу то, что уже заметил Тайд. Их тимбервинг, мертвый, лежит на узкой полоске разбитой земли рядом с ними. Они окружены трещинами, слишком широкими, чтобы их перепрыгнуть. Они — сидячие утки, используют свою мертвую птицу как укрытие, но атакующие их фэйри безжалостно стреляют из луков.
Мы мчимся сквозь хлещущий снег, мое внимание приковано к ним, но у меня падает сердце, когда я вижу, как один из них падает — стрела вонзилась ему в шею.
Мастон.
— Нет!
Финли пытается добраться до него, но его тоже сражают наповал, и из моей глотки вырывается яростный рев.
— Давай! — кричу я Китт.
Внезапно шар зеленого света летит в нас сверкающей полосой. Огонь почти врезается в шею Китт, и она пронзительно кричит, резко взмывая вверх, крылья дико хлопают.
Тайд стонет от боли, когда его снова подбрасывает. Еще один порыв света почти попадает в меня, но Китт ныряет как раз в нужный момент с ревом.
Затем мой тимбервинг смотрит вниз на землю, сужает свои переливающиеся глаза и пикирует.
— Китт, нет!
Я пытаюсь заставить ее подняться, но она полностью игнорирует мои команды. Она сфокусировалась на своей добыче, слишком зла, чтобы слушать меня.
Еще один зеленый шар летит в нас, но она дергается в сторону, избегая его, не останавливаясь. Внизу фэйри-маг начинает швырять очередную горсть, но когда понимает, что она почти нависла над ним, он кричит и пытается нырнуть в сторону.
Это не срабатывает.
Раскрыв пасть, полную острых как бритва зубов, она пикирует вниз, смыкая челюсти на голове фэйри и обрывая его крик. Китт поднимается дугой, тряся фэйри как тряпичную игрушку и обезглавливая его в процессе. Она отбрасывает остатки его тела и летит обратно вверх, кружа, в то время как фэйри внизу разбегаются.
За исключением одного лучника, который направляет свою стрелу прямо на нее.
Это происходит медленно — словно время сжато в кулаке. Я смотрю, как стрела целится в нее. Я дергаю поводья, пытаясь сдвинуть ее, но ее охотничий инстинкт переполняет ее. Она слушается его, а не меня.
Она не шелохнется, не двинется с места, даже когда я тяну изо всех сил, поводья врезаются мне в ладони. Рев предупреждения срывается с моих губ, приказывая ей вернуться, но слишком поздно.
Слишком поздно для меня.
Стрела вонзается с тошнотворным хлюпаньем, от которого у меня падает живот, пронзая ее прямо в глаз.
Я кричу, мой собственный голос сталкивается с криком Китт, который внезапно обрывается. Все ее тело обмякает, когда мы начинаем падать, земля стремительно приближается, а мы с Тайдом ничего не можем сделать, кроме как держаться.
— Приготовься! — предупреждаю я его, и секунду спустя мы падаем.
Мы приземляемся тяжело, в облаке снега и хрустящих костей моего тимбервинга, и у меня тоже что-то хрустит внутри.
Кулак, сжавший время, разжимается. На земле всё становится намного быстрее и громче. Крики, раскалывающаяся земля, залпы катапульт.
Мы на узкой полоске снега с зияющими пропастями по обе стороны, и когда я резко поворачиваю голову, я вижу бегущих на нас фэйри с обнаженными мечами.
— Тайд!
Как можно быстрее отстегнувшись, я вырываюсь из седла и выхватываю меч из ножен, спрыгивая со спины Китт. Трое солдат-фэйри мгновенно оказываются на мне, и я едва успеваю встретить клинок первого.
Яростное горе от гибели моего тимбервинга подпитывает мои движения, и все остальное исчезает из моих мыслей, кроме жажды убивать.
Годы тренировок и боев берут верх.
Я блокирую атаку меча солдата-фэйри, камень звенит о металл. Еще один пытается подойти слева, но я опускаю клинок достаточно, чтобы оттолкнуть первого, а затем бью его ногой по коленям, какого хрена, изо всех сил.
Он отлетает назад, а я наступаю, взмахивая мечом к его шее и перерезая горло еще до того, как он успевает твердо встать на ноги. Развернувшись, я снова встречаю клинок другого фэйри, кружу вокруг него, нажимая на свое преимущество и блокируя его удары, помня каждую уязвимую часть их брони.
Когда он поднимает руки выше, чтобы заблокировать еще одну мою атаку, я выхватываю кинжал с пояса и вонзаю его в открытую часть его подмышки.
В ту же секунду, как он колеблется, я снова хватаю меч обеими руками и пронзаю его сквозь броню в слабом месте между двумя камнями. Он падает на землю, а я вытаскиваю из него кинжал и поворачиваюсь, выискивая третьего фэйри. Страх пронзает меня, когда я вижу, что он движется к Тайду.
Тайду, который до сих пор не смог отстегнуться от седла, одна рука бесполезна из-за пронзившей ее стрелы, а в другой он неловко держит меч.
Сжав руками меч и кинжал, я прыгаю вперед как раз в тот момент, когда фэйри выбивает оружие из хватки Тайда. С криком я рублю по шее фэйри, стиснув зубы, глаза полны ярости.
Кровь брызжет из раны и заливает его шлем. Он круто разворачивается, чтобы посмотреть на меня, но слишком поздно. Я нанес смертельный удар. Его глаза широко распахиваются, прежде чем он падает на землю, его кровь окрашивает снег.