Чтение онлайн

Чез зарычал. Зар опасался, что пес, реагируя на боль, может цапнуть, но, похоже, у того уже не оставалось на это сил.

Дотащив пса до верхней ступеньки, Зар резко выпрямился и зажег огонь. Свет проник в небольшой предбанник. Внутри было пусто. Зар убрал огонь и, погрузившись во тьму, втащил Чеза внутрь.

Туловище пса стало скользким от крови. Зар ощущал, как кровь поливает его руки прямо из раны. Псу оставалось немного, – это чувствовалось по тому, как напряжение уходит из его тела, как слабеет вой.

– Эх, приятель, – вздохнул Зар. – Что ж ты такой отчаянный?

Подтащив тяжело дышащего Чеза к стене, Зар опустил его, вытер ладони об пол и поднялся.

Осветив предбанник, он сперва глянул на себя (весь в крови!), затем осветил внутренний вход. Подумалось, что волк, который скрывается где-то здесь, окажется и хитрей, и сильней остальных. Ведь он вроде как начальник караула. Что он тут стережет?

Из глубины помещения повеяло затхлостью.

Зар был готов как к внезапному нападению, так и к тому, что зверь может таиться в засаде и ждать удобного момента. Но, шагнув внутрь и осветив довольно большую квадратную залу, он увидел то, чего ожидал меньше всего.

Держась руками за широкую каменную тумбу, спиной к входу стояла девушка с черными волосами до плеч. Увидев, что на стены упал свет огня, она вздрогнула и обернулась. Это была Елена, внучка Митры.

16

Елена с ужасом смотрела на Зара, но через несколько секунд узнала его.

– Ох, как же ты меня напугал, – прошептала она. – Значит, это ты устроил шум перед храмом… Ты всех их убил?

– Откуда ты здесь, Елена? – воскликнул он. – Где Митра? Где все остальные?

Девушка быстро шагнула к нему, прислоняя палец к губам.

– Тише… Они могут нас почуять. Они повсюду здесь… Боже, да ты весь в крови. Бедняжка… Ты ранен?

– Это не моя кровь. Волк загрыз несчастного пса.

Зар осмотрелся в поисках волка, но того не было видно.

– Пса… – задумчиво повторила Елена, будто пытаясь понять смысл сказанного. – Пса – это ничего… Главное, чтобы ты сам был цел. Тебе следует беречь себя, дорогуша. А сейчас нам обоим надо срочно уходить отсюда, иначе они тебя уничтожат.

Дорогуша? Чего это ее потянуло на сюсюканье? И как она вообще тут оказалась?

– Они – это кто? – Зар поднял повыше руку-факел. Потолок был покрыт незнакомыми символами, а также изображениями людей, быков и каких-то мифических животных. Этому потолку лет сто пятьдесят, не меньше.

– О-о… – вздохнула Елена. – Вижу, ты так ничего и не понял. Но, может, это даже к лучшему. А то ведь они знаешь какие опасные…

Тут она с гнлянула на его левую руку, и ее глаза странно сверкнули.

– Ремешок, – сказал Зар. – Это из-за него я…

Вдруг он понял, что давления больше нет. Зар хмыкнул и поднял руку. Напитавшись кровью Чеза, ремешок превратился в мокрую тряпицу. Теперь он уже не стискивал руку, а безжизненно с нее свисал. Достаточно как следует тряхнуть кистью, и он шлепнется на пол. Так Зар и сделал.

– Ты с ума сошел! – завопила Елена. Зар уставился на нее, не зная, удивляться или нет. Лицо Елены перекосилось не то от гнева, не то от страха, словно только что Зар совершил ужасную, непоправимую ошибку.

– Ты чего? – спросил он. – Это же чертов заколдованный ремешок. Что-то вроде метки. Мне его во дворце подсунули. Я сам не заметил – как. Кажется, эта тварь хотела, чтобы я на нее работал. А теперь, похоже, эта дрянь перестала действовать.

– Подними его, – прошипела Елена. Лицо ее еще больше перекосилось, и сама она вся как-то подозрительно съежилась-скукожилась, руки сжались в кулаки, лоб наморщился, глаза потемнели. Что-то знакомое увидел Зар в этой ее ярости.

Он глянул на ремешок. Тот был неподвижен. Кровь Чеза каким-то образом его парализовала.

– Зачем мне эта дрянь? – медленно спросил Зар, вытянув руку с огнем к Елене – так, чтобы лучше было видно ее изменившееся лицо. – И куда, черт побери, подевался волк? Большой такой. Зубастый. С хвостом. Я своими глазами видел, как он сюда вбежал. И какого хрена здесь как в холодильнике?

– Просто… подбери… его… – прошептала сквозь зубы Елена, все больше изменяясь. – Подбери и уйди. Он не станет тебя терзать, обещаю… Только ты должен пойти во дворец. Там тебя ждут. Иди…

В эту секунду огонек задрожал, и Зар почувствовал, что запас энергии в нем быстро иссякнет.

Елены уже не было. На ее месте стоял выродок Хеш. На этот раз глаза его не дымили. Сейчас они напоминали два незаживающих рубца, в центре которых чернели отвратительные свищи.

Мысль о том, что в этом нелепом существе все еще может каким-то образом жить мальчишка, обнаруженный в подвале, удерживала Зара от немедленной расправы. На всякий случай он поднял обе руки и угрожающе нацелил их ладонями на Хеша. Тот злобно ухмыльнулся и исчез, словно его здесь и не было.

Зар быстро подошел к тумбе, у которой только что стоял выродок. Поверхность тумбы представляла собой четырехгранное углубление с отверстием в центре. Сток, черт его побери. Сток для крови.

Присмотревшись, Зар увидел на камне вокруг отверстия бурые пятна. Эта штука – что-то вроде алтаря, подумал он. Должно быть, тут жрецы приносят кровавые жертвы своим богам. Что же это за боги? Чудо-юдо, которое в Аншане живет, – не один ли из них?

Зар посмотрел вверх. Каменный наплыв вроде массивного короткого сталактита свисал с потолка. В центр его был вмонтирован мощный крюк. Так-так… вот сюда жрецы и вешали несчастную животину, прежде чем брюхо ей вспороть.

Представился жрец Нахат – толстый, черный как эфиоп, в бусах и с огромным ножом. Вот гад, под носом царя привел в город своих злобных духов.

То ли от этой мысли, то ли от всего, что пришлось в эту ночь пережить, Зар почувствовал в теле такую слабость, что захотелось присесть. Однако место не годилось для отдыха. Было здесь неуютно и уныло.

Огонек стал уменьшаться. Может, стены храма забирают силы? Уходить надо.

Зар опять взглянул на ремешок. Кровь не нем утратила блеск, стала матовой. Что, если, высохнув, ремешок вернет себе силы?

(Уничтожь ремешок в храме Варуны.)

Действуя по странному наитию, он подобрал с пола ремешок и, взобравшись на алтарь, погасив огонь, на ощупь привязал пакостную удавку к крюку на несколько крепких узлов.

– Тут и виси, – заключил он, спускаясь.

Опершись на алтарь, отдышался. Силы все больше покидали его.

– Проклятье, – процедил он сквозь зубы, силясь зажечь огонь. На этот раз из ладони даже искорки не возникло.

Выставив руки вперед, Зар вслепую двинулся к выходу. Ноги отяжелели, каждый шаг давался с трудом. Казалось, что-то сдавливает его со всех сторон. Пол становился все холоднее, все тяжелей и смраднее дух.