Чтение онлайн

МЕРЛ: Ладно, цыплята, хватит ссаться и плакать. Один раз перепрыгнул – перепрыгну и во второй раз.

Берет разбег. Андреа бросается ему наперерез.

АНДРЕА: Ты совсем с ума сошел?!

МЕРЛ: Барби, я так-то прыгал уже!

АНДРЕА: Прыгал – и тебя ребята вытаскивали! Кто сейчас тебя будет тащить? На одной руке не подтянешься!

МЕРЛ: Проверим?

Андреа не на шутку паникует.

АНДРЕА: Мерл, если ты прыгнешь, я... не знаю. Я с тобой не разговариваю тогда.

МЕРЛ: Тю! И дня не выдержишь.

МИШОНН: Мерл, кому станет легче, если ты разобьешься?

МЕРЛ: А если не разобьюсь – добуду топор в старом домишке. Сможем деревья зарубить, Губера, ну и всякое такое.

ГУБЕРНАТОР: Диксон, тебя к дереву привязать?

ШЕЙН: Да не, пусть прыгает, че – нам же больше еды достанется.

МЕРЛ: Если вы ее найдете, еду эту. Без топора!

ШЕЙН: Дебил, ты на кого с топором-то охотиться собрался?

МЕРЛ: Самое время тощего сожрать! Про вендетту слыхал?

Кусты за их спинами трещат.

МЕРЛ: Вот и обед пожаловал.

Но к расщелине выходят только Тара, Мартинес и Дэрил, которого все приветствуют с большим удивлением.

ТАРА: Угадайте, кто вчера ушел дуться в лес и понятия не имел, что случилось.

ДЭРИЛ: (слегка смущен) Лежу, сплю, слышу – орут.

МЕРЛ: Братишка, ну ты и лошандра! Мог бы сейчас на полном пансионе жить. (внезапно мрачно) Если БэБэ Дрюне пожрать не даст... Пиздон-гвоздон, извиняйте мой французский.

МИШОНН: Ни Дрюня, ни Бусинка, ни наши курицы перед Большим Братом ничем не провинились. Вряд ли он оставит их в беде. Гарета, я так понимаю, не нашли?

МАРТИНЕС: Умотал в неизвестном направлении.

МИШОНН: Дэрил, даже след взять не удалось?

Троица задумчиво молчит.

МИШОНН: Ау?

МАРТИНЕС: Дэрила-то мы уже у дома встретили... Подумали – чего на пляж возвращаться.

АНДРЕА: Ох, да ради бога, у него же...

ТАРА: День рождения! Я говорила этим двоим.

ДЭРИЛ: Хренли толку от этого дня рождения? Чем вы его поздравлять собрались?

МАРТИНЕС: Вот именно, лучший подарок ему – отдых от наших рож.

ТАРА: Вы просто лишний раз доказываете, что у мужиков сердца нет.

ШЕЙН: Это что, надо тощего облизывать, чтобы про сердце доказать? К черту. И потом, Мишонн на нашей стороне.

ТАРА: Неправда, она... (смотрит на Мишонн) Эй?

МИШОНН: Я ни на чьей стороне. Мне жаль, что Гарет потерялся в свой день рождения. Но он за восемьдесят дней на этом шоу не заслужил того, чтобы мы все бросили и искали его.

ГУБЕРНАТОР: Правда истинная. Нам нужно позаботиться о еде, а не о благе отдельно взятого засранца.

МИШОНН: Найдем еду, организуем лагерь, и подумаем о Гарете, окей?

Шейн хмыкает.

ШЕЙН: Вот так и закатилась слава этого говнюка. Стоило только Бет домой отправить.

ТАРА: (внезапно пихает его в плечо) Не говори так! Я скучаю по ней. И Бет бы не дала вам сейчас так поступить.

МАРТИНЕС: Дай уж насладиться тишиной, без этого нытья в стиле “Гарет хороший”.

МИШОНН: (терпеливо) Бет встала на сторону Гарета, потому что не видела, на что он способен. Но ты-то, Тара.

МАРТИНЕС: Вот именно. Я тоже не видел, но сразу все просек.

ГУБЕРНАТОР: Ты просто легко поддаешься чужому влиянию.

МАРТИНЕС: Че...

ТАРА: (Мишонн) Я не встала на его сторону. Он козлина и жопа. Но козлина и жопа, у которого днюха. А днюха – это святое.

АНДРЕА: Дело даже не в дне рождения, а в том, что мы все в экстренной ситуации – и сразу же бросаем одного из нас.

ШЕЙН: Бла-бла-бла. Началось, лекции имени Дейла. Только мы говорим не об одном из нас, а о дрыще, который нас всех ненавидит. С хера мы должны о нем заботиться?

АНДРЕА: (махнув рукой) Делайте что хотите.

МЕРЛ: Так, щас все ЗАТКНУЛИСЬ!

Тыкает пальцем в Андреа.

МЕРЛ: Вот этой упрямой кукле нужно жрать как в больничке, ясно вам? Бульен-хульен и мясо вареное. Тако, штопор принес?

МАРТИНЕС: Держи.

МЕРЛ: Диксоны идут охотиться. А вы, дебилы, чтоб кастрюлю нашли к нашему приходу! Пошли, братишка.

Уводит Дэрила в лес.

ГУБЕРНАТОР: Хоть у кого-то включились мозги.

МАРТИНЕС: И где мы ему кастрюлю возьмем?

Участники напряженно думают.

ШЕЙН: Любовная пещера. Идем туда.

МИШОНН: Точно!

АНДРЕА: (в шоке) Вы о чем?

ШЕЙН: Мы устраивали там сауну, поливали камни из ковшика, и...

МИШОНН: Давай без лишних воспоминаний, меня все еще мутит.

ШЕЙН: Мартинес, дуй в пещеру за ковшом.

МАРТИНЕС: Э? Как бы, это... Отсоси, не?

ШЕЙН: Ты какую-нибудь пользу собираешься приносить?!

МАРТИНЕС: А ты так и будешь делать вид, что главный?

Андреа, вздохнув, молча идет по направлению к любовной пещере.

МИШОНН: Так мы останемся здесь?

ТАРА: Если Гарет рано или поздно выйдет к ручью, он может увидеть вашу надпись. Тогда он придет сюда.

МАРТИНЕС: Не факт, что выйдет именно в это место. Да и потоптались мы по той надписи.

ШЕЙН: Еще раз услышу слово “Гарет” – и я за себя не ручаюсь.

Тара, надувшись, сидит у дерева и ковыряет дырку на своем кроссовке.

ТАРА: ...а знаете вот чего. Когда мы в первый день с Риком встретили Гарета в лесу, он был очень дружелюбный. И сказал, что ни с кем не хочет ссориться. А Рик сразу полез его убивать. Прикиньте, если он хотел здесь новую жизнь начать, а мы ему все сломали?

ГУБЕРНАТОР: Тара, на это шоу люди идут не чтобы новую жизнь начать, а чтобы получать десять тысяч ежемесячно до конца жизни. Прекращай быть такой наивной.

МАРТИНЕС: Вот именно. Как он, по-твоему, собирался это делать – покорять зрителей своей ебунской челочкой?

Пока Диксоны добывают мясо, остальные участники начинают потихоньку обустраивать новый лагерь. Шейн, Мартинес и Губернатор приносят несколько досок, оставшихся от разломанного дома, и побитый дождями матрас. Ломая ветки и молодые деревья, они сооружают подобие шалаша. Андреа собирает хворост для костра. Так как все поминутно прикладываются к бутылкам с водой, запасы приходится восполнять, и Мишонн с Тарой отправляются к ручью. Когда костер уже разожжен, возвращаются Мерл и Дэрил.