Чтение онлайн

Шатохин не возражал бы, если кто-то другой занялся бы выяснением обстоятельств кражи из квартиры старого знакомого. И вовсе не потому, что после встречи с потерпевшим во многом утратил к нему интерес. Истекал срок расследования другого дела, которое на контроле у генерала, а многое еще оставалось неясным, требовалось максимальное приложение сил. Принятие к одновременному ведению еще одного дела может отрицательно сказаться на обоих.

Наедине Шатохин изложил свои соображения начальнику отдела.

— Выполняйте, Алексей Михайлович, — был ответ Пушных. Он не любил отменять своих решений. — Активнее подключайте Хромова, больше доверия ему. Он, по-моему, толковый парень, пусть по вашему плану работает.

Шатохин так и поступил. Квартирной кражей в этот день практически не занимался. Поинтересовался заключением эксперта. Существенного ничего: замки во входных дверях не ахти какой сложности, секретности. Подбирая ключи, пользуясь отмычками, вор не затратит на них много времени. Отпечатков пальцев посторонних в квартире Натропанских не обнаружено.

— Поезжай на Саратовскую, повидайся с отсутствовавшими из пятой квартиры, — дал задание лейтенанту Шатохин. — И все краденые вещи нужно постараться взять на контроль. Это сделай незамедлительно.

Шатохин передал для ознакомления составленный женой профессора список похищенного и, занятый своим, больше не отвлекался на разговор с Хромовым.

Кажется, дело о квартирной краже на Саратовской улице не потребует много сил и времени.

Шатохин подумал так, когда в конце следующего рабочего дня выслушал доклад Хромова.

Девять лет работы в розыске научили Шатохина не делать скоропалительных выводов, с осторожностью верить в быструю удачу даже при очевидных подчас данных. Однако на сей раз, похоже, дело, впрямь, не войдет в разряд головоломных. В скверике наискосок от книжного магазина «Букинист» некий Сергей Дыменко, парень лет двадцати-двадцати двух, проживающий по улице Космонавтов, час назад продал за двести рублей восьмитомник сказок «Тысяча и одна ночь». По примете — коричневый кругляшок с пуговицу от рубашки на корешке четвертого тома — собрание арабских сказок относится к похищенному из квартиры профессора. Не исключено, конечно, совпадение, но едва ли, едва ли... Кому продал? Фамилию Хромов пока не установил, но что имя покупательницы Люба и она официантка ресторана «Весна», — за это ручается.

— Заняться парнем? — спросил совета Хромов.

— Не нужно. Сначала официанткой. Кто знает, для каких целей купила? Себе, в подарок или еще перепродать? Пока не уплыли книги от Любы, — Шатохин сделал ударение на имени, тем самым давая понять, что нужна фамилия, срочно, в первую очередь, — предъяви потерпевшим.

— А Дыменко? С ним как?

— С улицы Космонавтов, — задумчиво сказал Шатохин. — Там опытный участковый. Ветров. Если что водится за парнем, он обязательно в курсе. Я свяжусь сам. А ты — молодец, что выяснил данные о продавце, и зря отпустил так надолго покупательницу из поля зрения. Не откладывай встречи с ней.

— Есть.

— Протоколы не забывай писать, — напутствовал подчиненного.

С минуту, оставшись в одиночестве, Шатохин глядел на папку с все еще незавершенным важным делом, колебался: может, не стоит хотя бы до завтра отвлекаться, потом набрал номер участкового.

Шатохин сказал лишь, что хотел бы проконсультироваться, получить сведения об одном человеке и лучше не по телефону. Он еще не имел конкретного предложения, где и когда встретиться, — участковый сам вызвался зайти.

— Я через несколько минут освобожусь, — сказал Ветров мягким бархатистым голосом, — и как раз мимо управления буду проходить. Через полчаса буду.

— Хорошо, Петр Афанасьевич.

Спустя ровно полчаса участковый, пожилой сухощавый лейтенант, пожимал руку Шатохину.

Лицо участкового светилось приветливой улыбкой. Пышные, аккуратно подстриженные усы придавали улыбке особое неповторимое добродушие.

Шатохин познакомился с участковым вскоре после того, как его перевели из Нежмы в УВД края. Еще тогда невольно подумал, что при таком вот броском добродушии, обходительности и мягкости Ветрову лучше бы не в органах служить, а во Дворце пионеров или в школе вести кружки, учить мальчишек мастерить, конструировать. Сходные с шатохинскими мысли при встречах с Ветровым рождались у многих сотрудников УВД. А между тем пожилой лейтенант неизменно многие годы к Дню милиции назывался в числе лучших участковых инспекторов края. И вовсе не за добродушие и обходительность пять лет назад был награжден орденом Красной Звезды...

Дважды называть фамилию продавца книг Шатохину не потребовалось. Сергей Дыменко? Конечно же, участковый его прекрасно знает. Не первый год. Что представляет из себя? Студент-третьекурсник университета, будущий историк или филолог. Родители — уважаемые интеллигентные люди. Отец — директор коммунально-строительного техникума, мать — врач, заведует отделением в кардиологической больнице. Оба кандидаты наук. Вечно загружены. Может, потому сын и попал в поле зрения участкового, что постоянно без родительского глаза. А попал еще школьником-десятиклассником. Фарцовкой начал промышлять. Пробивной парень, контактный, со связями. Достать все может. Модные тряпки — это пройденный этап, теперь почти не занимается ими. Нынче больше записями грешит, заграничными пластинками и, слышно, видеокассетами. Кто его знает, где берет. Всерьез не приглядывались. В среде студентов имеет прозвище Серж — Червонец сверху. Прозвище само за себя говорит. Последние два месяца вроде забросил, зато другое. Недели три назад драка у него вышла с одним парнем, тоже студентом. Клепцов фамилия. Точнее, даже не драка. Дыменко одним ударом сбил парня, да так, что тот в больнице после лежал. Есть подозрение, что удар отработанный, со знанием нанесенный. Прием каратэ. Дыменко, конечно, отрицает. Дело не возбуждали, потерпевший не пожелал. Он, участковый, доложил начальству: нужно выяснить, есть ли в городе подпольные секции каратэ, однако отмахнулись. Подполковник Березин отмахнулся.

Шатохин выслушал неторопливый обстоятельный рассказ участкового. Ветров, умолкнув, ждал, что еще спросит молодой, но старше его по званию офицер-оперативник.

— Петр Афанасьевич, как по-вашему, на участие в квартирной краже пойдет Дыменко?

— Нет. — Участковый ответил категорическим тоном. — Он, конечно, парень не ангел, этот Дыменко, но из интеллигентной семьи, какие-никакие принципы имеет.

— Принципы?

— Да. Как-то вжилось в последние годы мнение, будто фарцовка — вовсе не преступление, не спекуляция. Если, понятно, это не каждодневное занятие. Многие искренне считают это умением жить, своего рода приработком. Что за примером ходить: с собственным племянником повоевать пришлось... Восхищался таким же доставалой. Племянник в армии сейчас, на Дальнем Востоке.

— Спасибо, Петр Афанасьевич.

— Да не за что.

— У меня еще одна просьба к вам. Пришлите Дыменко завтра утром ко мне к девяти тридцати. Лучше, если утром, накануне, и передадите. Договорились?

— Хорошо.

Можно было не сомневаться: участковый, так толково обрисовавший продавца собрания арабских сказок, в точности выполнил поручение Шатохина.

Однако в девять тридцать студент в кабинете не появился. И в десять его все не было. Лишь в половине одиннадцатого, когда Шатохин собирался звонить участковому, вошел высокий стройный парень с пышными русыми волосами. Одет он был в куртку с многочисленными, встроченными в рукава и накладные карманы «молниями», в вельветовые джинсы и кроссовки. В руках — переносной аппарат — не то приемник, не то магнитофон.

— Вы будете следователь Шатохин? — остановившись, лениво-расслабленно спросил парень.

— Да. Я — Шатохин. Не следователь, а оперуполномоченный уголовного розыска.

— Околоточный передал, что вы хотели видеть меня.

— Кого это вас и какой околоточный? — сдержанно спросил Шатохин.

— Дыменко моя фамилия. Передал Ветров. А околоточный — так в царской России участковых называли, — не без назидания пояснил пришелец.

— Значит, вы, Дыменко, из царской России прямиком пожаловали?