Чтение онлайн

– И что, направили?
– поинтересовался Лев.

– Тут как раз подвезли бывших кадет из Горного корпуса. Но что они могут?
– ответил Майк.
– По пятнадцать лет мальчишкам. Некоторые и мушкета не утащут - такие хилые.

– Бригген говорил, что им нужны именно егеря. Чтобы был хоть какой-то резерв, - проговорил Алекс.
– Но стрелков вообще мало. Тем более, хороших.

– Да, я, например, больше мажу, чем стреляю, поэтому в кавалерии пожизненно, - отвечал Лео с улыбкой.

– То же самое, - поддержал его Бенкендорф.

– Нет, ты, кстати, стреляешь неплохо. Лучше, чем мы с Митей вместе взятые, - возразил ему граф Воронцов.
– Я же больше по рукопашной...

– Нам бы Аркашу сюда, он трёх французов одной левой может завалить, - усмехнулся Нарышкин.

– Только Бижу нам здесь и не хватало, - вторил ему Майк.

– С Бижу, по крайней мере, весело. Тем более, он охотник. Найдёт здесь какую-нибудь дичь, мы бы поужинали... А то эта гречка безо всего мне уже поперек горла, - проворчал Алекс.

– Размечтался. Здесь всё сожрали пруссаки ещё при старом Фрице, - насмешливо произнес Воронцов.
– И не думаю. что тебя так уж волнует еда. Скорее, отсутствие годных женщин в пределах досягаемости.

– Да, как там твоя служаночка Лора? Ждёт?
– спросил Лев.

– Если не повиснет на шее у какого-нибудь прусского юнкера, - Алексу было горько вспомнать эту рыжую конопатую девицу, которая всё признавалась ему в любви и под конец, когда пришло время расставаться, сказала: "Сделай мне ребеночка". Он, естественно, отшатнулся от неё как от чумы. Бенкендорф подозревал, что, учитывая количество связей, у него уже должны где-то расти бастарды, но не придал значения этой мысли.

– А твоя Натали, Майк? Ждёт?
– спросил Алекс, переводя разговор на личную жизнь друга.

– Не знаю. Всё плохо. Отвратительно, - вздохнул Воронцов.
– Я готов жениться, но мне не позволяют.

– Это неплохо, - сказал Алекс, похлопав его по плечу.
– Хуже, когда ты не готов жениться, но заставляют.

Все рассмеялись, и даже Майк. Это немного смягчило атмосферу.

12 декабря французы с русскими сошлись под Насельском. Противников было видимо-невидимо, и арьергард, постреляв во врагов, осторожно обошёл колонны наполеоновских войск с тем, чтобы через два дня встретиться с ними в открытой битве.

Вечером 13 декабря Третья бригада под командованием графа Ливена-третьего шла по подмёрзшей к вечеру грязи на восток. Генерал ехал на вороной лошади, без шляпы, и Жанно Лёвенштерн, которому поручили отряд казаков, глядел ему в спину, гадая, что он думает. По правую руку от генерала скакал на серой кобыле Августе, купленной недавно у еврея-лошадника под Тильзитом, Георг фон дер Бригген. Шли строем, в ногу, "ливонские стрелки" - особое подразделение из сорока чеовек, и пели "Эрику", довольно мажорную песню, которая в исполнении утомлённых долгим переходом солдат звучала на похоронный манер.

Иоганн фон Ливен, пребывающий в мрачном расположении духа после того, как его бригаду назначили в глубокий резерв, глянув пустыми синими глазами в сторону своего невозмутимого адъютанта, сказал:

– Юргис, скажи им, чтобы они пели что-то другое. Или вообще заткнулись.

Бригген понимающе улыбнулся и подъехал к колонне стрелков. Все они выглядели потрепанно, четверть батальона пришлось оставить в госпиталях. Не лучше выглядело и пополнение - десять мальчишек-юнкеров, взятых из Горного кадетского корпуса. Юргис долго думал, что же сказать "ливонцам", чтобы они сменили свой походный репертуар.

– С Рождеством, ребята!
– воскликнул он.

– С Рождеством, Ваше Благородие, - откликнулись солдаты, которые в этом батальоне почти все были лютеранами.

– Давайте что-нибудь в честь праздника, - предложил Георг и сам начал: "О, Stille Nacht, Heilige Nacht..."

Пруссаки, идущие чуть поодаль Третьей бригады, подтянули.

Иоганн фон Ливен невольно засмеялся и сказал присоединившемуся к нему Лёвенштерну:

– Ну, вот так, как в кирхе, пойдем на французов... Так даже веселее. Я понимаю, что "Эрика" - их батальонная песня, но я просто не могу её слышать, тем более, в таком исполнении.

– Мои казаки поют про "Марусю". У всех бабы на уме, - пошутил Жанно.
– Кстати, сейчас же точно Рождество.

– Нам тут подарочек прислали - мальчишек, - сказал Ливен в ответ.
– Видели их? Что, в корпусе их там теперь вообще не кормят? Не знаю, что нам с ними делать...

– Устройте стрельбище.
– предложил его тезка.
– Как у вас с патронами?

– Патронов много, но стрелять некому, - отвечал генерал.

– Так вот. Их десять человек. Встанем на бивак, посмотрим, что они умеют, - проговорил Жанно Лёвенштерн.

Когда стало смеркаться, бригада расположилась в небольшом перелеске. Зажгли костры, поставили палатки.

Лёвенштерн посмотрел на худых подростков, вздохнул горько, потом спросил:

– С ружьями-то обращаться умеете?

– Обижаете, Ваше благородие!
– раздался мальчишеский голос.

– Это кто у нас такой смелый?
– сурово спросил Жанно.

Мальчишки засмеялись.

– Так, юнкер, выходите из строя. Будете первым, - фон дер Бригген, стоявший поодаль, отдал юноше ружьё.
– Вам даётся пять попыток. Считаем по очкам.

Подросток - щуплый, небольшого роста, со светло-русыми волосами, острым, чуть конопатым личиком и серыми серьёзными глазами - уверенно взял егерскую винтовку.

– Как вас зовут?
– из палатки вышел генерал, на ходу дожёвывая яблоко.

– Леонтий Дубельт, Ваше Высокопревосходительство, - отравпортовал подросток.

– Так, прицеливайтесь и стреляйте. Удачи, - проговорил фон дер Бригген.

Мальчик взял мишень, легко, плавно нажал на курок. Попал в яблоко. И так все пять раз. Он не менял позу в течение всех попыток. И движения его были отточенные, взрослые, не характерные для необстрелянного юнкера.

– Вы умница, - Иоганн фон Ливен бросил огрызок в сторону.
– Где вы учились так стрелять?

– На охоте, Ваше Высокопревосходительство.

– Этого оставляем. Что другие?

Но экзамен прервало появление адъютанта из Штаба с сообщением о срочном военном совете при ставке главнокомандующего. Генерал запахнул шинель и оседлал коня. На прощание он подошёл к юноше и проговорил:

– Wilkommen в мой личный батальон. Если вы балт, как могу судить по вашей фамилии, то, наверное, слышали что-нибудь о стрелках графа Ливена. Я и есть тот самый граф Ливен. Стреляете вы профессионально. Вам здесь будет где практиковаться. Надеюсь, вы убьёте много якобинцев за эту кампанию. Служите честно и выйдете в офицеры. А, может быть, и в военные министры... Бригген!
– обратился он к адъютанту.
– Ты едешь со мной. И да, ротмистр Лёвенштерн, вот что... Остальных припишите в конные егеря - в эскадроне Врангеля вообще не осталось прапорщиков.