Чтение онлайн

— Кто первый, кто второй — какая разница? У всех только по два кузовка, — рассудительно заметила Кам Конг.

Шум голосов усиливался, и на какой-то момент отец Куна и Тит Тюн пропали из виду, затерявшись в толпе рыбаков. Кам Конг повязала на голову пха кхау ма и без конца приподнималась на цыпочках, ища взглядом мужа. Она предположила, что мужчины зашли на глубину. Сама она держалась илистой отмели возле берега, где ловила мелкую рыбешку. Кат тоже бегал по берегу и пытался хватать рыбу с поверхности воды, все время жалуясь на то, что его оставили маяться на берегу, в то время как он хотел зайти в озеро с отцом. Солнце и в самом деле палило нещадно.

— Лучше не ходить в воду, там большие пиявки, чуть ко мне не присосались. Хорошо, что вовремя успела выбежать, — сказала ему Кам Конг и стала прислушиваться к возгласам рыбаков.

К берегу возвращались отцы Куна и Тян Ди с переполненными кузовками. Ребята обрадовались. Отец велел Куну взять второй кузовок и держать, пока он переложит туда часть улова. После того как кузовок мальчика пополнили крупные змееголовы и анабасы, он стал заметно оттягивать руку.

— Идите лучше сядьте под дерево в тень! — посоветовал отец.

— Не пойдем. Отсюда интереснее наблюдать за рыбаками, — ответила Кам Конг.

— Да ничего подобного! Просто отсюда ей лучше видно Тит Тюна, — сказал Тян Ди.

— А чего за мной присматривать? — ответил Тит Тюн, сверкнув глазами.

— Да как же?.. А вдруг ты там втихаря замутишь что-нибудь с местными русалками?.. — сострил Тян Ди, сидя на корточках и усердно перекладывая рыбу из кузовка отца в свой.

Отец Куна снял с головы пха кхау ма и решил сделать перекур. Дым самокрутки смешивался с запахом прилипшей к мужчине озерной слякоти. Куну тоже хотелось бы порыбачить. Запах водоема манил, ему хотелось попробовать ногой его дно.

Отец, не докурив, поспешно сложил невод и снова вошел в воду. Остальные последовали его примеру.

— Еще по одному заходу — и хватит, — сказал Ка.

— Я б еще десяток кузовков набрал, — Тит Тюн улыбнулся молодой жене.

Солнце продолжало плавно плыть в небесах. Через какое-то время рыбаки окончательно выбрались на берег. Ка сказал, что пора возвращаться к обозу, и взвалил на плечи кузовок с уловом.

В этот раз отец Куна набрал лишь полкузовка.

— Почему так мало? Даже меньше, чем у Тит Тюна, — спросил Кун.

— Руку о шип сома поранил.

— Если бы я не подул ему на рану, он наловил бы еще меньше, — со смехом сказал Ка.

Отец выглядел расстроенным, поэтому Кун не стал приставать с расспросами. Он понимал, что отцу сейчас больно, пусть тот и не жалуется.

Рыбаки вернулись на стоянку. Исун запрыгала от радости, увидев, как мать наполняет ведра рыбой до самых краев.

— Ого! Что плотва, что змееголов размером по локоть будут!

— И анабасы тоже крупные. Сделай падэк из всех.

Отец не стал отдыхать, а сразу занялся рыбой, отрубая голову и заправски счищая чешую. Выпотрошив, он клал тушку на банановый лист и нарезал ее на куски, после чего скидывал на поднос. Мать делала то же самое, не уступая отцу в сноровке.

От работы на теле отца выступил пот. Кун вызвался помочь, чем порадовал мать. Женщина взяла на себя потрошение, а сыну показала, как нужно чистить рыбу.

— Иногда в падэке попадается рыба с потрохами.

— Да, возможно. Если рыбешка маленькая, то ее солят целиком, а крупные тушки обязательно надо потрошить, — объяснила мать.

Закончив с разделкой рыбы и сложив ее горкой на подносе, отец поручил матери закончить работу по засолке, а сам ушел на реку отмываться. Собаки побежали за ним.

Мать принесла сплетенную из бамбука емкость с солью и разложила тушки на листьях. Половинкой кокосового ореха она зачерпнула пять мер соли и пересыпала ею рыбу. Затем она втерла соль руками, добавила еще и повторила процедуру.

— Зачем так много соли? — спросил Кун.

— Это не много.

— А что еще нужно?

— Запоминай, как делать… Берешь одну часть соли на две части рыбы. Когда разомнешь как следует, надо немного подождать, после чего добавить рисовых отрубей в соотношении один к пяти, — они предотвращают гниение.

Положив отруби, мать попросила Куна принести ступку с пестом. Толочь следовало куски больших тушек, пока они не станут совсем мягкими. Дома они толкли рыбу в большой педальной ступке для обрушивания риса, но здесь пришлось обходиться маленькой ступкой для пряностей. Женщина толкла и раскладывала куски в кувшины, плотно утрамбовывая их. Напоследок кувшины закрыли пригнанными крышками.

— Если рыбу не просолить как следует, то она протухнет. Если готовишь падэк, чтобы есть его в течение нескольких лет, то соли нужно столько же, сколько и рыбы. Некоторые прогревают неочищенный рис, зерно разрывается, и его добавляют в падэк вместо отрубей. Другие мешают рыбу с солью и оставляют постоять на ночь, и только после этого смешивают с отрубями, разминая массу в ступке и закрывая в кувшины. Тогда кусочки рыбы получатся упругими и вкусными, — объяснила мать.

— Мелкую рыбу тоже толкут?

— Нет, ее просто мешают руками с солью и отрубями, а потом складывают в кувшин.

— И когда все это можно попробовать?

— Через месяц, — ответила мать. Кун кивнул и повторил про себя все этапы приготовления, стараясь запомнить последовательность и пропорции.

В один из дней стоило Куну подумать, что вот сегодня они хорошенько отдохнут, как вдруг послышался раскат грома и по небу поползли тучи… Кун смотрел вверх, когда старик Ка прокричал в небо, что дождю они всегда рады, но сейчас он им совершенно ни к чему, из-за него поездка может затянуться. Дороги развезет, а рыбу, развешенную на сушку, придется срочно жарить на костре.

— Хоть бы боги смилостивились над нами и повременили с дождем! — взмолился он.

— Все мы во власти богов и не можем им указывать, — заметил Кем.

Ка молча закурил и задумался. Ему в голову пришла идея пойти поудить напоследок на «донку» или на обычную удочку, потому что река Чи уже сильно обмелела, и завтра им предстояло перебираться на другое место для заброса сетей. Все согласились.

Мать Куна сидела под повозкой и делилась с Кам Конг тонкостями приготовления падэка, когда подошел ее муж и сказал, что они с Куном идут копать червей, а ее оставляют приглядывать за волами и детьми.

Достав из повозки лопату и бамбуковое коленце, отец передал их сыну. По дороге к реке мужчина срубил и подготовил еще четыре таких коленца.

— Устал? Скучаешь по кому-нибудь из наших? — спросил он Куна, когда они шли в деревню.

— Нет, не устал. Скучаю по бабушке и по однокласснику по имени Кой. Ему плохо дается учеба. Как-то раз он не смог написать цифры и обратился ко мне за помощью. А потом встрял Тян Ди и начал подсказывать ему каждый раз вместо меня, хотя я знаю, что нравлюсь Кою больше, чем Тян Ди.