Чтение онлайн

— Да… Мы забыли… Главное… Какъ вы знаете этого герцога?.. На улиц встртились?..

— Какого герцога?

— Ну, Боже мой, этого стараго, что вчера былъ съ вами въ кафе?

— Онъ не герцогъ. Что вы!.. Онъ — содержатель… Какъ это называется? Un loueur de remises. У него каретный дворъ. Но деньги у него, конечно, большія.

— Что? Что-о? — воскликнулъ Рудокоповъ. — Онъ это вамъ сказалъ, такъ рекомендовался?

— Да.

— Вы съ нимъ на улиц познакомились?

— Нтъ. У насъ бываетъ m-me Jacquot… Богъ ее знаетъ, кто она. Мама ее очень любитъ и уважаетъ. Я ее не люблю за то, что она тоже вторитъ матери, что я не должна поступать на мсто… Потомъ она иногда напаиваетъ мать… Она недавно и привела къ намъ въ гости этого monsieur Jean… Фамилія его — Domingo. Иностранная фамилія. Онъ вдь испанецъ. Онъ себя называетъ Juan. Ну, вотъ, съ этого дня онъ за мной заходитъ, и мы идемъ гулять… И онъ начинаетъ приставать, чтобы я скоре ршалась. Онъ общаетъ матери сейчасъ же дать тысячу франковъ, а меня одть во все новое… Въ томъ же магазин все купить — «А la Parisienne». Тамъ изъ-за моей кузины дешевле все можно имть.

— А-я-яй! А-я-яй! — вырвалось у Рудокопова. — Какъ захвораешь, да буду лечить, — уморю! — проговорилъ онъ вслухъ по-русски.

— Que dites-vous? — удивилась она.

— Стрихнину ему закачу, — снова по-русски и серьезнымъ голосомъ проговорилъ Рудокоповъ, и прибавилъ:- Ну, слушайте меня… Какъ ваша фамилія, во-первыхъ?

— Я уже сказала вамъ. Вы забыли. Фурнье.

— А вашъ адресъ?

— Rue de la Goutte d'Or, 120.

— Дикое названіе… Золотая Капля? Ну, а имя ваше?

— Я тоже вамъ уже сказала. Clairette.

— И оно, имя это, идетъ къ вамъ. Къ вашему милому свтлому личику, свтящимся глазамъ. Ну, послушайте, Clairette. Завтра я буду у вашей матери и общаю ей то же, что и этотъ мерзавецъ. Только не въ «А la Parisienne», а гд ни на есть. Затмъ, все, въ чемъ мы съ вашей матерью будемъ уговариваться, — вы не врьте… Я буду врать. Я вамъ найду мсто, должность… Мать васъ не найдетъ, чтобы скандалы длать. Затмъ вы будете знать мой адресъ, и каждый разъ, какъ вамъ будетъ что нужно, вы приходите или напишите… Ну, да это все посл обсудимъ… А покуда вотъ вамъ мое ршеніе и общаніе. Слдовательно, успокойтесь. Только дайте мн слово больше съ герцогомъ не выходить гулять.

— Съ какимъ герцогомъ?

— Ну, я такъ зову въ шутку это пугало — вашего Доминго. Ну, а теперь мн пора домой. Подемте. Я вамъ покажу, гд я живу, а затмъ фіакръ довезетъ васъ домой. Мн пора. Надо переодваться, чтобы хать въ гости обдать.

— Какой вы счастливый!

— Какъ?.. Чмъ? Что въ гости ду?..

— Обдать отправитесь… Я ужъ сколько дней только двумя булками пробавляюсь… А этотъ Доминго меня все мороженымъ да какимъ-то крпкимъ питьемъ угощаетъ.

Рудокоповъ, вставшій уже со скамьи, стоялъ слегка разиня ротъ и глядлъ въ лицо Клэретта. Затмъ онъ ползъ въ карманъ, досталъ портмоне и вынулъ двадцать франковъ.

— Вотъ вамъ. Прідете домой, сейчасъ же идите обдать куда-нибудь.

— Что вы!.. — смутилась и покраснла Клэретта. — На чужія деньги!.. Ни…

Рудокоповъ опшилъ… Онъ собрался просить, но она предупредила его.

— Ни за что! Ни за что на свт. И не просите.

Онъ сталъ уговаривать ее, но она упорно стояла на своемъ.

— Это безсмысленно! Взять для ресторана денегъ нельзя, а взять тысячу франковъ можно! Вдь вы согласились, чтобы я уплатилъ эту сумму вашей матери, чтобы она васъ оставила въ поко.

— Это — другое дло… То не мн… Да я и сама не знаю!.. Еслибъ, вотъ, Доминго далъ мн денегъ на обдъ, я бы взяла, хотя бы какъ уплату за тоску гулять съ нимъ и слушать его объясненія въ любви. Но отъ васъ мн стыдно. Вы мн нравитесь…

— Оттого и надо взять, — усмхнулся Рудокоповъ.

Клэретта мотнула головой и стала своими будто прозрачными голубыми глазами смотрть въ небо, очевидно, думая о чемъ-то, что вдругъ пришло ей на умъ.

— Странно!.. — пролепетала она будто себ самой. — Вотъ еслибы на мст Доминго были вы…

— Ну, возьмите пять франковъ, три… Только на сегодняшній обдъ.

— Пять сантимовъ не возьму.

— Да вдь вы голодны, бдная!

— И еще какъ! — разсмялась Клэретта. А me ronger les ongles.

Рудокоповъ будто колебался, но при этихъ словахъ вымолвилъ отчаянно, какъ еслибы ршался на какой исключительный шагъ:

— Вы примете мое приглашеніе вмст обдать гд-нибудь?

— Oh, oui! oui! — чуть не подпрыгнула Клэретта.

— Такъ демте!.. — И Рудокоповъ прибавилъ по-русски:- Да! Вотъ и не плюй въ колодезь.

Чрезъ минуту Клэретта радостно болтала въ карет и объясняла что-то. Рудокоповъ не слушалъ и сидлъ насупившись.

— Чертовскій городъ! Я, Адріанъ, да вдругъ ду съ уличной двочкой въ трактиръ обдать. Тьфу!

И онъ задумался, философствуя на эту тэму.

— Je n'ai pas de chance… Другія — счастливыя… Вотъ, что живутъ въ деревняхъ. А я неудачница, да еще и дура… Une sotte prim'ee poursuivie par la guigne et la d`eche, — говоритъ мн мать. Со мной все худое творится…

— Какая вы глупая или неудачница?! Вздоръ! — отозвался онъ. — Это — Парижъ! Вы, просто, щепочка, или… une 'epave de Paris.

Клэретта поняла и разсмялась.

— Такъ подымите cette 'epave, и положите въ карманъ.

— Я подниму и отложу въ сторону, туда, гд нтъ прохожихъ…

Однажды рано утромъ, около десяти часовъ, въ дом баронессы Вертгеймъ появилась графиня Кора, пріхавшая въ простомъ фіакр. Люди еще убирали комнаты и не мало удивились появленію гостьи. Горничная заявила, что баронесса еще не звонила, стало быть не просыпалась.

На просьбу графини разбудить барыню, горничная, смущаясь, отказалась, говоря, что, живя три года въ дом, никогда еще этого не длала безъ особаго приказа самой баронессы.

— Mademoiselle Lina? — спросила графиня.

— Барышня у себя.

Графиня быстро направилась въ комнату Кисъ-Кисъ. И теперь только люди замтили, что явившаяся спозаранку графиня взволнована и необычно сумрачна.

Войдя къ молоденькой баронесс, графиня даже не поздоровалась съ ней, а выговорила глухо:

— Кисъ-Кисъ! Идите будить мама. Скажите — я здсь. Очень, очень важное дло… Ужасное дло.

Лина сразу увидла по измнившемуся лицу графини, что дло дйствительно важное, и тотчасъ же отправилась въ спальню матери… Графиня осталась среди комнаты какъ истуканъ и ждала не садясь и даже не шелохнувшись.

Дыханіе ея было тяжело и прерывисто, какъ если бы она вбжала по лстниц.

Лина явилась чрезъ минуту съ отвтомъ.

— Мама проситъ васъ войти. Она — въ постели, но если дло…

Графиня не дала ей договорить и двинулась.

Войдя въ спальню баронессы, она остановилась на половин комнаты и громко вымолвила, почти выкрикнула:

— Онъ ухалъ… Вдругъ. На югъ. Не предупредивъ, не сказавъ…

Баронесса быстро поднялась и сла въ постели.

— Когда? — тихо и глухо спросила она…