Чтение онлайн

Задержав дыхание, я влил в рот несколько капель эликсира. Тягучая маслянистая жидкость по вкусу напоминала полынь, присыпанную кайенским перцем. Гадость, одним словом. Не о таком напитке мечтается жарким летним днём.

«Приём», — мысленно произнёс я.

— Слушаю, — негромко ответил Большой, а вот привычное «милостивый государь» он добавил уже без слов.

Сознание царапнуло отголосками чужих мыслей, однако это продлилось буквально долю секунды. Я лишь успел понять, что коротышка прикидывает дистанцию, с которой сможет работать в условиях лёгкого ветерка, набегающего со стороны реки.

«Я иду первым, ты вторым, — „громко“ подумал я. — Расстояние выбирай сам. Ниго — это тот, который расписан татуировками, — в приоритете. Думаю, он представляет наибольшую опасность. Биста я не видел, и насколько он силён, не знаю. Если получится, его попробуем взять живым. В остальном — действуй по ситуации. Видишь возможность стрелять — стреляй. Если совсем прижмут — беги. Путей отхода два: через мост на ту сторону реки или обратно к Усачу. Через мост уходим только в крайнем случае. Запомнил?».

«Запомнил, милостивый государь», — Большой был собран и деловит.

Разумеется, мы обсуждали всё это далеко не в первый раз, но повторение — мать учения. В стрессовых условиях память иногда подводит даже самых опытных бойцов.

«Если всё вдруг пойдёт коттару под хвост, про меня не думай, — добавил я. — Не надо изображать из себя героя, просто уходи. Ты меня понял?».

«Понял, милостивый государь, — ответил Большой. — Если случится „вдруг“, я просто уйду».

Мысли не имели интонаций, но хорошо передавали настрой и, судя по обрывкам эмоций, просочившимся против воли коротышки, он бессовестно врал мне прямо в глаза. Или правильнее будет — прямо в голову?

Впрочем, изобличать эту ложь я не стал. Взрослые люди сами принимают решение, когда уходить, а когда оставаться. Сам я вряд ли бы бросил Большого, поэтому не имел права требовать от него более благоразумного поведения.

Я посмотрел на небо, где десятками и сотнями кружили вороны. Они слетелись сюда почти сразу после недавней бойни и до сих пор пировали останками павших. Очень надеюсь, Бист не может использовать их для разведки, иначе никаких шансов на скрытное передвижение у нас нет.

От такого количества наблюдателей не спрятаться ни при каких раскладах…

«Идём», — я поправил клевец, висевший на поясе, скинул ружьё с плеча и проверил фитиль. Малиновый огонёк горел мягким уверенным светом.

«Идём», — повторил Большой. Арбалет уже давно был у него в руках, а наконечник болта вызывающе поблёскивал на солнце.

До чернильного пятна, где нас дожидался враг, по моим прикидкам оставалось чуть больше километра. Если повезёт, то мы сумеем застать Ниго и Биста врасплох…

Я сделал всего несколько шагов и сразу понял — не повезёт.

«Что случилось, милостивый государь?», — спросил Большой. Он пока ничего не заметил, лишь почувствовал моё напряжение.

«Готовься», — ответил я. И сам подал пример, сместившись на несколько метров в сторону, к густому разросшемуся кустарнику.

Защитить он мог только от взгляда, но и то хлеб. Более надёжного укрытия поблизости всё равно не было.

Большой тоже не стал стоять столбом. Он подался назад, ещё сильнее увеличив дистанцию между нами, и замер в тени невысокого кривого деревца. Всё правильно. В арсенале у Ниго имелось несколько весьма неприятных приёмов. Если зацепит одного, то второй точно не пострадает.

«На склоне впереди никого, милостивый государь».

Я тоже пока не видел противника. На первый взгляд всё было как прежде. День неспешно клонился к вечеру, солнце напекало макушку, а лёгкий ветерок несмело трепал сухую траву. Только вороны — те самые, что кружили тут и там, — несколько секунд назад вдруг резко спикировали на землю.

Именно эта странность привлекла моё внимание.

Казалось бы, мелочь. Мало ли что могло заставить птиц так поступить — я не орнитолог, чтобы разбираться в повадках пернатых. Однако их действия выглядели слишком синхронно, слишком механистично — животные так себя никогда не ведут. По крайней мере, по собственной воле.

— Ох-ни! Ы! Р-р-уп!

Со всех сторон послышались странные вопли. Я даже не сразу понял, что их издавали вороны — практически невидимые в траве, они надрывали глотки, с трудом выдавливая из себя столь несвойственные им звуки.

— Ох-ни! Ы! Р-р-уп!

Крики становились всё громче, всё истошнее. Вороны неловко семенили на своих коротких ножках, окружая нас со всех сторон.

До меня донеслись мысли Большого — точнее, их сумбурные обрывки. Он был напряжён и встревожен, но держал себя в руках.

— Ох-ни! Ы! Р-р-уп!

«Что они кричат, милостивый государь?», — не выдержав, спросил коротышка.

Он пока не расшифровал загадочное послание, настойчиво транслируемое для нас птицами. Впрочем, я тоже не сразу понял смысл этих безумных воплей.

«Сдохни, ты — труп, — ответил я. — Вот что нам хотят сказать».

Бист, который наверняка и был автором столь чудесного пожелания, похоже, не отличался красноречием. Ну или вороны не очень подходили для передачи сложных словесных конструкций.

«Хорошо, милостивый государь», — Большой будто бы выдохнул с облегчением.

Его можно было понять. Неизвестность пугает куда сильнее банальных угроз.

Вороны надрывались ещё примерно десять секунд, а затем вдруг замолкли. Ровно в это же мгновение на вершине ближайшего к нам холма показалась странная фигура. Бугристая, кривая, непропорциональная, она слегка подрагивала, словно её контуры находились в постоянном движении.

Фигура неспешно приближалась к нам, и вскоре стало понятно, что это был человек, облепленный с ног до головы самым разным зверьём — от черепах до змей, от стрекоз до больших жуков, от полевых мышей до грызунов покрупнее.

Бист — а это именно он почтил нас своим визитом, — изготовил для себя очень интересный «доспех». Нам же оставалось только проверить его на прочность.

Для моего ружья дистанция была великовата — попасть по движущейся мишени с сотни метров я мог лишь случайно, — а вот Большой медлить не стал. Он нажал на спуск сразу, как только цель оказалась в зоне уверенного поражения.

Меньше чем за четверть минуты бывший палец успел выстрелить три раза. Причём не абы как — он бил прицельно, зряче, контролируя попадания. Первый болт угодил ровно в центр вражеского силуэта и отскочил в сторону, не сумев пробить шевелящуюся броню Биста. Второй сбил с головы мага его «шлем», в роли которого выступала средних размеров черепаха, однако её место тут же занял то ли броненосец, то ли какой-то очень похожий на него зверь.