Чтение онлайн

Нур качнул головой, чтобы рассказывал всё, и Орша почесал гладкий подбородок.

– Тогда начну с Люциана. Старший – старый зануда. Ни измен, ни попоек. Ходит в храм по воскресеньям, исправно платит налоги, перед Снежной ночью устраивает благотворительный вечер и все вырученные деньги отдает в приют. Во дворце почти не появляется: его благочестивость осуждают и посмеиваются за глаза. К хаврийцам относится ровно, но прошлой осенью рассчитал хаврийку-горничную. Хотя там ходили слухи, что та пыталась понести от Дорвуда-младшего.

Пока представления Нура о Дорвуде подтверждались.

– Хорошо. Что тогда о его сыне?

– Тут интереснее. Стерн – мот и повеса, а еще заядлый игрок. Если посчитать все долговые расписки, которые у него накопились, он разорил семью, и теперь Дорвуды беднее храмовой мыши. Графу пришлось выдать дочь за богатого торговца, чтобы расплатиться с долгами. Но стоит погасить одну расписку, как Стерн бежит за следующей. Люциан пытался с ним бороться, сам вытаскивал сына из местных борделей и баров, но без толку. А отказаться от сына не позволяет та самая благочестивость. – Орша выдержал многозначительную паузу. – Думаю, вам будет интересно узнать, что полгода назад некто оплатил большую часть их долга.

***

Беседа с Орша вышла занятной. И еще интереснее – последующий за ней разговор с графом. С зимы его сиятельство жил в городском доме: по полученной информации, поместье собирались продавать с молотка.

Люциан удивил. Нур думал, что граф будет отмалчиваться, сыграет в непонимание, и придется прижимать его показаниями Гордана и неподъемными долгами. Но Дорвуд только кивнул сам себе, увидев Нура на пороге:

– Нашли, значит, – с усталым равнодушием заметил он, словно давно этого ждал. – Это было мое решение. Не втягивайте семью, – только и попросил он глухо, опускаясь в кресло у камина.

Отказываться от яблочного потина, предложенного взмахом руки, Нур не стал и налил заодно хозяину дома. Вряд ли потин успели отравить, а маленькая уступка могла принести большую пользу.

Как и предположил Орша, всё началось с долгов. Банки перестали давать займы, проценты росли, а платить по счетам стало нечем. Дорвуды продали лошадей, кэб, все драгоценности, но даже эта сумма не помогла. Кредиторы наступали. Стерна пару раз проучили, избили так, что на ногах не стоял, и пригрозили, что в следующий раз такими добрыми не будут.

Тогда и появился маг с предложением помочь, услуга за услугу.

Он не назвался. Люциан не видел его лица, настоящий облик успешно скрыла магическая иллюзия. Но можно было не сомневаться, что этот человек – аристократ. У него были безупречные манеры, правильная речь. И он умел убеждать.

От Дорвудов не требовалось ничего особенного: всего лишь поспособствовать, чтобы один талантливый молодой человек начал работать водителем при дворе да отдать скульптору новый чертеж. Незначительная задачка за приличный кредит, который собирался выделить новый знакомый. Чертеж, конечно, смутил, но фраза о последней шутке неженатого принца развеяла сомнения. Это было в духе Ария – взбрыкнуть перед свадьбой, и кто такой Люциан, чтобы его осуждать? Тогда граф и не догадывался, что попался на крючок.

После первого покушения отступать стало поздно. Маг предупредил, что свалит всю вину на Дорвудов, а за покушение на королевскую семью позор и вина ложились не только на обвиняемого, но и на весь его род. Если, конечно, кто-то из них доживет до суда.

– Что мне оставалось делать? Я собирался пойти к стражам и сдаться. Вчера сын и жена тайно вылетели в Фелтон, и недавно пришло сообщение, что они благополучно приземлились. А за свою жизнь я не волнуюсь. Больше мне терять нечего. Я всегда был предан его величеству, и честь для меня не пустой звук. Спрашивайте, расскажу, что смогу.

Увы, знал он немного. Планами маг не делился, бессовестно нарушая амплуа злодея, а задачи всегда давал четкие: передай записку, купи артефакт. Пожалуй, единственной приметой стала суетливость заказчика – тот говорил быстро и вечно куда-то спешил.

– Не знаю, поможет это или нет, но его часы постоянно убегали вперед. Однажды я спросил, почему, и он ответил, что любит быть первым, – вспомнил Люциан, когда Нур уже собрался уходить.

Что-то в его словах зацепило. Всю дорогу до дворца Нур крутил этот разговор в голове, но так ничего и не надумал. Что же, у него впереди целая ночь!

Или нет. В комнате ждал Арий, в пику обыкновению обложившийся не крепким алкоголем, а бумагами. Чертовым чертежом и его вариациями, за которые еще предстояло отвечать перед его величеством. Как там намекнул маг? Арий сам подменил чертеж? Судя по кислой мине, о подмене принц узнал сегодня вместе со всеми.

– Ты долго. Идем, отец ждет, – оторвался он от бумаг.

– Не слишком поздно?

– Возможно, так даже лучше. Ему будет больше хотеться спать, чем свернуть мне шею.

В последнем Нур не был бы так уверен. Спал его величество плохо, его мучили кошмары, и вечерами он становился крайне раздражительным. Увы, выбора у них не было.

Судя по парадной одежде, Рулан еще не ложился. Заперся в кабинете и, в отличие от сына, не столько разбирался с делами, сколько прикладывался к виски. Остатки выпивки сиротливо плескались на дне графина. Вынужденную компанию ему составил Ройбуш, который, в отличие от его величества, не пил. Безопасник наверняка уже получил выволочку за очередное прошляпленное покушение и на коллегу взглянул с явным злорадством: трезвым король был спокойнее.

– А вы не торопились, – с прищуром посмотрел на них Рулан, отпустив Ройбуша. – Надеюсь, пришли с хорошими новостями? Преступника поймали?

– Задержали исполнителя. Расследование еще ведется, ваше величество, – вытянувшись, доложил Нур.

– Слышал, ты ходил к графу Дорвуду. Он в этом замешан? – проявил неожиданную осведомленность король.

Признаться, капитан не собирался сразу рассказывать о графе, хотел половить на живца. Но, выходит, Рулан приставил к нему соглядатаев. Неужели под Нура стали копать?

– Да. Но у него особые обстоятельства…

– Плевать мне на его обстоятельства! – перебил Рулан, так махнув стаканом, что часть виски выплеснулось ему на руку. – Я ими перед послами оправдываться буду? Мне сегодня пришлось выслушивать жалобы этих хаврийских крыс из посольства, и даже возразить было нечего! А они всё вынюхивают, ищут подвох. Нужно показать, что у нас все под контролем, иначе они затребуют вмешательство своего специалиста, и кто знает, что тот еще накопает. Я не хочу, чтобы в дела моей страны лезли чужие люди. Так что завтра граф должен сидеть за решеткой.

– Это не поможет поймать заказчика, ваше величество.

– Так сделай, чтобы помогло. Соври, что мы вышли на след, что от Дорвуда получена важная информация. Заказчик попробует убрать его и попадется в нашу ловушку. Я тебя учить должен, как работать? – Король отхлебнул виски и поморщился. – Одни бестолочи вокруг.

Нур промолчал, стерпев оскорбление. Объяснить королю, что тот неправ, было равносильно разговору со стенкой.

– А ты что молчишь? Язык проглотил? – повернулся Рулан к сыну, и настал через Ария расправлять плечи и гордо выпячивать подбородок. – Это ведь не ты учудил со скульптурой? – Он ткнул ему пальцем в грудь. – Если узнаю, что ты!..