Гарри Поттер и философский камень (Гарри Поттер - 1)
Шрифт:
– Вы, я вижу, считаете себя лучшей защитой, чем арсенал заклинаний, бушевала она.– С меня достаточно этой чуши! Если я услышу, что вы снова бродите неподалеку, я сниму с Гриффиндора еще пятьдесят баллов! Да, Уизли, с моего собственного Дома!
Гарри и Рону пришлось вернуться в гостиную. Не успел Гарри сказать: "По крайней мере Гермиона у Снэйпа на хвосте", портрет толстой дамы отодвинулся и вошла Гермиона.
– Извини, Гарри, - объяснила она, - Снэйп вышел и спросил, что я тут делаю, и я сказала, что жду Флитвика, а Снэйп пошел и позвал его, и я только что освободилась. Я не знаю, куда ушел Снэйп.
– Ну, делать нечего, правда?– сказал Гарри.
Остальные уставились на него. Он был бледен, и глаза его горели.
– Я выйду ночью, пойду туда и попытаюсь первым найти Камень.
– Ты спятил!– сказал Рон.
– Ты не можешь!– заверещала Гермиона.– После того, что говорили Снэйп и МакГонагалл? Тебя исключат!
– И ЧТО?– заорал Гарри.– Вы что, не понимаете? Если Снэйп получит Камень, Волдеморт вернется! Вы не слышали, каково было, когда он боролся за власть? Больше не будет Хогвартса, из которого исключают! Он разрушит его, или превратит в школу Темных Сил! Потеря баллов уже не имеет значения, как вам не ясно? Вы думаете, если Гриффиндор выиграет Кубок Домов, он оставит вас и ваши семьи в покое? Если меня поймают раньше, чем я найду Камень, что ж, отправлюсь к Дарсли и буду ждать, пока меня найдет Волдеморт. Это только займет немного больше времени, потому что я никогда не перейду к Темным Силам! Я отправлюсь этой ночью сквозь люк, и что бы вы ни говорили, меня это не остановит! Волдеморт убил моих родителей, вы не забыли об этом?
Он посмотрел на них.
– Ты прав, Гарри, - тихо сказала Гермиона.
– Я возьму Плащ-Невидимку, сказал Гарри.– Здорово, что он вернулся ко мне.
– А он покроет нас всех троих?– спросил Рон.
– Всех - всех троих?
– Ой, перестань, ты же не думаешь, что мы отпустим тебя одного?
– Конечно же, нет, - живо подтвердила Гермиона.– Как ты собираешься достать Камень без нас? Я лучше пойду и посмотрю в моих книжках, там могут быть полезные вещи...
– Но если нас поймают, вас обоих тоже исключат.
– Пусть попробуют, - мрачно заметила Гермиона.– Флитвик сказал мне по секрету, что я получила сто двенадцать процентов за его экзамен. Они не смогут выгнать меня после этого.
После обеда все трое сидели в гостиной в сторонке. Их не беспокоили: в конце концов никто из Грифиндорцев не разговаривал с Гарри. И это был первый вечер, когда он не огорчался из-за этого. Гермиона пролистывала свои конспекты, надеясь натолкнуться на заклинания, которые смогут пригодиться. Гарри и Рон почти не разговаривали. Оба думали о том, что им предстоит.
– Сходи за Плащом, - пробормотал Рон, провожая взглядом Ли Джордана, который, зевая и потягиваясь, отправился спать. Гарри взбежал по ступенькам в темную спальню. Вытаскивая Плащ, он наткнулся на дудку, подаренную Хагридом на Рождество. Он сунул ее в карман, чтобы сыграть для Пушка настроения петь у него не было.
Бегом он спустился в гостиную.
– Лучше накрыться Плащом здесь и убедиться, что ничего не торчит, а то вдруг Филч заметит одну из наших ног, самостоятельно разгуливающую по замку...
– Что это вы делаете?– раздался голос из угла комнаты. Из-за кресла появился Невилль, прижимающий к груди жабу Тревора, который явно пытался предпринять очередную попытку к бегству.
– Ничего, Невилль, ничего, - сказал Гарри, поспешно пряча Плащ за спину.
Невилль пристально смотрел на их виноватые лица.
– Вы опять за свое.
– Нет-нет-нет, - сказала Гермиона.– Нет, мы ничего такого не делаем. Невилль, почему бы тебе не пойти спать?
Гарри взглянул на стоящие у двери напольные часы. Нельзя терять время, Снэйп, наверное, уже усыпляет Пушка.
– Вам нельзя выходить, - заявил Невилль, - вас опять поймают, и Гриффиндор опять пострадает.
– Ты не понимаешь, - ответил Гарри, - это очень важно.
Но Невилль явно набирался смелости, чтобы пойти на крайние меры.
– Я вам не позволю, - произнес он, торопливо загораживая дверь.– Я - Я буду с вами драться!
– Невилль, - взорвался Рон.– уйди с дороги и не будь идиотом!
– Не смей называть меня идиотом!– ответил Невилль.– Я считаю, вы не должны нарушать правила! И это именно ты учил меня противостоять другим!
– Да, но не нам же, - раздраженно сказал Рон.– Невилль, ты сам не знаешь, что делаешь.
Он сделал шаг вперед, и Невилль выронил жабу Тревора, который сразу куда-то ускакал.
– Давай, попробуй ударь меня!– воскликнул Невилль, подымая кулаки.– Я готов!
– Сделай что-нибудь!– обернулся Гарри к Гермионе.
Гермиона вышла вперед.
– Невилль, - сказала она, - Мне, правда, очень-очень жаль.
Она подняла палочку.
– Петрификус Тоталус!– выкрикнула она, указывая на Невилля.
Руки Невилля прижало к бокам. Ноги схлопнуло вместе. Все тело оцепенело, он покачнулся на месте и рухнул лицом вниз, как бревно.
Гермиона подбежала и перевернула его. Челюсти Невилля тоже свело, говорить он не мог. Двигались только глаза, смотревшие на них в ужасе.
– Что ты с ним сделала?– прошептал Гарри.
– Это Полное Оцепенение, - несчастным голосом сказала Гермиона. Невилль, миленький, мне так жаль...
– Нам пришлось, Невилль, некогда объяснять, - сказал Гарри
– Ты все поймешь позже, Невилль, - сказал Рон. Они перешагнули через него и натянули Плащ-Невидимку.
Но Невилль, брошенный на полу в неподвижности, явно не был хорошей приметой . В таком взвинченном состоянии тень любой статуи казалась Филчем, каждый отдаленный вздох ветра - Пивсом, несущимся из темноты.
У подножия первой лестницы они заметили миссис Норрис, расхаживающую по площадке.
– Ой, давай пнем ее, хоть разок, - прошептал Рон на ухо Гарри, но Гарри покачал головой. Они осторожно прокрались мимо нее, но Миссис Норрис только поглядела в их сторону своими глазами-лампами, и ничего не сделала.
Вплоть до лестницы на третий этаж они больше никого не встретили. Тут они увидели Пивса, который посреди лестницы высвобождал ковер, чтобы кто-нибудь зацепился и грохнулся.
– Кто это тута?– спросил он внезапно, как только они приблизились, прищурив свои злобные черные глазки.– Знаю, ты тут, хоть не вижу тебя. Ты дух, или призрак, или мелкий проказник?
Он взлетел в воздух и парил, напряженно приглядываясь.
– Надо звать Филча, ох надо, кто-то шатается тут невидимкой...