Чтение онлайн

Рон крепко уснул в гостиной, дожидаясь их возвращения. Когда Гарри будил его, он кричал что-то о фолах в Квиддиче. Через секунду, однако, он с вытаращенными глазами слушал, что Гарри рассказывал им с Гермионой о своих приключениях в Лесу.

Гарри не сиделось. Он бегал туда и сюда перед камином. Его все еще трясло.

– Снэйпу нужен камень для Волдеморта... А Волдеморт ждет в лесу... А мы все это время думали, что Снэйп просто хочет разбогатеть...

– Прекрати называть это имя!
– сказал Рон испуганным шепотом, словно боялся, что Волдеморт может услышать.

Гарри не слушал его.

– Флоренцо спас меня, хотя не должен был... Бэйн был в ярости... Он все говорил, что нельзя влиять на то, что предсказали планеты... Они, должно быть, предсказывают скорое возвращение Волдеморта... Бэйн считал, что Флоренцо должен был дать Волдеморту убить меня... Думаю, это тоже обещание звезд.

– Да перестанешь ты называть имя?
– зашипел Рон.

– Так что мне только осталось подождать, пока Снэйп украдет камень, продолжал Гарри, - и Волдеморт сможет прийти и прикончить меня... Полагаю, Бэйн порадуется.

Гермиона выглядела очень напуганной, но все же нашла утешительные слова:

– Гарри, всем известно, что Сам-Знаешь-Кто боится только Дамбльдора. Пока Дамбльдор рядом, Сам-Знаешь-Кто не прикоснется к тебе. И потом, кто сказал, что кентавры не могут ошибаться? Это звучит, как предсказания судьбы, а профессор МакГонагалл говорила мне, что это очень неточный вид магии.

Небо начало светлеть, когда они закончили разговор. Они отправились в кровать измотанными, с пересохшими глотками. Но сюрпризы этой ночи еще не кончились.

Когда Гарри натягивал на себя простынь, он обнаружил под ней аккуратно сложенный Плащ-Невидимку. К нему была пришпилена записка:

На всякий случай.

Глава шестнадцатая. ПО ТУ СТОРОНУ ЛЮКА

Все грядущие годы Гарри так и не удастся вспомнить, как ему удавалось сдавать экзамены, ежеминутно ожидая, что в дверь вот-вот вломится Волдеморт. Тем не менее дни сменяли один другой, и пока не было сомнений в том, что Пушок за запертой дверью жив-здоров.

Было невыносимо душно и жарко, особенно в том зале, где они сдавали письменные экзамены. На экзамене им выдали специальные новые перья, которые были обработаны заклинанием против списывания.

Были и практические экзамены. Профессор Флитвик вызывал их в класс по одному и просил заставить ананас сплясать на парте чечетку. Профессор МакГонагалл наблюдала, как они превращают мышь в табакерку - дополнительные баллы начислялись за красоту табакерки, но сбавлялись, если у нее оставались усы. Снэйп нагонял на них нервную дрожь, дыша им в затылок, пока они пытались вспомнить, как составляют Эликсир Забывчивости.

Гарри старался изо всех сил, пытаясь не обращать внимания на пронзительную боль во лбу, которая не оставляла его со времени прогулки по Лесу. По мнению Невилля, у Гарри был экзаменационный невроз, потому что Гарри не мог уснуть, но на самом деле деле его постоянно будили старые кошмары, ставшие еще хуже от присутствия в них залитой кровью фигуры в капюшоне.

Может быть, потому, что они не видели в лесу того, что видел Гарри, или потому, что у них не было непрестанно болевшего шрама на лбу, но Рон и Гермиона не так переживали из-за Камня, как Гарри. Они, разумеется, боялись Волдеморта, но он не являлся к ним во сне, к тому же подготовка к экзаменам отнимала столько сил, что времени размышлять о намерениях Снэйпа или кого-то другого у них просто не было.

Самым последним экзаменом была История Магии. Час ответов на вопросы о всяких трухлявых древних волшебниках, изобретших самопомешивающиеся тигли, и впереди свобода, целая свободная неделя до оглашения результатов экзаменов. Когда призрак профессора Биннса велел положить перья и сдать пергаменты, Гарри невольно зааплодировал вместе со всеми.

– Было гораздо легче, чем я думала, - сказала Гермиона, когда они смешались с толпой, рванувшейся на залитый солнцем двор.
– Могла бы не учить ни про Кодекс Поведения Оборотней от 1637 года, ни про восстание Элфрика Энергичного.

Гермиона была не против задним числом пройтись по всему материалу экзамена, но Рон заявил, что его от этого тошнит, так что они просто прибежали к озеру и растянулись под деревом. Близнецы Уизли и Ли Джордан дергали за щупальца огромного кальмара, выползшего погреться на мелководье.

– Конец зубрежке, - счастливо проговорил Рон, потягиваясь на траве.
– Мог бы быть повеселее, Гарри, у нас есть целая неделя до того, как мы узнаем, насколько мы глупы, так что пока можно не беспокоиться.

Гарри потирал лоб.

– Хотел бы я знать, что это означает, - вырвалось у него.
– Мой шрам все болит и болит - раньше такое тоже бывало, но не так сильно.

– Сходи к мадам Помфри, - предложила Гермиона.

– Я не болен, - ответил Гарри.
– Я думаю, это предупреждение... Это значит, что опасность близка...

Рону не хотелось напрягаться, слишком уж было жарко.

– Расслабься, Гарри, Гермиона права, Камень в безопасности, пока Дамбльдор рядом. И нет никаких свидетельств, что Снэйп узнал, как разобраться с Пушком. Ему однажды уже чуть не оторвали ногу, он не будет торопиться со следующей попыткой. Скорей уж Невилль станет членом сборной Англии по Квиддичу, чем Хагрид подставит Дамбльдора.

Гарри кивнул, но не мог избавиться от неопределенного чувства, будто забыл сделать что-то важное. Когда он попытался объяснить это остальным, Гермиона сказала:

– Это все экзамены. Я тоже проснулась прошлой ночью, и уже успела перечесть половину своих записок по Трансфигурации, прежде чем вспомнила, что уже сдала ее.

Гарри все же был уверен, что беспокоящее его странное чувство не имеет отношения к занятиям. Он наблюдал, как к школе летит сова с зажатым в клюве письмом. Он получал письма только от Хагрида. Хагрид никогда не предаст Дамбльдора, Хагрид никому не скажет, как пройти мимо Пушка... никогда... но

Внезапно Гарри вскочил.

– Ты куда?
– сонно спросил Рон.

– Мне только что пришло в голову, - сказал Гарри. Он побелел.
– Мы должны немедленно повидаться с Хагридом.

– Зачем?
– недоумевала Гермиона, еле поспевая за ним.

– Вам не кажется это немного странным - приговаривал Гарри, взбегая по травянистому склону - Хагрид хочет дракона больше всего на свете, и тут как тут появляется незнакомец, и у него в кармане совершенно случайно оказывается драконье яйцо? Интересно, сколько народу шатается по округе с драконьими яйцами, если это противозаконно? И как ему повезло встретить именно Хагрида, а? Как я раньше не догадался?