Чтение онлайн

Гленн глубоко вздохнул и продолжил.

— Я говорю о том, что отец никогда ничего не боялся и не сомневался ни в чем. Он всегда точно знал что, как и когда делать. Я не знаю, Андж. Я даже не знаю, смогу ли я командовать патрульным кораблем.

— Конечно же сможешь, — Гленн, — сказала Андженет, обнимая его одной рукой и привлекая к себе. Он подумал о том, как ошибались в ней люди.

— Мне так хочется быть в этом уверенным, — медленно произнес он, — но я не могу. Боже, Андж, я так волнуюсь. Я абсолютно уверен в том, что не смогу даже правильно вывести “Корвинус” на орбиту. Представляешь, если я грохнусь прямо на здание Ассамблеи?

— Гленн, — сурово сказала Андженет.

— Ладно, — сказал он с невесть откуда взявшейся силой в голосе. — Ты права, Андж. Я понимаю, что я не Мазершед, но я не буду также самым худшим командиром во Флоте.

— Так то лучше, — заметила Андженет, — повторяй это почаще. И не беспокойся о том, что еще не произошло. Хорошо?

— Хорошо, — улыбнулся ей в ответ Гленн.

— А теперь, — сказала Андженет, поднимаясь на ноги и поворачиваясь к нему лицом, — ты обещал показать мне Кулхевен.

— Разве? С чего бы ты хотела начать?

— Ну, — произнесла она с шутливой застенчивостью, — как насчет королевских покоев?

— С удовольствием покажу тебе их, — сказал Гленн взяв за руки и обнимая ее.

— Гленн, — прошептала она ему на ухо, — я вовремя прекратила делать уколы.

— Уколы? — удивился он?

— Противозачаточные, — объяснила она.

— Да? — до него постепенно дошел весь смысл того, что она только что сказала, и он был рад этому потому, что она становилась ему теперь настоящей женой и, Боже, ему теперь не так страшно будет умирать!

Он повторял себе все это, когда они прошли в огромные королевские покои и занялись любовью на кровати, которая принадлежала когда-то правителям всего Адрианополиса.

Добравшись до своего отсека, Брейсер подъехал к столу и взял сигарету из украшенного орнаментом портсигара. Давным–давно, в другой жизни портсигар этот подарила ему Донна. Он медленно зажег сигарету и его легкие наполнил табачный дым. Ему хотелось не вспоминать, не вспоминать ни о чем.

В дверях показалась фигура стюарда, глаза на его покрытом шрамами лице с испугом смотрели на капитана.

— Вам принести чего-нибудь, сэр? — спросил он.

— Нет, Джонсон. Спасибо. Я позову тебя, если что-нибудь понадобится.

— Хорошо, сэр.

Стюард исчез так же быстро и бесшумно, как появился, и Брейсер продолжил борьбу со своими воспоминаниями, чувствуя, что постепенно сдает им свои позиции. Это были приятные воспоминания. Он вспомнил Майора Донну Бритт, и все бы было хорошо, если бы он не помнил, как она выглядела в последний раз.

Затем он вспомнил тот день в Холмделе. Сколько дней прошло после того, как они познакомились? Неделя? Да, может, чуть больше. У них обоих был свободный день и они возвращались из Вальфортского Гарнизона на аэробусе. Командор Брейсер и Майор Бритт сидели друг подле друга глядя как внизу медленно проплывают зеленые пятна полей и лесов. Потом, через некоторое время, они уже разговаривали друг с другом о Земле — они оба попали сюда с Земли, хотя дома их находились более чем в тысяче километров друг от друга.

Донна рассказала о городе Нью–Портсмут, где жила вместе с сестрой, и о своей сестре. Ее сестра Мишель все еще жила на Земле и работала там где-то системным аналитиком, хотя чаще ей приходилось подрабатывать в роли обыкновенной проститутки. Правда, у нее была своя постоянная клиентура. Донна показала фотографию Мишель, и Брейсер заметил, что они с Донной были мало похожи друг на друга. Донна согласилась, заявив, что Мишель значительно симпатичнее ее, Брейсер возразил, и они оба улыбнулись.

Аэробус приземлился в Холмделе и они вдвоем пообедали на Бульваре. Затем, они побывали в Здании Ассамблеи и во Дворце Истории, погуляли по городу и снова зашли в маленький ресторанчик на Бульваре. После этого, они взяли напрокат яхту, на которой лежали нагишом на солнце, пока она не вышла в открытое море. Там они занимались любовью пока ветер не изменился и не стало прохладно. Весь путь назад в Холмделскую Гавань Брейсеру пришлось идти против ветра и они на час опоздали на аэробус, идущий обратно в Вальфортский Гарнизон, поэтому им пришлось полночи держась за руки просидеть в аэропорту в ожидании следующего. Пока они сидели там, Брейсер предложил подписать с ней брачный контракт, и она согласилась. Они подписали его в следующий уик–энд.

А потом Донна получила назначение на Порт Абель, а Брейсер принял командование звездолетом “Конев”. С тех пор они виделись друг с другом лишь раз в месяц до тех пор пока…

“Боже, ну почему?!” — неожиданно для себя мысленно воскликнул он.

Металлический кулак, покрытый пластикожей постучал в дверь отсека прервав его воспоминания.

— Войдите, — сказал Брейсер.

Дверь открылась и вошел Даниэль Максел, серая сфера его туловища отражала тусклый свет лампы над столом.

— Первый Офицер Максел при…

— Оставь это, Дан, — с напряжением произнес Брейсер, понимая и, в то же время, не желая понимать причины своего волнения. — Это чисто неформальная встреча, представь что я без погон.

— Хорошо, — улыбаясь ответил Максел.

— Сядь, — сказал Брейсер, указывая на кресло зажженным концом сигареты.

— Вы чего-то от меня хотите, сэр? — спросил Максел, перейдя в противоположный угол отсека и усевшись в одно из удобных, меняющих форму кресел, которое моментально приспособилось даже к его необычному телу.

— Не знаю, Дан. Не знаю. Просто… Я просто хотел бы поговорить с кем-нибудь.

— Хорошо, начинайте.

— Послушай, Дан, у меня есть пара бутылок “Наполеона” — по–моему это идея одного из этих садистов–медиков.

Он замолчал. Максел знал о том, что у него была искусственная пищеварительная система, но говорить об этом не стоило так же, как не стоило говорить о ранах и увечьях остальных членов экипажей кораблей с Паладины. Эта тема находилось под молчаливым запретом на “Йово Джима”.