Чтение онлайн

Валерия удивлённо посмотрела на меня.

— Вик, ты не слышал? Они задохнутся и опухнут в первый же час!

— Не задохнутся и не опухнут. Я их тоже починю.

— В смысле… починишь? Это же люди, а не хомяки! Аллергия — это иммунная реакция, это генетика!

— Лера, — я посмотрел ей в глаза. — Я пересобрал грудную клетку грифона. И пришил ногу собаке так, что она стала лучше родной. Я сделал попугая бессмертным. Ты правда думаешь, что я не смогу договориться с парой взбесившихся иммунных клеток?

Она открыла рот, потом закрыла. В её глазах появилось понимание.

— То есть… ты можешь вылечить аллергию? Насовсем?

— Могу. И астму тоже. Просто немного подкорректирую их внутренние настройки. Снижу чувствительность рецепторов, укреплю бронхи, научу иммунитет не реагировать на безобидный белок как на яд. Делов-то… В общем, зови их. Скажи, что собеседование будет совмещено с медосмотром. И пусть готовятся к тому, что их жизнь станет намного… пушистее.

Валерия расплылась в улыбке.

— Ты лучший, Вик! Они с ума сойдут от счастья!

Она схватила телефон и принялась набирать номер.

Я же вышел на крыльцо клиники и вдохнул полной грудью свежий утренний воздух. Сел на ступеньки. Рядом тут же примостился Псих, положив тяжёлую голову мне на колено. С другой стороны приземлился Кеша, что-то бурча себе под клюв про цены на семечки.

Я почесал пса за ухом, глядя на проходящих мимо людей.

Вроде жизнь у меня здесь простая… Я не на вершине пищевой цепочки. Не Император, не глава Великого Рода, не Архимаг, повелевающий стихиями. У меня нет дворцов, армий и земель.

Я всего лишь ветеринар. Владелец странной клиники на окраине и нескольких кафе с животными. Но…

Я посмотрел на свои руки, которые вчера подарили новую жизнь искалеченным зверям. Руки, которые завтра подарят двум девчонкам возможность дышать полной грудью и обнимать котов без страха задохнуться.

Даже здесь, в этом мире, полном хаоса и глупости, я могу оставаться самим собой. Творцом и исследователем. И, чёрт возьми, счастливым человеком.

Я могу помогать тем, на кого другим плевать. Тем, кого списали со счетов, кого назвали «браком», «отходами» или «безнадёжными». Старикам-ветеранам, калекам-животным, людям с «неизлечимыми» болячками.

И это чувство… оно круче, чем власть над миром.

— Ну что, банда, — тихо сказал я. — Сегодня будет ещё один отличный день. И новые приключения. Готовы?

Псих гавкнул. Кеша каркнул. А из вазона с цветами высунулась мордочка хомяка в чёрной бандане и показала большой палец.

— Вот и отлично.

Всё только начинается.

До открытия наших новых филиалов оставались сутки, когда Валерия торжественно привела двух девушек.

— Вик, знакомься! Это и есть наши потенциальные сотрудницы. Те самые, про которых я говорила.

Первая, Марина, была невысокой, крепко сбитой девицей с копной рыжих волос и взглядом человека, который видит цель и не видит препятствий.

Вторая, Света, высокая и худая, нервно теребила край куртки и постоянно поправляла очки, которые и так сидели идеально ровно.

— Добрый день, — кивнул я. — Проходите, располагайтесь. У нас тут, как видите, немного шумно, но…

Договорить я не успел. У Марины, которая до этого момента спокойно стояла у двери, вдруг раздулись ноздри и выпучились глаза. Она увидела Психа.

Мой пёс, гроза химер и ночной кошмар бандитов, мирно дремал у батареи. Заметив нового человека, он лениво приоткрыл один глаз, ожидая привычной реакции — визга, обморока или попытки бегства.

Но Марина не закричала.

— Ути божечки ты мой! — запричитала она с таким восторгом, будто увидела не машину для убийства, а корзину с щенками корги.

Она рванула с места так быстро, что Псих даже не успел среагировать.

— Какой хороший мальчик! Какой ты большой! Какой ты сладкий!

Девушка упала перед ним на колени и сгребла его огромную башку в охапку. Она тискала его, чмокала в мокрый нос и чесала за ухом…

Псих даже не знал как реагировать. Он привык, что его боятся и уважают. Но чтобы его тискали, как плюшевую игрушку, да ещё и с такой уверенностью? Его боевая программа дала сбой. Он беспомощно посмотрел на меня, не зная, то ли откусить ей голову, то ли смириться с неизбежным.

— Ты ж мой хороший! Ты ж мой зубастенький! — ворковала Марина, зарываясь лицом в его жёсткую шерсть.

И тут началось. Она вдруг отстранилась, её лицо пошло красными пятнами…

— Ой… — прошептала она.

Марина начала чесаться. Сначала она поскребла шею. Потом руку. Потом начала яростно, с остервенением драть кожу на предплечьях. Её глаза слезились, но она продолжала тянуть руку к Психу.

— Иди… иди ко мне, мой хороший… — хрипела она, раздираю кожу ногтями. — Чешется… как же чешется… но ты такой милый!

В это же время Света, вторая подруга, заметила Кешу. Попугай сидел на стойке регистрации и с офигевшим видом наблюдал за сценой с собакой.

— Ой, а это кто? — Света снова поправила очки. — Попугай? Настоящий? А он говорящий? Лера говорила, что говорящий! Привет, птичка! А что ты умеешь? А ты знаешь таблицу умножения? А погоду предсказываешь? Ой, какой у тебя клюв красивый! А перья! Это натуральный цвет или крашеный?

Она тараторила с такой скоростью, что слова сливались в одну сплошную пулемётную очередь. Кеша, который считал себя главным болтуном в этом здании, просто открыл клюв и не мог вставить ни слова.

— А я в детстве тоже хотела попугая но мама не разрешила потому что у нас был кот а кот съел бы попугая поэтому мы купили рыбку но рыбка это скучно она молчит а ты говоришь это так классно!..

Внезапно её речь прервалась свистящим хрипом… Лицо Светы начало стремительно синеть. Она схватилась за горло, хватая ртом воздух. Глаза полезли из орбит.

— Кх-х-х… х-х-ха… — засипела она, сползая по стене.

Я стоял посреди приёмной и наблюдал эту картину. Слева на диване, куда её успела оттащить Валерия, корчилась Марина, расчёсывая себя до крови и при этом продолжая звать «собачку». Справа на полу синела и хрипела Света, пытаясь вдохнуть. Псих сидел в углу с оскорблённым видом и пытался пригладить взъерошенную шерсть. Кеша спрятался за стойку.