Иерусалимская история
Шрифт:
Глава 35
О знаках, появившихся в небе
1. Между тем в год 1106-й в небе появилась комета и на нас, наблюдавших за ней, навеяла страх. Она была в той части [неба], где в зимнюю пору обычно заходит солнце. Комета оставила удивительной длины сверкающий белым огнем луч, который был похож на копье.
2. Этот чудесный знак, начав пылать в феврале, в день, когда появляется новая луна, был предзнаменованием грядущего. Но поскольку мы не смогли разгадать, что означало это, то во всем вверились Богу.
3. В течение 50 или даже более дней эта комета каждый вечер была видна по всему миру. Следует отметить, что с момента своего появления комета, равно как и ее ослепительно-белый свет, изо дня в день постепенно угасала вплоть до того, что в последние дни она, растеряв всю силу своего свечения, совсем перестала быть видна.
4. Вскоре после этого, в том же месяце, в 20-й день новой луны {590} , мы, начиная с третьего часа и до самого полудня, наблюдали справа и слева от солнца что-то вроде двух других светил. Однако они, сверкая не столь ярко, как главное солнце, слабо горели более скромной формой и светом. Поверх же этих светил появился один пылающий ослепительным светом круг, который был в ширину как обычный город. Внутри его половина другого круга, имевшая сходство с радугой, была разделена на четыре цвета и в верхней части солнца охватывала своим изгибом и почти касалась двух других указанных светил.
590
23 февраля 1106 г. (Fulcheri Carnotensis Historia Hierosolymitana. S. 508, n. 9).
5. В следующем же месяце, в час полуночи, было видно, как звезды падают с неба.
Глава 36
О сражении христиан с жителями Дамаска
1. После этого, в летнюю пору Гуго, который тогда владел Тивериадой, сразился с войском из Дамаска {591} . Будучи дважды отраженным врагами в этой битве, он в третьей атаке, с Божьей помощью, одержал победу над ними. Гуго убил из их числа 200 [воинов] и захватил столько же лошадей; остальные же [враги] обратили спины в бегстве. Удивительное дело, но 120 наших воинов рассеяли 4000!
591
Летом 1106 г. Гуго де Сент-Омер, став князем Галилейским, постарался обезопасить свои владения со стороны Дамаска. Для контроля над дорогой, ведущей из Тира в Баниас, а затем — в Дамаск, он возвел замок под названием Торон, который также мог служить укрытием в случае неудачных военных экспедиций в окрестности Тира (Guillaume de Tyr. Chronique. XI, 5; Cobb P. Op. cit. P. 110-111).
2. Спустя некоторое время [Гуго], находясь вместе с королем Балдуином в походе, был убит в этой же области выстрелом из лука {592} .
Глава 37
О том, каким образом патриарх, направляясь в Рим, переправился через море, и о битве между жителями Иоппы и Аскалона
1. В год 1107-й патриарх, коего звали Эвремар, собравшись в Рим, переправился через море. Он намеревался получить от апостолика ответ, останется ли он патриархом; ведь упомянутый ранее Даимберт вернул себе патриаршество, но впоследствии умер на обратном пути {593} .
592
Согласно Гильому Тирскому, Гуго был смертельно ранен выстрелом из лука в том же бою, который Фульхерий описал в предыдущем абзаце (Guillaume de Tyr. Chronique. XI, 5).
593
После того как патриарх Даимберт был смещен с патриаршего престола, на его место был избран Эвремар, монах из Теруана, который прибыл в Палестину с участниками Первого крестового похода и пользовался определенным авторитетом. Когда Эвремар узнал, что Даимберт восстановлен в своем прежнем сане (II, 26, 2), то в свою очередь поспешил в Рим, где узнал, что его оппонент скончался. В то же время возобновил свои притязания на патриарший престол Арнульф, который, получив известие о смерти Даимберта, также устремился к папской курии. Папа Пасхалий II решение этого сложного вопроса доверил архиепископу Арля Гибелину да Сабрану, который прибыл в Палестину лишь в 1108 г. и вскоре сам был избран патриархом (Hamilton В. The Latin Church. P. 56-57).
2. В ноябре того же года аскалонцы, вскипев своей привычной яростью, устроили засады у подножия наших гор, что между Рамлой и Иерусалимом, дабы внезапно напасть на группу наших людей, которая, как им стало известно, собиралась отправиться из Иоппы в Иерусалим.
3. Когда об этом узнали жители Иоппы, они поспешно вскочили на своих коней. Добравшись до места засад, ведомые человеком, который сообщил об этом, они, сомневавшиеся до того момента, что он говорил правду, увидев [аскалонцев], были охвачены страхом и очень напуганы. У врагов было около 500 рыцарей и порядка 1000 пехотинцев. Наших же рыцарей было числом не более 75.
4. И поскольку у наших не было [времени], дабы поразмыслить о том, как следует поступить, и ни в бегстве уже нельзя было найти спасения, ни смерти избежать в бою, вступив в бой, то они решили, что более достойно — погибнуть, коли придется, нежели впоследствии быть отмеченным позором бегства. Тотчас обрушившись на врагов в стремительной атаке, они удивительным образом ворвались в их ряды, повергая и разя их. Когда сарацины увидели, как их жестоко истребляют в этой схватке, они, ибо на то была воля Божья, лишились своей отваги и вовсе перестали сражаться.
5. Наши же рыцари, заметив это, начали теснить их еще сильнее. Они заставили бежать тех, кто прежде намеревался их обратить в бегство. Многих из них [наши] убили и захватили большое число их лошадей. Мы же потеряли не более трех рыцарей. Вражеские обозные увели у нас нескольких вьючных животных, но наши получили от них двойное возмещение.
Глава 38
О том, как Боэмунд, собрав войско, разорял владения императора
1. В этом же году {594} Боэмунд вернулся из Галлий и, собрав столько народа, сколько смог, подготовил свой флот в порту Брундизий, что в Апулии. Когда пришло подходящее для переправы время, его корабли за семь дней до октябрьских ид прибыли в Болгарию и пристали в порту Авлона {595} .
2. Стремительно захватив его, Боэмунд направился к Дураццо и осадил его за три дня до октябрьских ид {596} . Но поскольку этот город был очень хорошо снабжен людьми и провизией, осаждавшие промучились здесь долгое время. При Боэмунде тогда было 5 тысяч рыцарей и 60 тысяч пехотинцев. Женщинам же он вовсе не позволил переправиться вместе с ним, дабы те не стали помехой и обузой для воинов.
594
1107 г.
595
После того как Боэмунд смог убедить папу Пасхалия II, что Византия является одним из злейших врагов латинян на Востоке, понтифик дал свое согласие на проповедь крестового похода против Византии. Когда Боэмунд направился во Францию, при нем находился папский легат Бруно, которому были даны соответствующие инструкции на этот счет (Флори Ж. Боэмунд. С. 215—218). Собрав войско, Боэмунд 9 октября 1107 г., как указывает Фульхерий, прибыл к берегам Византии.
596
13 октября 1107 г.
3. Константинопольский император, возмутитель и тиран, коего звали Алексей, был очень враждебно настроен по отношению к нашему народу и паломникам, направляющимся в Иерусалим, [досаждая] им либо тайным коварством, либо открытым насилием, как на суше, так и на море. Поэтому Боэмунд, собрав, как уже сказано, войско, вступил во владения императора, стремясь захватить его города и крепости.
Глава 39
О соглашении между императором и Боэмундом, скрепленном клятвой
1. В год 1108-й от Воплощения Господня, проведя под Дураццо уже целый год, Боэмунд ничего не добился. Какие бы хитрости он ни затевал против императора, тот отвечал ему так же. Наконец, после того как через посредников были проведены переговоры о мире и император подступил к Боэмунду со своим войском, они, проведя несколько совещаний, стали друзьями {597} .
2. Император на самых ценных реликвиях поклялся Боэмунду {598} , что никто из паломников, о которых уже столь много говорилось, везде — как на суше, так и на море, — где простирается императорская власть, не будет подвергнут ни грабежу, ни дурному обращению, и это будет исполняться и соблюдаться с этого дня и в дальнейшем. [Боэмунд] же поклялся императору сохранять мир и верность во всем {599} .
597
Император Алексей Комнин воспользовался отсутствием у Боэмунда достаточных сил на море и смог прервать его сообщение с Италией. Вскоре в лагере Боэмунда начались голод и эпидемии. Помимо этого, император подорвал моральный дух Боэмунда, осуществив хитроумный план с подложными письмами, в которых говорилось о переходе многих знатных сеньоров из окружения Боэмунда на сторону Алексея Комнина (Анна Комнина. Алексиада. XIII, 4). В конце концов Боэмунд после некоторых попыток переломить ход кампании был вынужден обратиться к императору с просьбой о мире. Император принял его на реке Девол.
598
Анна Комнина, в свою очередь, описывает, как Боэмунд клялся на священных реликвиях императору: «Я, со своей стороны, подкрепляю свой договор с вами следующей клятвой. Я клянусь страстями недоступного страданиям спасителя нашего Христа, непобедимым крестом его, который он принял ради спасения всех, и этими святейшими евангелиями, уловившими весь мир в свои тенета; держа их в руках и мысленно присовокупляя к ним крест Христа драгоценный, терновый венок, гвозди и копье, пронзившее его божественный животворный бок, я клянусь тебе, могущественный и святой наш император господин Алексей Комнин...» (Там же. XIII, 12).
599
Полный текст договора приводит Анна Комнина. Боэмунд признал себя вассалом императора и его сына Иоанна; более того, он поклялся, что будет бороться с Танкредом, если тот не откажется от владений, входивших ранее в состав империи (Там же. XIII, 12).
3. Когда представился случай, [Боэмунд] вернулся в Апулию, уведя с собой небольшую часть своего войска {600} . Большая же часть направилась в Иерусалим, согласно данному обету {601} .
4. В этом же году Филипп, король Франции, встретил свой последний день {602} .
Глава 40
Об осаде города Триполи
1. В год 1109-й от Воплощения Господня и на 11-й год после захвата Иерусалима Бертран, сын графа Раймунда, прибыл к Триполи, приведя с собой генуэзцев с флотом приблизительно в 70 кораблей, [оснащенных] таранами; и все они высадились там. Бертран хотел захватить этот город и по наследственному праву своего отца владеть им как собственным {603} .
600
Униженный Боэмунд отправился в Апулию в октябре 1108 г. В Святую Землю он больше не вернулся. Боэмунд скончался в марте 1111 г.
601
Данное свидетельство Фульхерия не подтверждается другими источниками.
602
Король Филипп I скончался 29 июля 1108 г.
603
Бертран считался незаконнорожденным сыном Раймунда Тулузского, поскольку брак последнего с Эрменгардой Прованской был расторгнут из-за слишком близкой степени родства. К моменту смерти отца он управлял его владениями в Европе. Местные бароны сначала приняли Бертрана как наследника его отца, но, узнав о существовании Альфонса Иордана, они обратились к последнему, чтобы тот воспользовался наследственным правом. Графиня Эльвира прибыла со своим малолетним сыном в Тулузу в 1108 г. Бертрану ничего не оставалось, как попытать счастья на Востоке. Согласно Альберту Ахенскому, весной 1109 г. он с 40 галерами и 4 тысячами воинов направился сначала в Италию, где к нему присоединилось еще 80 генуэзских судов, после чего посетил Византию, а затем уже высадился в порту Св. Симеона в Антиохии (Albert of Aachen. Historia Ierosolimitana. XI, 3—4).