Чтение онлайн

Вдруг с потолка донёсся механический голос:

— Внимание, пассажиры, до отлёта транспорта «Агъяс» назначением на Даор остается полчаса. Пассажиров просят пройти на посадку к тринадцатым воротам.

«Как полчаса? — удивился Кеалор. — Полтора же должно быть.» Разобрался он с этим только значительно позже, уже на борту. Как выяснилось, даты на билетах печатались по мировому времени, то есть по времени нулевого меридиана, который на Венте проходит градусов на пятнадцать восточнее Рипата. Соответственно, местное время в Рипате отставало на час.

«Агъяс» представлял из себя веретенообразное сооружение длиною ярдов в триста. Совершенно гладкое, безо всяких выступов, которыми изобиловали военные корабли. Зато поверх чёрной краски, покрывавшей корабль, во весь борт было нарисовано какое-то животное, похожее на лошадь, но в чёрно-белых пятнах, как корова, и с витым рогом на лбу.

Предъявляя ЛЭТ на проверку вахтенному матросу у пассажирского люка, Кеалор спросил, а что значит эта картинка.

— Ну вроде ты по-барлийски чисто говоришь, — удивился тот, — а кто такой агъяс, не знаешь. Это то самое животное, в честь которого назван наш корабль.

— Сказочное?

— Да нет. Их вон там, прямо за оградой порта, целые стада пасутся.

Когда по внутренней связи объявили, что корабль стартовал, Кеалор у себя в каюте облегчённо выдохнул. Наконец-то он летит на Даор!

Космопорт на Даоре оказался совсем маленьким. Здание вокзала походило скорее на иргантийскую загородную усадьбу, чем на стеклобетонные космовокзалы технологических планет Федерации. Лётное поле тоже большими размерами не отличалось, и кроме «Агьяса», на нём не было ни одного корабля.

Кеалор, чувствуя себя бывалым космическим путешественником, вошёл в двери вокзала и оказался в овальном полутёмном зале. Он быстро нашёл вывеску справочного бюро и обратился к пожилой, скромно одетой женщине за окошком:

— Скажите, пожалуйста, как мне попасть в Индеол?

Женщина прищурилась, словно раздумывая или припоминая.

— Рекомендую вам взять аэротакси на привокзальной площади. Иначе придётся добираться на перекладных. Сначал — в Онрод, остановка автобуса прямо у дверей вокзала, ближайший рейс через полчаса, оттуда два раза в неделю…

— Спасибо, я, пожалуй, действительно воспользуюсь такси.

Напротив здания вокзала стояли несколько крылатых машин. Нечто подобное было у людораков, и на Пегаре вроде бы два или три раза такие над городом пролетали. Кеалор подошёл к первой же из них и спросил:

— В Индеол доставите?

— Почему не доставить? Доставим, — степенно ответил невысокого роста коренастый водитель с роскошной бородой. — Пятнадцать мегов, и через два часа на месте.

— По рукам, — в иргантийском стиле ответил Кеалор.

— И даже торговаться не будешь? — удивился водитель. — Садись.

В полёте водитель не замолкал ни на минуту. Он щедро делился какими-то местными сплетнями, которые Кеалор слушал вполуха, предпочитая рассматривать пейзажи за окном. В космосе он летал уже не раз, в атмосфере планеты — тоже: у людораков случалось, что нужно было быстро перебросить большую группу рабов с одного места на другое в пределах планеты. Но вот так сидеть в удобном кресле и смотреть, как за окном сменяются пейзажи, ещё не приходилось.

Планета Даор совершенно не выглядела технологической. Не было ни гигантских городов, ни блестящих магистралей, ни едущих по ним с бешеной скоростью механических повозок-машин. Флайер сначала миновал обширные степи, по которым там и сям бродили стада какого-то скота, потом долго плыл над бескрайним лесом без малейших следов человеческого жилья или дорог. Так, возможно, выглядела бы с воздуха Ирганто где-нибудь в южном Аренкаре.

Кеалор думал, что в Индеоле в первую очередь нужно будет добиться аудиенции у Лиада. Неизвестно, насколько это сложно, но если Кеалор скажет, что он владеет методикой исцеления от мозголомки, может, удастся всё сделать быстро? На этом месте от размышлений пришлось отвлечься, потому что флайер влетел в горный хребет. Вот именно так, не взлетел над горами, а влетел внутрь. Лёгкая машина, видимо, не могла высоко подниматься, поэтому водитель лихо лавировал по ущельям, и скалы проносились перед самым носом у Кеалора с совершенно непривычной для него скоростью. При этом водитель не замолкал ни на минуту, совершенно не обращая внимания на то, что пассажиру стало очень сильно не по себе.

Наконец водитель заложил крутой вираж и повёл машину на снижение в широкую межгорную долину, зеленеющую садами.

— А вот и замок Индеол, — указал он на возвышавшееся среди садов сооружение с островерхими башенками, после чего круто спикировал и посадил флайер на гравийную дорогу перед настежь распахнутыми воротами.

От ворот по саду разбегался веер извилистых дорожек, посыпанных белым гравием.

— Иди по средней, прямо к замку и придёшь. Ну, бывай. — И водитель поднял машину в воздух.

Дорожка вела через большой, аккуратно ухоженный сад. Кеалор не прошёл ещё и половины расстояния до замка, когда после очередного поворота ему открылась небольшая полянка с фонтаном и несколькими скамейками. На одной скамейке сидела девушка и читала старинный фолиант.

Кеалор протёр глаза. Быть того не может…

— Кэт, — позвал он.

Она подняла голову и посмотрела на Кеалора потухшими, бесцветными глазами. На мгновение в них мелькнула искра интереса, воспоминание о чём-то, какая-то тень чувства, но тотчас погасла. Кэт беззвучно шевельнула губами и равнодушно опустила взгляд, возвращаясь к книге.

Кеалор собрал мысли в кучку. Повезло, удачно, не нужно добиваться никаких аудиенций, он просто нашёл Кэт раньше, чем планировал. А её реакция вполне ожидаема. Это последствия мозголомки. Чувства нужно запихнуть в задний карман и заняться делом. Кеалор сел на скамейку рядом с Кэт и активировал телепатию.

Телепатический щуп проник в сознание девушки. Раньше Кеалор никогда не мог этого сделать, у Кэт стоял роскошный ментальный блок, поди его ещё взломай. Сейчас от блока не осталось никаких следов. Это тоже понятно, считывание разума срывает любую защиту. Дальше — знакомая картина. Ассоциативная сеть, система при­чин­но-след­с­т­вен­ных связей, ведущая от полученной информации к её оценке и эмоциональной реакции, разорвана на мельчайшие кусочки. Кэт не забыла Кеалора, она его вполне помнила и узнала. Но понять, как следует реагировать на его появление, она не могла. Он был ей безразличен так же, как цвет её платья, запах цветов вокруг и содержание книги у неё на коленях.

Людоракская мозголомка на самом деле не ломала разум, не стирала память. Она просто вдребезги разбивала волю.

К этому Кеалор был вполне готов. Он приказал себе отбросить все переживания и войти в режим предельной ясности мышления. Он видел фрагменты знакомой информации в разуме Кэт, связанные как с их общими воспоминаниями, так и с её прежней жизнью. Вот мелькнул памятник Фиэлу Артроэ, вот блеснула белая земная луна. Вот на мгновение вспомнилась мягкая шерсть Читы, но интерес к этому воспоминанию так же мгновенно погас. Знакомо, всё знакомо и понятно. Всё многократно отработано на пациентах в рабских бараках. Выглядит страшно, но Кеалор знал, как это исправить. Как восстановить стройную систему ассоциативных связей из этого поблёскивающего, бесформенного хаоса.