Чтение онлайн

Профессор выглядел озадаченным. Кажется, он ожидал чего-то другого.

— Хмм… а почему именно такой выбор, если не секрет?

— Профессиональный интерес. Я был начальником службы имперской безопасности. Ловил шпионов и раскрывал придворные заговоры. В начале работы я мало что в этом понимал, но опыт работы секретных служб и описание придворных интриг на материале множества планет дали мне возможность действовать достаточно эффективно.

— Но исходя из того, что сейчас вы здесь беседуете со мной, вашим противникам удалось вас переиграть?

Кеалор фыркнул:

— Увы, технических возможностей организовать планетарную оборону у нас не было. Поэтому я абсолютно ничего не мог противопоставить покушению на юного Императора с помощью астероида, сброшенного с орбиты. И даже не мог доказать причастность к этому покушению ближайшего наследника, каковой и взошёл на престол.

— А такие понятия, как «планетарная оборона», вы тоже выменивали у планетологов?

— Нет, конечно, — усмехнулся Кеалор. — Они мне его просто так объяснили, безо всякого обмена. Когда людораки захватили систему Ирганто, планетологическая миссия была официально отозвана. Но некоторые планетологи остались на нелегальном положении. И поскольку мы с ними оказались на одной стороне, то делились и едой, и патронами, и информацией.

Профессор задумался. За день он успел поднять и просмотреть материалы, касающиеся Ирганто. Но отчёты федератской резидентуры проходили по ведомству разведки Флота, и возможности изучить их у него не было.

— То есть вы, например, умеете обращаться с ручным лучевым оружием?

— Нет, не умею. Такого оружия у нас не было. Было только нарезное магазинное огнестрельное оружие, которое людораки массово поставляли своим приспешникам. Вот с ним — умею.

— А механические транспортные средства, летательные аппараты и что-то в этом роде?

— Почти ничего. Я видел всё это, когда находился в плену у людораков, но управлять чем-нибудь подобным меня там, естественно, никто не учил. Выходцев с докосмических цивилизаций людораки считают тупым скотом и обращаются соответственно. Лопату в руки и пошёл.

— А в какой степени вы за эти два года освоили людоракский язык?

— Неплохо освоил. Я понимаю его на слух и могу на нём говорить, хоть и недолго. Мышцы рта быстро утомляются.

Кот допил коктейль, изящно отставил стакан в сторону и покачал головой:

— Выходит, тал Кеалор, что у вас в голове изрядная семантическая путаница. Верно? Какие-то концепции на английском, какие-то на людоракском, а какие-то только на вашем родном языке. И как всё это соотносится друг с другом, вам порой понять бывает трудно.

— Так и есть, — подтвердил Кеалор. — Когда я думаю на тинмарранском, у меня как будто дыры в голове, если приходится думать о каких-то вещах, для которых на моём родном языке понятий нет. А это почти всё, связанное с Федерацией и вообще со всеми развитыми цивилизациями. Если думать на английском, получаются дыры в том, о чём я узнал у людораков. Вот, например, скафандр. Что это такое — я знал, как его называют людораки — тоже, а на английском назвать не мог. Пришлось спрашивать человека, который был в этот скафандр одет, какое слово для него есть в английском языке.

— Да, внешняя предметная или хотя бы иллюстративная поддержка в таких случаях хорошо работает. Нам, планетологам, иногда приходится работать с людьми, у которых в головах образовалась аналогичная картина. Правда, обычно они происходят из технологических цивилизаций, но у вас уже в любом случае немаленький опыт общения с жителями таких цивилизаций и на удивление свободный, для жителя прединдустриальной монархической культуры, взгляд на мир.

Кеалор пожал плечами:

— Я вырос в Землях Совета. Это не монархия, это ближе к тому, что у вас называется парламентской республикой. Кроме того, я всё-таки бакалавр.

— Ах, так у вас университетское образование?

— Незаконченное, по вашим понятиям.

— Всё равно, это многое объясняет. Да, кстати, флотские вам выдали ЛЭТ с биоинтерфейсом или без?

— С чем?

— С устройством для прямого подключения к мозгу — такая присоска на шнурке.

— А, да, есть такое в комплекте. Только пользоваться ей меня не учили.

— Тогда, я думаю, проблему с семантикой мы решим. В сети есть данные по трём языкам вашей планеты. Они называются тинмарранский, северный и язык Архипелага. Вы говорите на каком-нибудь из них?

— На первых двух я говорю свободно, третий понимаю… примерно на три четверти.

— О, молодой человек, так вы полиглот? Три ваших языка, английский и людоракский.

— Ещё ачжантейский. Язык одной из планет, захваченных людораками.

— Это очень хорошо, потому что для того, чтобы свободно действовать в Федерации, вам следует выучить ещё и барлийский. Это основной язык Федерации, и хотя ЛЭТы нам помогают с языковым барьером, барлийский всё же рекомендуется знать. Седьмой язык выучить гораздо проще, чем второй и даже третий. Позвольте, я ненадолго отвлекусь от нашей беседы.

Профессор повернулся в кресле к письменному столу, протянул лапы к клавиатуре и что-то набрал. На экране появилось окно с движущимся изображением чёрной кошки. Они помурлыкали друг другу, потом профессор закрыл окно и вновь повернулся к Кеалору.

— Я посоветовался с коллегой с кафедры лингвистической психосемантики. Она подготовит вам курс, который позволит вам за несколько дней привести в порядок ваш словарный запас и заложит базовые знания барлийского языка.

— Но я завтра улетаю с Пегара.

— Куда?

— Сначала на Венту.

— Вот и замечательно. Лететь, насколько я помню, дня четыре. За это время вы как раз справитесь с основной частью курса. А залить его к вам в ЛЭТ мы успеем ещё сегодня. Так что сейчас мы можем спокойно переходить к следующему вопросу — адаптации в бессословном обществе. Но мне что-то говорит, что вы в ней не особенно нуждаетесь.

— Адаптация в бессословном обществе это как? Не задирать нос перед поварами и метельщиками улиц? — фыркнул Кеалор.

— Ну примерно. Начальник императорской спецслужбы — это серьёзно. Это очень высокое положение в обществе. Значит, у вас и происхождение соответствующее?

Кеалор усмехнулся.

— Если нынешний император Тинмаррана ещё не успел жениться и завести сыновей, то я вообще-то наследник первой очереди. И по крови, и как бывший принц-регент. Ну и что? Я вырос на Севере, где сословия определяются не столько происхождением, сколько образованием и магической силой. Потом в течение года скрывался от собственных же бывших коллег в качестве бесправного изгнанника. Потом два года был рабом у людораков, причём рабом наименее привилегированным, по сравнению с теми же техниками — просто рабочей скотиной. Но даже когда я правил Империей в качестве регента, я к дворцовым служащим относился по-человечески… так, я, кажется, расхвастался?