Чтение онлайн

В бараках Кеалор пользовался бумажными таблицами. Сейчас, хотя он и подготовил на всякий случай таблицу в ЛЭТе, он надеялся обойтись без расчётов. Как тогда, в первый раз. Ему просто повезло — удалось найти очень яркое, очень значимое воспоминание, которое стало центром восстановления разрушенной структуры. Впрочем, там и личность была очень яркая и сильная, с последующими пациентами так уже не получалось. Но сейчас Кеалор просто знал или надеялся, что знал, какое воспоминание Кэт может послужить опорой. И принялся аккуратно перебирать её память, чтобы добраться до этого воспоминания.

\it «Нас здесь трое. Богиня, ты и я. Натворили мы то, в чём нуждались все трое. Богине нужна была жертва, тебе была нужна я, а мне был нужен ты. Думаю, что это…»

Во имя Арсиэс милостивой, а это что ещё такое???

Такого Кеалор ещё никогда не встречал. Какой-то грубый каркас, явно искусственный, привнесённый извне. Как будто обрывки тончайшего шёлкового полотна пытались сшить грубой парусной ниткой или вообще верёвкой. Это что, здешняя попытка исцеления? Ужас какой. Нужно убирать отсюда этот шнур или даже канат, он такой толстый и грубый, он может помешать тонкому процессу восстановления.

Проделав несколько дыхательных упражнений, Кеалор приступил к удалению ненужного каркаса. Проблема состояла в том, что в методике Кеалора, строго говоря, не было никаких насильственных действий. Он ничего не добавлял и не убирал, только изменял порядок. А сейчас, по-хорошему, нужно бы стереть этот каркас из сознания Кэт. Но Кеалор не умел ничего стирать. Он мог только перемещать. Вот он и вытащил, аккуратно, насколько мог, этот толстенный шнур оттуда, куда его внедрили, и переложил туда, где он не мог ничему помешать. Потом сознание Кэт само разберётся, что с ним делать.

Теперь можно возвращаться к испытанной методике. Где там воспоминание о ночи в Священном Городе? Вот оно. Кеалор принялся пододвигать к нему обломки ассоциативных связей. Хотя бы небольшую область ассоциативной сети нужно было восстановить вручную, подбирая и перемещая фрагменты, составляя пусть маленькую, но живую и знакомую картину в сознании. Один, два, три, десять, тридцать осколков… обычно при правильном выборе центра сборки на этом этапе хватало сорока-пятидесяти фрагментов. Восстановленная сеть затрепетала, по ней пробежали импульсы эмоционального интереса… но на этом всё закончилось. В чём дело? Такое возможно, если неправильно выбран центр восстановления. Если Кеалор ошибся, значит, придётся действовать по полному варианту, составлять таблицу и вручную обсчитывать её. Без Джива это несколько дней. Но были же импульсы! Центр выбран правильно! Значит, что-то мешало сознанию перейти к процессу самовосстановления. Что? Кеалор не знал.

А значит, нужно делать то, что знаем. Гигантский глобус с вопросительным знаком, а потом на нём проступает карта. Звёздное небо Земли. Лицо профессора Синтроэ. Гигантские башни на улицах Рипата. Поток людей с разных планет в рипатском космопорте. К этим образам в памяти тоже можно подобрать осколки ассоциаций, создать несколько работающих фрагментов сети. Пробуем. Кеалор не думал, сколько времени у него на всё это уходит, он полностью ушёл в собирание паззла и не заметил, что на дорожке, ведущей к замку, появилось новое действующее лицо.

Удивительно бесшумно, так что гравий не хрустнул под ногами, к полянке подошёл высокий моложавый человек со светлыми волосами, в которых почти незаметны были седые пряди. Одет он был так, как мог бы одеваться небогатый сельский дворянин на юге Империи. Человек остановился там, где дорожка выводила на полянку, и молча смотрел на Кеалора. Наступила полная тишина, и те, кто гулял в это время в парке, стали аккуратно обходить полянку, сами не зная почему.

Когда фрагмент сети, собранный вокруг глобуса (почему-то не с картой, а с вопросительным знаком на боку), соприкоснулся с фрагментом, собранным вокруг ночи в храме Арсиэс, в сознании Кэт пробежал импульс, и фрагменты соединились сами. Из окружающего хаоса начали подтягиваться другие осколки, медленно скользили к краям растущей сети и присоединялись к ней. Кеалор вздохнул с облегчением. Самовосстановление ассоциативной сети началось.

Кеалор смотрел, как обломки выстраиваются в изящную структуру подобно тому, как вокруг брошенной в перенасыщенный раствор затравки вырастает идеально правильный кристалл. Оставалось только на всякий случай убедиться, что всё идёт правильно и встаёт куда надо. Когда большая часть ассоциативных связей восстановилась, Кеалор выскользнул из сознания Кэт и устало закрыл глаза. Это оказалось куда труднее, чем он думал.

—…И вот что это было? — прозвучал голос Кэт.

— Я полагаю, что этот молодой человек сумел сделать то, что не удалось ни мне, ни всем остальным медикам моей клиники, — ответили рядом. Кеалор открыл глаза и увидел перед собой светловолосого незнакомца. — Вот только как бы теперь ему самому не потребовалась помощь.

— Не надо! — В подтверждение своих слов Кеалор вскочил на ноги. — Я в порядке, просто устал. Вы, должно быть, князь Лиад?

— Он самый. Обойдёмся без поклонов, вам сейчас нельзя наклоняться. Голова закружится. Кэтрин, вы помните этого молодого человека?

— Помню. И сейчас врежу ему как следует за то, что залез ко мне в мозги без позволения!

— Нормально, — кивнул Лиад. — Я вижу, что ваше сознание полностью восстановилось… и что вам обоим нужна еда, отдельное помещение и, пожалуй, чтобы до завтрашнего утра вас не беспокоили. Остальное ждёт. Идёмте.

Майкл Уильямстон стоял на лётном поле пегарского космопорта и смотрел, как на посадку заходит близнец «Нейла Армстронга» «Владимир Джанибеков». Наконец-то! Он знал, что новый крейсер должен подойти со дня на день, но слова словами, а война шла, и людораки сопротивлялись яростно. И вот огромная туша нового восьмитысячника опускается на лётное поле, и вот-вот она всей тяжестью ляжет на грунт, и откроется люк, и можно будет начинать приёмку корабля…

Раздался звонок ЛЭТ. Мысленно ругнувшись, Майкл схватил прибор, взглянул на входящий контакт и нажал кнопку приёма:

— Подожди, Кэт, у меня новый восьмитысячник на посадку заходит… Кэт? Это ты?

— Это я, братик! — отозвалась сестра в ЛЭТе. — Ты мне перезвони, когда освободишься. Пока только скажу, что у меня всё в порядке и родителям я уже позвонила.

— Ты на Даоре? Тал Альдо там?

— Да и да!

— Я тебе перезвоню как только так сразу! Отбой!

Стоявший рядом Юджин Сидоров, будущий командир «Джанибекова», поднял кверху большой палец.

— Я тебе говорил, что этот — доберётся.

— Давайте без титулов, — сказал князь Лиад. — Я с вами говорю не как правитель, а как целитель и директор клиники. Так что просто Лиад, прошу вас.

Рабочий кабинет Лиада прятался за одним из залов парадной замковой анфилады. Это была типичная комната старинного замка: почти квадратная форма, сводчатые потолки, стрельчатые окна и тяжёлая каменная дверь. Окна выходили на северную сторону замка, так что прямые лучи восходящего солнца сюда не попадали. По стенам кабинета тянулись книжные полки, уставленные самыми разными томами, от старинных фолиантов в кожаных переплётах до ярких блестящих обложек явно галактического происхождения.