Чтение онлайн

Тем не менее спокойно сказать «согласен» Кеалору не удалось. Им всё ещё владели приличия, не позволявшие прямо говорить на определённые темы. Поэтому он прибег к ехидной скабрёзности:

— Что, прямо тут?

Жрица всё прекрасно поняла и, схватив его за руку, скомандовала:

— Идём! Сначала — омовение.

Она привела его в полуподвальное помещение, где располагалась большая баня. Здесь было довольно много народа — садовники, мывшиеся после рабочего дня, жрицы разных возрастов, и все совершенно спокойно, не обращая внимания друг на друга, заботились о чистоте телесной. Жрица сама занялась мытьём своего подопечного, и где обычная работа банщицы переходила в лёгкое заигрывание, сказать было трудно.

Потом она выдала Кеалору тунику из тонкого белого полотна и потащила его куда-то вверх по лестницам. Оказалось, что к задней стене храма в несколько ярусов лепятся каменные балконы, разделённые на небольшие отдельные помещения. Именно для того, чтобы делать то, чем не стоит заниматься на виду у всех. Исповеди принимать, например.

Они поднялись на третий ярус. Несколько дверей были гостеприимно распахнуты. Жрица втащила Кеалора в одну из комнат, захлопнула дверь и одним движением сбросила с себя тунику.

— Скажи хоть, как тебя зовут, — попросил молодой человек.

Жрица покачала головой.

— Тебе не нужно знать моё имя, — неожиданно серьёзно ответила она. — Пусть я останусь для тебя безымянным инструментом в Её руке. Иначе вместо того, чтобы помочь тебе решить свои проблемы, я насоздаю новых.

У стены имелось каменное ложе, застеленное тонким покрывалом. Девушка указала на него Кеалору:

— Я буду вести танец, а ты просто следуй за мной.

Когда всё кончилось, они некоторое время лежали рядом, касаясь друг друга. Да, пожалуй, такой обряд Кеалору действительно был необходим. Потом жрица села, оделась и сказала:

— Ты тут полежи немного, подготовь свой рассказ. Через четверть часа я вернусь и выслушаю тебя.

Она вышла. Кеалор лежал в темноте, мысленно просматривая все события, связанные с его дилеммой — от холода альминской воды во сне до Вэллес и Императора в свете иномирового фонаря. Сообразив, что четверть часа уже, должно быть, прошло, он вскочил и быстро накинул на себя тунику Ищущего. И как раз вовремя: вернулась жрица.

Девушка уселась на пятки, приготовившись слушать. Кеалор сел на ложе, откинулся на стену и начал рассказ. Жрица молча слушала, казалось, полностью уйдя в себя. Но как только прозвучало имя принцессы Вэллес, она вскочила на ноги:

— Песня Арсиэс! Моей степени посвящения здесь недостаточно. Нужен совет кого-то другого, обладающего большей мудростью, чем я. Возможно, самой госпожи Ашиллис. Пойдём.

Она опять схватила Кеалора за руку и потащила куда-то по внутренним храмовым переходам. Заглянула в скромного вида каменную дверь, что-то негромко спросила, решительно втолкнула Кеалора в помещение и исчезла, чмокнув его в щёку на прощание.

Обстановка кабинета была более чем скромной. Каменный стол, покрытый полотняной скатертью с вышитой символикой Арсиэс и заваленный бумагами. Несколько храмовых реликвий на полках. Каминная ниша в стене. За столом в простом деревянном кресле сидела женщина в серебристо-голубом одеянии. Кеалор её узнал: он уже видел её в храме на службах, когда привозил Вэллес играть на органе.

Верховной жрице Арсиэс было за шестьдесят, кожа её была покрыта сеткой морщин, а волосы блестели чистым серебром. Но её фигуре могли бы позавидовать и многие тридцатилетние.

— Садись, — сказала госпожа Ашиллис. Она, бесспорно, была пожилой, но в низком голосе звучали такие нотки, что Кеалор мысленно поблагодарил молодую жрицу за оказанную услугу. Несомненно, в молодости Ашиллис одним голосом могла свести с ума кого угодно. Впрочем, почему только в молодости? Она Верховная Жрица богини любви или кто? Просто сейчас ей это не нужно. — Рассказывай то же, что рассказал моей служительнице.

Кеалор снова начал свой рассказ, но Ашиллис, в отличие от молодой жрицы, дослушала его до конца. Затем она кивнула и низким своим завораживающим голосом сказала:

— Ты любишь девушку со звёзд.

Кеалор невольно вздрогнул и кивнул.

— Но она так же далека от тебя, — продолжала Ашиллис, — как и та звезда, с которой она прилетела. Ибо никогда звёздный пришелец не полюбит дитя Ирганто.

— Почему? Ведь они — тоже люди, как и мы.

— И это спрашиваешь у меня ты, человек, выросший среди тех, кто превыше всего ценит силу разума и познания? Сумел бы ты полюбить женщину с дальних островов, которая не знает металла, одевается в шкуры и не умеет считать до десяти? Кеалор тал Альдо, для этих людей мы — такие же дикари, и ни один из них никогда не сочтёт иргантийца равным себе. Снисходительная дружба — самое большее, на что мы можем рассчитывать с их стороны.

Кеалор почувствовал неприятную пустоту в груди. Он вспомнил беседы с Михелем о медицине, сердечную улыбку Пауля, учебник по планетологии и подслушивающее устройство, которые ему дала Кэт… Он считал это дружбой. И не видел снисходительности. Но если мудрая жрица Арсиэс так говорит, ей, видимо, виднее. Значит, либо у Звёздных купцов слишком хорошие маски, либо он сам, несмотря на магическое образование, просто слеп.

— Не стоит считать звёздных пришельцев врагами, — Ашиллис по глазам Кеалора прочитала всё, о чем он подумал, — их следует принимать такими, какие они есть. Но твоя любовь к звёздной девушке бессмысленна и бесплодна.

Кеалор пожал плечами:

— Значит, ты советуешь мне принять предложение Императора и жениться на таллэ Вэллес, чтобы забыть эту звёздную блажь?

— Нет, — покачала головой Ашиллис. — Я ничего тебе не советую. Решать предстоит тебе. И Вэллес. Видишь ли, у вас с ней очень похожая ситуация: вы оба любите тех, кто недоступен для вас. Ты любишь далёкую, но живую, а она — близкого, но мёртвого.

— Принца Айэна?

— Да.

— Но ведь после смерти принца прошло уже несколько лет. Сколько можно оплакивать его? Вэллес молода и достаточно красива, хотя и старается зачем-то изо всех сил это скрывать. Конечно, такого мужа, как Айэн, она больше не найдёт, но… В конце концов, ей всего лишь двадцать три года.

Ашиллис покачала головой:

— Видишь ли, Вэллес — из тех редких людей, которые любят один раз в жизни. Будь её воля, она давно ушла бы из дворца. Хотя бы сюда, к нам. Но Император никогда не отпустит Айэнти из дворца, а мальчик ещё слишком мал, чтобы расстаться с матерью. Вэллес прекрасно понимает, что ради безопасности Айэнти ей нужно снова выйти замуж. Но для неё это всего лишь вопрос необходимости.

Кеалор почесал в затылке:

— Получается просто великолепно. Я, влюбившийся в женщину, которая для меня немногим материальнее иллюзии, и вдова легендарного героя, мечтающая похоронить собственную молодость вместе с умершим мужем. Да, пожалуй, мы стоим друг друга. — Он горько усмехнулся.

Ашиллис снова покачала головой:

— Вэллес вовсе не намерена просидеть всю жизнь над портретом Айэна. Вы, мужчины, слишком переоцениваете своё значение в жизни женщин. У Вэллес есть ребёнок, есть музыка и поклонение Арсиэс. Этого не так уж мало, чтобы заполнить жизнь такой женщины, как она.

— И в результате мне предлагают взять в жены женщину, которую интересуют только музыка, ребёнок и религия, а меня она согласна терпеть исключительно ради сына. Тысяча демонов! Похоже, что в таком браке самым благоразумным будет — целовать в щёчку на ночь. Чтобы мне прямо в постели всего этого не говорили.