Истинная красота
Шрифт:
Патриция с сомнением смотрела на Уильяма. Слишком самоуверенно он выглядел.
— Ты точно убежден, что сможешь после всего случившегося добиться расположения Джейн?
— Абсолютно! Поверь, она примет любое мое объяснение.
Патриция сощурила глаза и некоторое время присматривалась к молодому человеку.
— Надеюсь, в следующий раз ты будешь умнее. Я не привыкла проигрывать.
— Я тоже, — усмехнулся он.
До самого дома Джейн так и просидела, уставившись в ночную темноту. Сколько бы она не думала о Бенедикте и ее отношению к нему, так и не пришла к какому-то определенному выводу.
Она совершенно не понимала себя. Не понимала, как на самом деле относилась к мужу. Ей стало казаться, что она потеряла себя и никак не может найти. Сердце обуревали противоречивые чувства. Тот, кого она любила и считала прекрасным, оказался подлецом, а тот, кто вызывал лишь неприязнь, доставил ей наслаждение. Джейн совершенно не знала ни Уильяма, ни Бенедикта, ни себя. После всего что случилось, в ее душе одновременно что-то умерло и возродилось. Слезы, которые совсем недавно так и рвались наружу, теперь высохли. Она больше не хотела оплакивать растоптанные Уильямом чувства. Они вдруг перестали ее волновать. Сейчас ее гораздо больше волновал Бенедикт, сидящий позади.
Для нее стало полным открытием, что в его объятиях она смогла почувствовать себя так хорошо. Ей понравились его поцелуи. Но как? Почему? Разве он изменился и стал таким же красивым как Уильям? Нет. Его внешность осталась прежней. Тогда почему она возжелала его? Как бы сильно Джейн не смущала эта мысль, но это было правдой. Она ведь горела под его прикосновениями и поцелуями. Ей даже стало интересно, а испытает ли она что-нибудь подобное, если снова окажется в его объятиях?
Джейн захотелось обернуться и ещё раз посмотреть на Бенедикта. Но тут же спохватилась и остановила себя. Ей всё ещё владели неловкость и стеснение. Слишком неоднозначной была вся эта ситуация. Ещё час назад она убивалась по Уильяму, а теперь уже думала о постели с Бенедиктом.
Экипаж остановился возле крыльца.
Бенедикт вышел первым и помог Джейн спуститься на землю. Они вместе вошли в дом и поднялись по лестнице на второй этаж.
Бенедикт проводил ее до покоев и поцеловав в лоб, сказал, чтобы она хорошенько отдохнула, а затем на прощанье пожелал ей спокойной ночи.
Джейн вошла в комнату и вызвав служанку, села на кровать. Ее вдруг посетила мысль, что у Бенедикта ведь не осталось причин спать отдельно от нее, но он почему-то оставил ее одну и ушел к себе. Может на самом деле он презирал ее, а то, что между ними произошло было лишь минутной слабостью? Может он считал ее недостойной себя? Всё таки он прекрасно знал, из-за чего она страдала. Джейн вновь испытала неловкость. Как же было стыдно за свое поведение. Противная тоска сдавила грудь, от чего с уст сорвался тяжелый вздох.
Как только служанка разобрала ее прическу и помогла подготовиться ко сну, Джейн забралась под одеяло и подложив один край себе под голову, легла. Она с грустью думала, что сейчас одинокая постель ее совсем не радовала. Как бы удивительно это не звучало, но ей хотелось очутиться в объятиях Бенедикта. Именно они принесли ей утешение и заставили обо всем забыть. Только в них она ощутила настоящий покой.
Джейн уже битый час вертелась на постели и никак не могла заснуть. Она ложилась то на правый бок, то на левый, то на спину. Проклятый сон всё ни шел. Она всё время думала о Бенедикте. Она как будто до сих пор чувствовала его губы на своей коже, ощущала горячее дыхание, каким он опалял ее, а его руки продолжали исследовать ее тело. Стоило Джейн закрыть глаза, как тут же все эти ощущения обострялись. Она не понимала, что с ней происходит. Почему вдруг Бенедикт занял все её мысли? Что он сделал с ней, что она не могла думать ни о чем другом, кроме как о его губах и руках. И почему ее тело всё горит?
Вдруг, Джейн услышала, как дверь в комнату скрипнула. Она всполошилась и натянув одеяло до самого подбородка, приподнялась. Сквозь ночную темноту ей удалось рассмотреть лишь чей-то силуэт.
— Кто это? — тревожно спросила она.
— Это я, Бенедикт, — послышался до боли знакомый голос.
Ее глаза расширились, когда она поняла, кто стоит перед ней.
— Бенедикт, — еле слышно повторила она.
Он подошёл к кровати и встал возле нее.
— Я тут подумал, а почему бы мне не лечь со своей женой, если, конечно, она не против.
У Джейн чуть было не вырвалось, что и она только что думала о том же самом, но вовремя спохватилась.
— Я совсем не против, — и смущаясь, отодвинулась на середину постели, приглашая его лечь рядом.
Кровать тут же прогнулась под тяжестью мужского тела. Бенедикт вплотную придвинулся к ней и осторожно положил руку на ее живот. Джейн прикрыла глаза и прислушалась к своим внутренним ощущениям. Нет, ничего похожего на отторжение не возникло в душе. Ей нравилось ощущать его горячую ладонь.
— Спокойной ночи, Джейн, — совсем рядом с ее ухом прошептал он.
— Спокойной ночи, Бенедикт, — точно таким же шёпотом ответила она.
Джейн открыла глаза и обнаружила, что лежит одна. Она ведь отчетливо помнила, как ночью Бенедикт пришел в ее покои и лег с ней рядом, как обнял ее. Может ей всё это приснилось? Но она тут же улыбнулась. Нет, он совершенно точно приходил к ней. Джейн приподнялась на руках и посмотрела на окно. Хотя шторы ещё были задёрнуты, но через проникающий через них свет было очевидно, что солнце уже давно встало.
Джейн дернула за шнурок, вызывая к себе служанку. Когда та пришла, то сообщила ей, что завтрак давно прошел. Но как оказалось, кроме лорда Бенедикта за столом больше никого и не было. Леди Норфолк и лорд Уильям ещё отдыхали, так как слишком поздно вернулись домой.
Джейн поинтересовалась, а где сейчас ее муж, на что служанка ответила, что он только что взял коня и уехал. Но куда именно милорд отправился она не знает.
Смотря в свое отражение, Джейн до сих пор не верила, что сейчас ее гораздо больше интересовал Бенедикт, чем его брат. Она даже немного повертела головой, ища хоть какое-то внешнее отличие от себя прежней, но выглядела она точно также как и день, и два назад. Изменения касались только ее внутреннего мира. И к этим новым ощущениям она пока не привыкла.
Так как до обеда было еще достаточно далеко, Джейн всё таки решила позавтракать. Она спустилась в малую гостиную, чтобы там подождать, когда слуги накроют для нее стол. Служанка заверила ее, что младший Норфолк пока не поднимался с постели, поэтому, не боясь встретиться с ним, Джейн стояла возле открытого окна и любовалась прекрасным видом ухоженного сада. Вдыхая свежий воздух, она чувствовала себя так, словно заново родилась. На душе было легко и свободно. Она будто сбросила с себя всё запретное, что столько дней отягощало ее.
Неожиданно, Джейн услышала позади себя какой-то шорох и тут же на него обернулась. О нет! Уильям. Только его ей сейчас не хватало!
Глава 37
— Не смей подходить ко мне! — сразу же заявила она. — Я не хочу ни видеть, ни слышать тебя!
— Джейн, мне нужно поговорить с тобой.
— Я сказала нет! Мне не о чем с тобой разговаривать! — и спешно двинулась к выходу, продвигаясь вдоль стены, чтобы избежать непосредственной встречи с Уильямом.
Джейн охватила злость от одного только его присутствия. Она не хотела смотреть в его лживое лицо. Обогнув стол, собралась уже пройти оставшуюся часть комнаты, как он подскочил к ней и схватил за руку. Уильям резко развернул ее к себе и вцепился в плечи.