Чтение онлайн

К 80-м годам относятся первые шаги Италии на поприще колониальной экспансии в Африке — на побережье Красного моря. В 1882 г. была превращена в итальянскую колонию купленная пароходной компанией Рубаттино бухта Ассаб три года спустя последовала оккупация порта Массауа. Отсюда итальянские колонизаторы предполагали продвинуться в глубь территории, населенной эфиопскими племенами. Но попытка организовать крупную колониальную экспедицию в этом районе закончилась сокрушительным поражением итальянского экспедиционного корпуса при Догали в январе 1887 г.

С конца 80-х годов в политике итальянских господствующих классов наметился новый поворот, обусловленный далеко не в последнюю очередь тем, как изменилось к этому времени соотношение сил правящего буржуазно-помещичьего блока и противоположного ему классового стана.

Итальянское рабочее движение на пути к созданию социалистической партии

Идейное поражение анархизма в конце 70-х годов открыло в развитии итальянского рабочего движения новый этап, основным содержанием которого была организация пролетариата в политическую партию на марксистской платформе. Но прошло еще около полутора десятилетий напряженной подготовительной работы, прежде чем эта задача нашла свое практическое разрешение.

После 1877 г. с критикой анархизма все чаще выступали не только те, кто — подобно сторонникам «Плебе» — никогда не разделял полностью его идей, но и бывшие анархисты. Особенно важную роль в этом критическом переосмыслении анархистской доктрины и тактики сыграл поворот от анархизма к социализму Андреа Косты, в прошлом одного из ближайших сподвижников Бакунина в Италии.

Коста начал отходить от анархизма еще в 1876–1877 гг., но впервые публично высказал свои новые взгляды летом 1879 г. в письме, напечатанном в «Плебе» под названием «Моим друзьям из Романьи»[439] (Романья, откуда Коста был родом, в эпоху I Интернационала была главной «кузницей кадров» итальянского анархизма). Все сделанное в предшествующий период Коста считал полезным и разумным, но уже недостаточным в новых условиях, и призывал своих товарищей извлечь из прошлого необходимые уроки, чтобы быть в состоянии двигать вперед дело революционной освободительной борьбы. Эти уроки в его представлении заключались в том, чтобы в стремлении к конечной цели не забывать о задачах, выдвигаемых повседневной жизнью, и подходить к революции, как к серьезному делу, требующему длительной подготовки. Коста не раскрывал в письме своей позиции по таким вопросам, как отношение к правительству, к другим политическим партиям, значение борьбы за политические реформы, полагая, что все они должны стать предметом обсуждения на съезде его единомышленников; но уже из того, что он считал желательным обмен мнениями по всему этому комплексу проблем, ясно, что его больше не удовлетворяло старое, чисто негативное решение этих вопросов анархистами. Самую важную ближайшую задачу Коста видел в создании (или, как он считал, восстановлении) «Итальянской революционно-социалистической партии», которая вместе с подобными же партиями в других странах возродит на новой основе деятельность Интернационала.

Идеи, высказанные в письме Косты, поддержала значительная часть бывших анархистов, особенно в Романье, хотя были и такие, кто упорно цеплялся за старые позиции и обвинял Косту в измене принципам. Сам Коста отходил от анархизма не без колебаний — в частности, в вопросе о политической партии пролетариата — и ни тогда, ни позднее не хотел порывать с анархистами в организационном отношении. Но независимо от его субъективных помыслов его письмо положило начало не только идейному, но и организационному обособлению от анархистов вслед за сторонниками «Плебе» еще одного течения в итальянском социалистическом движении.

В августе 1881 г. на съезде в Римини последователи Косты основали так называемую Революционно-социалистическую партию Романьи. Решения о конституировании партии и о ее названии были одобрены большинством делегатов, в меньшинстве остались несколько присутствовавших на съезде анархистов. Проект программы и устава партии был разработан уже после съезда избранной им специальной комиссией и принят следующим съездом — в 1883 г.

Революционно-социалистическая партия строилась на основе как коллективного, так и индивидуального членства: в ее ряды принимались «общества и отдельные лица, которые признают общие принципы современного революционного социализма и по мере своих сил и возможностей содействуют их пропаганде и их осуществлению»[440]. Она не рассматривала себя как выражение всего итальянского социалистического движения и заявляла о своем намерении «содействовать созданию Итальянской революционно-социалистической партии, в которой сольются все социалистические и революционные течения Италии»[441], включая также и анархистов.

Но в области программных принципов Революционно-социалистическая партия отошла от анархистов уже гораздо дальше по сравнению с позицией Косты, изложенной в письме «Моим друзьям из Романьи». В ее программе (автором которой был тот же Коста) анархическая, безгосударственная общественная организация рассматривалась не как непосредственный результат социальной революции пролетариата, а как итог длительного развития общества после революционного низвержения капиталистического строя. Программа не только ставила в позитивном плане проблему революционной власти, но в представлении об ее характере и задачах приближалась к понятию диктатуры пролетариата: «…Революция означает прежде всего временную диктатуру трудящихся классов, то есть сосредоточение всей общественной власти (экономической, политической и военной) в руках восставших трудящихся с целью уничтожения препятствий на пути установления нового порядка, чинимых старым порядком, с целью защиты революции, ее расширения и распространения на новые районы, с целью осуществления экспроприации владельцев частной собственности и установления коллективной собственности и общественной организации труда»[442].

В программе получила дальнейшее развитие уже раньше высказанная Костой мысль о необходимости серьезной подготовки к революции: «…Нужно, чтобы ей предшествовала широкая пропаганда революционно-социалистических идей и чтобы органом революции была хорошо организованная партия, которая сможет выступить ее зачинщиком, когда сложатся условия, необходимые для успеха революции, а когда революция вспыхнет, сможет быть ее вдохновителем и даже руководителем»[443]. Подчеркивалось, что революция может осуществиться лишь в том случае, если сознательный социалистический авангард будет иметь на своей стороне массы трудящихся города и деревни. Как средство подготовки к революции в программе рассматривалось и участие революционных социалистов в борьбе за реформы в рамках капиталистического общества.

Программа рекомендовала в качестве одной из возможных форм деятельности партии выдвижение социалистических и рабочих кандидатов в парламент. Итальянское социалистическое движение впервые оказалось перед практической необходимостью определить свое отношение к парламентаризму после избирательной реформы 1882 г., когда часть рабочих получила право голоса. Социалисты Романьи тогда же высказались в пользу участия в парламентских выборах, но против принесения социалистическими депутатами присяги, что в сущности означало отказ от собственно парламентской деятельности. Многие из них пересмотрели свою позицию в вопросе о присяге в связи с избранием в 1882 г. в парламент Косты, который с согласия выдвинувшей его кандидатуру социалистической организации округа Равенна принес присягу и продолжал участвовать в заседаниях палаты. Учитывая как этот прецедент, так и не преодоленные до конца абстенционистские тенденции в партии, принятая в 1883 г. программа передавала вопрос о линии поведения избранных в парламент социалистов на решение местных организаций.

Через участие в избирательной борьбе и в работе парламента революционные социалисты шли к признанию допустимости тактических союзов с буржуазными демократами — в частности, с радикалами, как стала называться та фракция республиканцев, которая еще в 70-е годы отказалась от традиционного антипарламентаризма «Партии действия» (ее виднейшим лидером был бывший гарибальдиец Феличе Каваллотти). По инициативе Косты Революционно-социалистическая партия стала налаживать «единый фронт» и с ортодоксальными республиканцами Романьи.

Избирательная реформа и выборы 1882 г. ускорили дальнейший распад анархистского течения. Многие из тех, кто в 1879 г. с крайним неодобрением отнесся к повороту Косты, теперь в сущности солидаризировались с ним, признав в той или иной форме парламентскую тактику. Эти же события послужили толчком к созданию в Ломбардии новой значительной организации — Итальянской рабочей партии.

Впервые заявив о себе в ходе избирательной кампании 1882 г., Рабочая партия окончательно оформилась три года спустя, когда состоялся ее первый съезд. В отличие от Революционно-социалистической партии Романьи, деятельность которой носила по преимуществу теоретико-пропагандистский характер и была мало связана с борьбой рабочих за экономические требования, Рабочая партия действовала прежде всего как организатор «сопротивления капиталу» и в этом видела свою главную задачу. Она опиралась на объединения рабочих по профессиям и самим типом своей организации гораздо больше походила на федерацию профессиональных союзов, чем на партию.

Андреа Коста

Приняв участие в выборах 1882 г., Рабочая партия после этого по существу отстранилась от политической борьбы, хотя в принципе и не отвергала ее. Она подчеркивала в своем уставе, что «…не имеет ничего общего ни с какой политической партией…»[444]. Это сближало Рабочую партию с анархистами, которые поддерживали с ней известный контакт, тогда как в отношении революционных социалистов состоявшийся в 1885 г. анархистский съезд занял непримиримо-враждебную позицию и призвал вести против них борьбу, «как против любой другой буржуазной партии»[445].