Как поймать монстра. Круг первый
Шрифт:
— Божечки-кошечки, ты за меня переживаешь? — Джемма улыбнулась, но сбросила улыбку так же резко, как и натянула. — Все, хватит разговоров. Вы идете западнее вдоль дороги, мы — на восток. Исходная точка здесь же. Если что, — она хлопнула ладонью по бесполезной рации, — кричите.
Джемма развернулась к лесу. Тот молчал, тихо ожидая, когда они наконец вступят под утопающую в тумане сень деревьев. Ждал их. Звал их внутрь.
«Какое точное, емкое слово, — подумала Джемма. Не вглубь — внутрь».
И двинулась вперед.
Кто бы здесь ни орудовал — эта тварь может поцеловать Джемму в задницу. Норман ей не достанется.
Территория национального парка Килларни составляла несколько сотен акров леса — поисковые операции в таких местах обычно проводились или большими оперативными группами, или вместе с лесными рейнджерами, если в них была необходимость. Искать кого-то силами четырех человек? Весьма спорная идея, — не удивительно, что Доу был недоволен, — но бросить Нормана Джемма бы не смогла.
И дело не в «идеальной миссии» — Джемма никогда никого не бросала. И класть ей было на пятисотстраничную инструкцию по безопасности.
Она не признавала «сопутствующих потерь». И если кого-то искала, то всегда находила, будь то вампирское логово, скрывающийся в городе людоед-двуличник, похищенный краппеном ребенок, Норман, Брайан Суини или Теодор Купер.
«У меня нет для вас ответов».
Глаза у него были отчаянные. Как у человека, тонущего в ледяной воде.
Фантом из сна — отчетливый и яркий, как недавнее воспоминание, — возник прямо в темноте среди деревьев.
Лес почему-то казался неживым и тихим. Что-то слишком громко хрустнуло под ногой, словно хрупкая косточка. На поверку это оказалась всего лишь ветка, но звук здесь разносился далеко — Джемма еще долго слышала, как удалялись в противоположную сторону Кэл и Доу. Если бы Норман был где-то рядом, он бы их тоже услышал.
Если бы Норман был где-то рядом, он бы не отошел от машины ни на шаг.
Мысль — темная и тревожная — заставляла губы Джеммы сжиматься в тонкую полосу, а взгляд — жадно следовать за фонарным лучом. Джемма освещала ближайшую поросль, сплетенные деревья и кусты, надеясь наткнуться на следы Нормана, и мысленно разбирала пленку событий с того момента, как открыла глаза в салоне автомобиля, до взгляда на пустое заднее сиденье. Кадр за кадром, минута за минутой. Когда именно Норман мог исчезнуть? Был ли он там, когда она, переборов тошноту и головную боль, открыла дверь и почти вывалилась на свежий воздух? Она ведь не проверила. Даже головы не повернула.
Блайт двигался по лесу вслед за ней, но насчет своей спины Джемма не переживала: она доверяла рефлексам. Тем более что земля здесь усыпана перегноем листьев, а у Блайта весьма громкие, немного неуклюжие шаги. Джемма слышала, как тот задевал землю и листья ботинками, и без проблем определяла расстояние до него.
Местность в этом лесу была холмистой, иногда уходила резко вверх или резко вниз, заставляя цепляться за корни, чтобы идти дальше. В ночной темноте те смахивали на огромные искореженные щупальца, то уходившие в землю, то выныривавшие на поверхность. Под некоторыми из них Джемма могла бы пройти едва пригнувшись.
Шорох их шагов был единственным звуком. Эта тишина… Почему так тихо?
Джемма прокашлялась, хотя с горлом было все в порядке, и выкрикнула требовательное «Норман!» — звук собственного голоса слегка разогнал звенящую жуть вокруг.
Изредка Джемма оставляла зарубки, чтобы ориентироваться. Лес не приходился Джемме вотчиной — ее основными охотничьими угодьями всегда были города и твари, что предпочитали растворяться в толпе и лабиринтах из квартирных муравейников и промышленных зданий. Но за столько лет Кэл многому ее научил. Для него, выросшего в буйстве дикой природы Гавайских островов, леса всегда оставались родной стихией.
Мысли о Кэле навели Джемму на еще одно воспоминание. Она отодвинула от лица ветки, чтобы протиснуться между каменистой осыпью и широким дубом, и спросила:
— Кстати, ну и как оно? Интересно поболтали?
Собственный голос разрезал тишину чужеродными звуками, как голос незнакомца.
Из-за спины не раздалось ни слова. Только хруст веток: Джемма отпустила их, когда прошла дальше, и они едва не ударили Блайта по лицу, но тот успел выставить перед собой запачканные руки. Фонаря у него не было.
— О, да брось, можешь не стесняться, — хмыкнула Джемма, когда стало ясно, что отвечать Блайт не намерен. — Ты же это, собрался… Как там было… Дарить ему вдохновение? Стать его музой? — Она с удовольствием позволила себе откровенно поглумиться. — Блин, ты бы подумал, у него ни слуха, ни голоса, кисточки в руках никогда не держал…
Они повернули, так что Джемма видела, как Блайт невпечатленно пожал плечами.
«Да ладно тебе, — подумала она. — Ну же. Выйди из себя, повесели леди».
— Или поматросишь и бросишь? — продолжала она, разгоняя ночную тишь. — Ну, точнее, съешь? Слушай, хорошо, что тебя застолбило на Кэле, а не, например, на Доу. Там же сплошные кости.
— Кто угодно, — наконец сломался он. — Если это не вы.
— О! — громко вздохнула Джемма. — А вот сейчас обидно было.
— Нет. — Шли они медленно, и голос Блайта раздавался прямо у нее за спиной. — Вам не обидно. И не весело. И разговаривать вам не хочется. Вы просто пытаетесь не идти в тишине, а заодно проверяете меня на прочность.
Джемма обернулась намеренно резко, так что Блайт чуть не впечатался в нее — точнее, ей в грудь, с их-то разницей в росте. Он растерялся, Джемма своим взглядом выцепила его взгляд, будто за руку схватила: Блайт инстинктивно дернулся назад.
— Умненький вампиреныш, значит, — медленно произнесла Джемма. — А я думала, у тебя только мордашка красивая.
— Обидно быть не самой умной? — не остался в долгу Блайт. — Хотя, пока рядом мистер Доу и мистер Эшли, у вас и так не слишком получается.