Весь день моросило в пустынных горах дотемна.Небесная глубь вечерней прохладой полна.Средь хвои сосновой слепит-блистает луна.Прозрачно бежит по камням ручьевая волна.Бамбук зашумел — возвращаются прачки с реки.Лотос качнулся — рыбачьи плывут челноки.Пусть отлетел аромат весенней травы —На осень в горах со мной остались бы вы!
Чистый поток оброс ивняком и травой.Конь и повозка медленны, словно скользят.Воды текут — река сдается живой.Поздние птицы летят в гнездовья назад.Близ переправы древней — глухой городок.Горы осенние солнце зажгло ввечеру.К склонам Суншань труден путь и далек;В горную келью вернусь — и калитку запру.
651
Суншань— священная гора в центральной части Древнего Китая.
Написал, возвращаясь на реку Ванчуань
Слышу при входе в долину трезвон порой.Реже навстречу бредут лесоруб, рыбак.Долгий тлеет закат за дальней горой.К белым стремлю облакам одинокий шаг. [652]Стебель рогатика слаб — к влаге приник.Тополя пух невесом — взмыл на ветру.Луг восточный весной — словно цветник.Тихо грустя, калитку молча запру.
652
К белым стремлю облакам // одинокий шаг. —То есть возвращаюсь домой. Белые облака у Ван Вэя — символ жилища отшельника.
Жилище в горах
Запер калитку в тиши. Безбрежен закат.Вижу — гнездо журавля на каждой сосне.Дверцу из веток [653] открыть случится навряд,—Редко друг и собрат заглянет ко мне.Красные лотосы сбросили ветхий наряд.Вешний бамбук — в пыльце, рощи цветут.На переправе огни мелькают подряд.Собран орех водяной, — расходится люд.
653
Дверца из веток— то есть калитка.
Живу на покое у реки Ванчуань
В Белый храм [654] воротясъ, в келью мою,В стольный не езжу град, к Зеленым вратам. [655]К древу у дома припав, нередко стою,Даль созерцаю, вижу селение там.Белые птицы парят над сизой горой,Дикий рис отражен зерцалом воды.Словно второй Улин-цзы, отшельник второй,Движу скрипучий журавль, поливаю сады. [656]
654
Белый храм— то же, что Лоянская келья (см. сноску 642).
655
В стольный не езжу град, // К Зеленым вратам.— Поэт говорит, что не ездит в столицу танского Китая город Чанъань, где были Зеленые ворота, — то есть не собирается возвращаться на службу.
656
Словно второй Улин-цзы, // отшельник второй, // Движу скрипучий журавль, // поливаю сады. — Ван Вэй сравнивает себя с Чэнь Чжун-цзы, братом министра древнего государства Ци. Чэнь Чжун-цзы, не согласный с политикой брата, покинул Ци и переселился в Чу, в местность Юйлин (Улин). Государь Чу, прослышав о его добродетелях, пригласил Чжун-цзы к себе на службу, но тот отказался и продолжал зарабатывать себе пропитание, поливая чужие сады.
В саду весной
В легких сандалиях после ночного дождяВ утренник вешний, ветхий накинув халат,Сад по частям поливаю, с бадейкой бредя.Персик румяный цветет, ивы пылят.Словно доска для шахмат делянки трав.Поднял над рощей журавль свой наклонный шест.Столик из шкуры оленьей к закату взяв,Прячусь в полыни, укромных взыскую мест.
Поля и сады на реке
Над плесом Цишуй [657] в благой живу тишине.Нет гор на востоке. Бескрайны дали полей.За тутовой рощей простор в закатном огне.Меж сел побережных река сверкает светлей.В деревне подпасок тропой бредет луговой.Охотничий пес бежит за владельцем, как тень.Чем занят отшельник? Ответа нет не впервой.Калитка из веток с рассвета закрыта весь день.
657
Цишуй— река на территории нынешней провинции Хэнань.
Поздней весной меня навещает чиновник Янь с друзьями
Три тропинки, астры и сосны в саду.На пять повозок в хижине свитков и книг.Клубни варю, гостей уважаемых жду.К дому зову — взглянуть на гибкий тростник.Сорока спешит взрастить птенцов по весне.Иволга плачет — поник засохший цветник.Близясь к закату, грущу о моей седине,Время отныне мне драгоценно вдвойне.
Посетил горную обитель почтенного Тань Сина в храме Ганьхуасы [658]
Тигровый ручей [659] ,— здесь на закате дняС тростью в руках вы ожидали меня.Торопливый гость услышал тигра вдали.По дороге домой вы за течением шли.Диких цветов заросли так хороши.Голос птицы в теснине столь одинок и чист.Вам ночью не спится. В тихом лесу — ни души.Лишь в сосняке ветра осеннего свист.
658
Храм Ганьхуасы— буддийский храм в горах Ланьтянь в нынешней Шэньси.
659
Тигровый ручей… — Горный поток, неподалеку от которого поселился в свое время один из патриархов китайского буддизма Хуэй-юань (V в.). Всякий раз, как Хуэй-юань или кто-нибудь из его гостей переходили через этот поток, раздавалось рычание тигра, отсюда и название. Здесь — символ обиталища отшельника.
Солнечный блеск озарил последки весны.Луг обновлен. Свежа трава луговин.Полировщик зеркал [661] — близ ложа сижу у стены,Поливальщик садов [662] — брожу средь рощи один.В пять коней колесница всполошила убогий приют.Старца выводят слуги-мальчики под рамена.Яства простые готовят на кухне, снуют.Не обессудьте, — семья Жуаней бедна. [663]
660
Гочжоу— область, находившаяся на территории нынешней Сычуани.
661
Полировщик зеркал— древний даос, зарабатывал на жизнь полировкой зеркал, а также лечил людей чудодейственными пилюлями; здесь — отшельник.
662
Поливальщик садов. — См. сноску 656.
663
Не обессудьте, — // семья Жуаней бедна. — Семья Жуаней — поэт Жуань Цзии его брат Жуань Сянь, которые жили в бедности и уединении. В этом стихотворении Ван Вэй, по традиции, уподобляет себя знаменитым отшельникам древности.
Посещаю обитель Сянцзи
Бреду наудачу к святому храму Сянцзи.В глушь углубился, — гряда вершин, облака.Деревья древни, безлюдны крутые стези.Где-то в ущелье колокол издалека.Меж скальных уступов клокочет пена реки.Солнце на хвое к закату все золотей.Под вечер монахи у дикой, глубокой луки,Уйдя в созерцанье, смиряют дракона страстей.