Чтение онлайн

– Синьор, даже Папа Римский знает не всё… – начала я мягко.

– Не заговаривай меня! – рявкнул он, ещё раз стукнув по столу – на этот раз кулаком. – Твой муж обещал мне эликсир бессмертия к лету! Говорил, что ему осталось всего чуть-чуть до открытия!

– Синьор, – попробовала я достучаться до его средневековых мозгов, – мой муж умер. Уже этот факт подтверждает, что эликсира бессмертия у него не было.

– Зато ты выглядишь на удивление молодо! – зашипел Занха. – Тебе ведь тридцать? Об этом на всех улицах говорят! Тридцать, а выглядишь, как молоденькая девчонка! И твоё варенье не портится даже в самую сильную жару! Решила приберечь эликсир себе? А мужа прикончила, чтобы не мешал?

– Что вы такое говорите? Бога побойтесь… – снова начала я, но тут за меня вступился маэстро Зино.

– Синьор Занха! – загремел он гневно. – Вы ворвались в мой дом с головорезами, угрожаете женщине! Это подсудное дело, я вам скажу!

– А ты помолчи, – бросил Занха, даже не оглянувшись. – Я не к тебе пришёл, а к этой чёртовой ведьме. Она моя должница, и я имею право преследовать её везде.

– Вот и преследуйте где-нибудь везде! – возмутился хозяин остерии. – А у меня тут приличное заведение! Ко мне ходят знатные синьоры, чтобы вы знали! Сам Марино Марини…

– Разнесите ему тут всё, чтобы помалкивал! – рявкнул Занха, перегнулся через стол и схватил меня за волосы.

Я завизжала, маэстро Зино завопил белугой, когда горшки, скамейки, чашки и ложки полетели в разные стороны.

– Вы что делаете?! Разбойники! Варвары! – заорал несчастный хозяин и бросился драться.

Один из слуг Занхи получил хороший удар в челюсть, второй – кулаком в живот, но потом остальные подручные налетели на маэстро Зино всей шайкой и повалили его на пол, от души пиная и мутузя кулаками.

Тенероне Пьетро попятился и исчез в глубине кухни, как привидение. Я понадеялась, что сейчас он вернётся с топором или, на худой конец, с каминным вертелом, но этот слизняк исчез с концами.

Маэстро был полностью нейтрализован, а я осталась один на один с Занхой, который выволок меня из-за стола и теперь дышал мне в лицо винными парами и злостью.

– Ну? Всё равно будешь отказываться? – спросил он, потряхивая меня за волосы, так что мой тюрбан благополучно свалился, и косы рассыпались. – Твоё варенье не портится – потому что ты добавляешь в него эликсир бессмертия, ведьма!

– Там просто сахар и ром! – крикнула я, хватая его за руку, пока он не выдрал мне все волосы. – Не выдумывайте! Эликсира не существует!

– Как ты охраняешь свой секрет! – восхитился Занха и оскалился в улыбке, показав жёлтые гнилые зубы. – Но это не твой секрет, милашка. Это мой секрет. Твой муж получил за него хорошие деньги, а товара так и не предоставил. Долги твоего мужа – на тебе. Отдай эликсир по-хорошему, и я забуду про тебя.

– Да нет эликсира! Нет! Ром и сахар! Только и всего! – пыталась я объяснить, но уже понимала, что всё бесполезно.

Маэстро Зино не подавал признаков жизни, и было ясно, что наступает моя очередь.

Головорезы Занхи отошли от лежащего на полу хозяина остерии, потирая ушибленные места и ругаясь, и встали вокруг, с интересом наблюдая, как их главарь таскает меня за волосы, пригибая к столу.

– Подержите её, – велел Занха своим слугам, и те с готовностью подскочили, схватив меня за локти и уложив животом на стол.

– Вы что делаете?! Отпустите! – завопила я, перепугавшись по-настоящему, до потемнения в глазах.

– Чтобы ты лучше уяснила, что мне нельзя врать, – продолжал Занха, пыхтя где-то надо мной, – я тебя проучу, как мужчина. А потом мои парни тебя поваляют от души. И если завтра я не получу свой эликсир, то посчитаю, что тебе всё очень понравилось, и мы опять повторим то же самое, – он похлопал меня по бедру. – Ты же не просто так хотела сохранить красоту и молодость? Это же для мужчин, а?

– Не смейте! Не смейте! – я попыталась его лягнуть, но один из мужчин схватил меня за шею, придавив к столешнице, и тогда в глазах у меня по-настоящему потемнело.

Я попыталась глотнуть воздуха, и как издалека услышала грубый мужской смех. Чья-то рука потрепала меня по голове, безжалостно путая волосы.

– А она хорошенькая, – сказал один из слуг Занхи и заржал. – Чистая такая…

Ну вот, дождалась Полиночка. Это совсем не похоже на весёлую прогулку по средневековой Италии. Я как-то совсем позабыла, что в этом ярком, солнечном мире у простолюдинов нет прав, и защитить себя женщина вряд ли сможет. Полицию не позовёшь, и в службу спасения не позвонишь.

– Что тут происходит, позвольте спросить? – раздался вдруг голос адвоката Марино Марини. – Немедленно отпустите женщину, синьор Занха.

Хватка на моей шее заметно ослабла, и я смогла повернуть голову.

Теперь я видела Занху, который стоял, держа в руках расстёгнутый поясной ремень. А возле входа в остерию стоял адвокат. Он был без шапки в расстёгнутом камзоле, и… и без какого-либо оружия. Даже без перочинного ножика.

Если синьор Марино ожидал, что при одном его появлении все разбегутся – то ошибся. Занховские бандиты, да и сам Занха слегка заволновались, но именно что слегка. Просто снова взяли ножи и встали стеной. Про меня, к сожалению, не забыли, и один из подручных Занхи продолжал меня держать, придавив локтём в позвоночник.

– Вас сюда не звали, синьор адвокат, – заявил Занха, чувствуя себя, по-видимому, очень смело за спинами слуг. – Не вмешивайтесь в мои дела, если не хотите закончить, как хозяин этой забегаловки!

Маэстро Зино по-прежнему лежал на полу без движения.

Адвокат быстро взглянул на хозяина остерии, а потом сказал:

– Эта женщина – мой клиент. Я защищаю её интересы. Поэтому уйду только вместе с ней.

– Бросьте, синьор адвокат! – Занха коротко хохотнул. – Все знают, что это вы – клиент этой синьоры!

Слуги дружно поддержали смех своего хозяина, а Занха продолжал:

– Ни к чему ссориться из-за шлюшки, синьор. И не надо быть таким жадным – сами ели вишнёвое варенье, дайте и нам попробовать.

Шутку слуги с удовольствием поддержали – снова посмеялись и отпустили ещё пару сальных фразочек о сладких вишенках.

– Боюсь, буду настаивать, – очень вежливо сказал в ответ на их хохот Марино Марини. – Потрудитесь отпустить синьору.

– Да вышвырните уже его! – потерял терпение Занха. – И дверь заприте, чтобы никто не мешал!