Чтение онлайн

Лишние мысли даже не приходилось отсекать — они сами не могли пробиться сквозь абсолютную сосредоточенность. Брэйв поднял щит и трижды ударил им по резной поверхности тотема, и тот ожил, отвечая гулом, что прокатился по земле.

Едва третий удар затих, как над головой вспыхнул таймер. Тотем испустил волну энергии, очерченные круги вокруг его границы засияли ярче. Из нескольких разломов тут же хлынули твари — юркие, многоногие создания, похожие на скорпионов без хвостов. Они двигались стаей, как единый организм.

Брэйв принял их натиск у самого тотема. Щит пел под градом ударов хитиновых клешней, а меч отвечал короткими, смертоносными выпадами. Шаг в сторону, блок, уклонение, резкий укол. Прыжок вперёд, размашистый удар щитом, рубящее движение. Ни одного лишнего действия. В этом круге был только один хозяин.

Брэйв смахнул грязь с глаз. Волна отбита. Сейчас, по классической схеме эмуляции, должен появиться дальнобойный моб. И точно — на краю арены из песка вырос колышущийся стебель с фиолетовым оком. Он тут же плюнул кислотой, и тотем зашипел, теряя прочность. Брэйв рванул из круга, чувствуя, как спадает аура поддержки. В его границах сильно росли урон и защита, а также действовала постоянная небольшая хилка, но некоторые монстры в этот круг заходить не желали и действовали издалека. Три шага, прыжок, удар сверху вниз. Меч рассёк мерзкий стебель, и тот лопнул, обдав вонючими ошмётками. На обратном пути Брэйв подцепил на себя агро новой группы тварей, уводя их за собой к тем, что уже скреблись у основания тотема.

Эмуляция не давала и вздохнуть. Едва удалось сдержать натиск бронированного жука, который пытался протаранить тотем, на арене появился второй стрелок. Жук постоянно сбрасывал агро, и увести его было невозможно. Башенный щит здесь был бесполезен — нужна была не стена, а инструмент для атаки.

Брэйв отбросил тяжёлый щит на песок и выхватил из инвентаря небольшой круглый баклер из обугленного дерева. Показатель блокирования настолько мал, что любой моб пробьёт границу простейшей атакой, но от баклера требовалось иное — его «Взрывная перегрузка». Если принять на щит урон, превышающий предел блокирования, тлеющий тёмно-алый кристалл в центре взорвётся, оглушая всё вокруг.

Это была авантюра. Удар жука должен был быть достаточно сильным, чтобы активировать эффект, но не настолько, чтобы прибить шальной высокой альфой урона. Брэйв шагнул вперёд. Жук снова замахнулся рогами, и Брэйв подставил баклер под его таранный удар, готовясь к чудовищной отдаче. Кристалл встретился с хитином и взорвался с оглушительным треском.

Волна багровой энергии накрыла арену, и все твари в радиусе — и жук, и стрелок — замерли на месте, попав под мощный стан. Откинув ставший бесполезным баклер в сторону, Брэйв без защиты рванул к стрелку. Несколькими быстрыми ударами он превратил его в труху и вернулся к жуку как раз в тот момент, когда оцепенение спало. Ответный удар твари пришёлся в незащищённый наплечник. Всё тело пронзила острая вспышка боли. Брэйв стиснул зубы и пронзил тварь мечом.

Враги становились злее, быстрее. Таймер мелькал перед глазами, но обращать на него внимание уже не было времени. Появились летающие твари, похожие на ос-переростков, плюющихся ядом. Здоровье тотема таяло всё быстрее, опустившись ниже половины. Два стрелка возникли одновременно с противоположных сторон.

Брэйв выбрал того, что был ближе. Он метнул в него щит, оглушая, а сам, поддавшись безрассудному порыву, прыгнул назад, подставляясь под удар второго. По арене прокатился встревоженный гул. Плевок кислоты ударил в голову, отнимая почти треть здоровья, но главное — он не попал в тотем, чьё «здоровье» было невосполнимо.

Новая угроза не заставила себя ждать. Из разлома у дальнего края арены выползла Хитиновая Охотница — паукообразное существо со жвалами, капающими изумрудной слизью. Брэйв успел отразить почти все, но одна предательски нашла щель в защите и обожгла ногу острой болью.

Разъедающая скверна

Скорость снижена на 75%

И длительность в целых двадцать секунд. Она лишала главного — мобильности внутри круга. Танк не должен стоять на одном месте, особенно когда подступают всё новые и новые волны противников. Зелье очищения использовать бесполезно — оно на общей перезарядке с зельями лечения, а скиллов, способных снять уже наложенный подобный дебаф, попросту не было. Ждать слишком долго. Скрипнув зубами, Брэйв сорвал с пояса фигурку быка. Это была страховка на случай более серьёзных проблем, но придётся использовать сейчас. Брэйв сжал фигурку в кулаке, и она с сухим треском рассыпалась в горсть пепла.

В тот же миг над головой вспыхнула оскаленная бычья морда. Тело окутала полупрозрачная аура несокрушимости. Следом за иглами полетела сеть из липких нитей, но она просто испарилась, едва коснувшись доспехов. Под защитой «Несокрушимого натиска», игнорирующего любые замедления, Брэйв проигнорировал тающий таймер дебафа и рванул вперёд. Три точных, яростных удара оборвали жизнь твари прежде, чем та успела причинить ещё хоть какой-то вред.

Таймер над головой превратился в бессмысленное пятно. Внешний мир отступил. Теперь время текло иначе, подчиняясь внутреннему ориентиру — кулдауну скиллов. Тёплая волна пробежала по телу — «Второе дыхание» вновь восстановило немного здоровья. Первая защитная вспышка этого исцеления накрыла на пятнадцатой секунде, и с тех пор каждые двадцать семь секунд этот импульс жизни возвращался, как прилив. Одиннадцатая активация. Четыре минуты и сорок пять секунд. Разум слился с этим ритмом, который стал надёжнее любого системного таймера.

Монстры пёрли стеной. Любая мысль об атаке испарилась, осталась лишь одна задача — защититься. Щит был испещрён вмятинами и царапинами. Доспех получил два пробоя — на груди и правом боку. Воздух загустел от вони. Круг стал слишком тесным для жизни. И в этот момент на дальнем конце арены появилась огромная хитиновая тварь, сросшаяся с костяным арбалетом размером с человека. Она медленно поднимала своё оружие. Брэйв похолодел: один выстрел — и тотем будет разбит. Неужели именно здесь посыпался Иштори?

Времени на раздумья не было. Брэйв выпил зелье неуязвимости, и пока тело окружал золотой кокон, быстро открыл инвентарь. Пора было использовать плоды прокачки инженерной профессии. Он схватил «мортиру»: похожее на толстую металлическую жабу устройство с четырьмя короткими ножками-опорами и широким жерлом. Мортира сама подхватила из инвентаря четыре заготовленные связки гранат, и всё, что оставалось, это ловко закинуть «жабу» на тотем, чтобы мобы её не сломали. Один щелчок — и первая связка взмыла в воздух, чтобы через мгновение оглушить всех тварей внутри круга.

Брэйв, расталкивая оглушённых врагов, рванул к арбалетчику, но было поздно. С глубоким треском, похожим на раскат грома, тварь выстрелила. Поддавшись авантюрному, безумном порыву, Брэйв подставился под огромный болт. Башенный щит не развалился пополам — он разорвался изнутри от чудовищного удара. Мощная отдача ударила в грудь, отшвырнула на землю. Весь мир превратился в боль и звон в ушах. Но сквозь этот хаос прокрался скрип перезаряжаемого механизма. Этот звук заставил вскочить. Превозмогая боль, Брэйв добрался до моба и вложил всю ярость в три рубящих удара. Тварь рухнула.

Пошатываясь, Брэйв выхватил из интараря запасной щит и устремился обратно к кругу, где монстры выходили из стана после последнего залпа мортиры. Устройство, исчерпав себя, бесполезно лежало на почти уничтоженном тотеме. Брэйв мельком взглянул на таймер. Оставалось продержаться всего семь секунд.

Рёв тысяч глоток давил невидимой волной, отражаясь от исполинских медных труб, что змеились под сводами Горнила. Арена напоминала гигантскую кузницу: ярусы трибун, высеченные из тёмного, будто прокопчённого камня, уходили вверх, теряясь в паутине балок и цепей. В воздухе висел едва уловимый запах раскалённого металла. ТаМ сидел в самом центре ревущего шторма, но взгляд, как и тысяч других, был прикован к крохотной фигурке на усыпанном песком дне.