Чтение онлайн

До Позднего периода единство Хора и Сетха как двух противоположностей мыслилось как нерушимое, подобно тому, как маат и исефет были неотделимы друг от друга. И только с течением времени традиционный египетский дуализм начинает все более напоминать миф о борьбе добра со злом. В рамках таких изменений в текстах греко-римского периода, зафиксированных в храме Эдфу, Хор, воплощающий благое начало, неизменно выступает ниспровергателем зла, с которым теперь неразрывно ассоциируется Сетх. Скорее всего, эти тексты разыгрывались как драматические представления, демонстрирующие триумф Хора Бехдетского над силами хаоса, которые воплощает Сетх в облике гиппопотама. Немаловажно, что за образом Хора угадывается царь, главная миссия которого — спасение страны от власти хаоса. Историческое противостояние Хора и Сетха становится в греко-римский период фоном, отражающим идею царствования, триумф царя. Тексты Эдфу теперь не просто воспроизводят древний миф, а обеспечивают победу правящего царя, Хора на земле, поскольку она гарантирует процветание Египта.

Гелиополь

Эннеада. Фрагмент рельефа из храма Дендеры. Греко-римский период.

Многие древнеегипетские мифы связаны с проблемой возникновения Вселенной, сотворения мира и происхождения богов. Они письменно фиксировались с эпохи Древнего царства и до греко-римского времени включительно. При этом мы ничего не можем сказать по поводу того, когда именно началось сложение тех или иных мифов, поскольку многие божества и детали могли быть известны до времен Древнего царства. Тем не менее принято считать, что древнейшая египетская космогония — та, которая оформилась в Гелиополе. По месту, которое он занимал в государственной идеологии, можно заключить, что это был самый авторитетный религиозный центр Египта, на который, вероятно, ориентировалось жречество других городов при создании своих космогонических систем. С ним связано учение о девятке богов, или Эннеаде, по-древнеегипетски песеджет. Боги, составляющие Эннеаду, — Атум, Шу и Тефнут, Геб и Нут, Осирис и Исида, Сетх и Нефтида — известны и по другим мифологическим сказаниям, но в рамках гелиопольской теогонии всегда действуют вместе [42] . За исключением Тефнут и Сетха, они преимущественно изображались в антропоморфном виде. Правда, в редких случаях и эти двое могли принимать антропоморфный облик.

Впервые о гелиопольской космогонии мы узнаём из «Текстов пирамид», которые оформлялись в городе Солнца, поскольку солярная религиозная система в них доминирует. В связи с этим необходимо сделать оговорку: «Тексты пирамид» представляют собой запись ритуала, необходимого для посмертного воскрешения царя. Их нельзя назвать сборником мифов, хотя последние, конечно, здесь присутствуют. В египтологии даже была актуальна дискуссия по поводу того, можно ли считать те или иные мифологические сюжеты «Текстов пирамид» полноценными записями мифов. На наш взгляд, можно, поскольку мифологические пассажи, присутствующие в этом памятнике, хотя их и нельзя сравнить с литературной обработкой мифа, свидетельствуют о самом наличии мифа в этот период. Для «Текстов пирамид» правильнее сказать, что мифологические события, упоминающиеся в них, находят отражение в записи заупокойного ритуала, а миф и ритуал в Древнем Египте были неотделимы друг от друга.

Ра был не единственным и, вероятно, даже не основным божеством, почитавшимся в Гелиополе. Таковым предстает и Атум — владыка Гелиополя, прабог, с которого и начинается космогонический процесс. Он отделяется от первичных бескрайних вод, персонифицируемых в образе Нуна, которого можно назвать прадемиургом. Нун [43] — это изначальный океан, который иногда приравнивают к хаосу, но только в том смысле, что хаос — неупорядоченное пространство. Однако древним египтянам, по-видимому, было чуждо представление о creatio ex nihilo, поскольку и Нун — не «ничто», а предсуществование, потенциальная основа для сотворения мироздания. Атум сокрыт в водах Нуна, поэтому можно сказать, что они отчасти сосуществуют, и это соответствует традиционному для древних египтян дуалистическому пониманию бытия. В «Текстах саркофагов» практически прямо говорится об отождествлении Создателя (Атума или Ра) и Нуна: «Я — Великий, тот, кто возник сам по себе. Кто это, Великий, кто возник сам по себе? Это воды Нуна» [44] . Это подкрепляется утверждением из более поздних текстов, согласно которым бог Солнца — тело изначального океана [45] .

Погребальная стела с изображением поклонения Атуму и Ра-Хорахти. Третий переходный или Поздний период.

The Metropolitan Museum of Art

Появление Атума из вод океана знаменует начало творения, которое в гелиопольской космогонии выражается с помощью нескольких слов — в «Текстах пирамид» говорится, что Атум «возникает» (хепер), «восходит» (убен) и «становится высоким» (каи). Рассмотрим подробнее сюжеты «Текстов пирамид», связанные с появлением Атума:

Как можно видеть, в акте творения Атум отождествляется с богом-скарабеем Хепри, тем самым приобретая черты божества, связанного с возникновением Солнца. А представления о Хепри как о боге становления, на что указывает значение его имени, коррелируют с качествами Атума, который переходит из состояния предсуществования к существованию. Начиная с «Текстов пирамид» и далее традиционный эпитет Хепри (засвидетельствованный и для Атума) — «возникший сам по себе» (хепер джес эф). Несмотря на появление из вод океана, Атум возникает сам по себе: в «Текстах саркофагов» говорится о том, что Атум был наедине с Нуном, но сам задумал и создал свой облик. Между тем Атум и есть все бытие — как проявленное, так и непроявленное. Это демонстрирует и очень показательный перевод его имени — по-древнеегипетски оно звучит как (И)тем и происходит от многозначного слова тем. С одной стороны, оно имеет значение «все», «завершать», «обладать полнотой», с другой — «уничтожать» или «не существовать». Его имя в равной степени можно трактовать и как «тот, которого (еще) нет», и как «тот, кто целостен (совершенен)». Эта языковая игра подразумевает, что из состояния несуществования Атум развертывается во Вселенную. Аналогично из состояния полноты и бытия он может вновь свернуться — скрыться в водах Нуна, когда придет конец времен.

Хепри и Ра. Фрагмент рельефа из гробницы Сети II в Долине царей. Новое царство, XIX династия.

The New York Public Library

В «Текстах саркофагов» по сравнению с «Текстами пирамид» расширяются представления о первозданном состоянии Атума. Говорится о дне, когда «Атум появился (хепер) в потоке-хеху, в водах-ну (Нуне), во тьме-кеку и в затерянности-тенему» [49] . Все четыре состояния характеризуют условия до творения — вечную тьму и бескрайние воды. Эти абстрактные состояния могут персонифицироваться и в образах конкретных богов, и в таком случае речь будет идти о других космогонических системах. Приведенное выше изречение можно отчасти считать одним из первых свидетельств об Огдоаде — Восьмерке парных мужских и женских божеств, олицетворяющих первородные силы. Хеху, ну и кеку — состояния, которые в других источниках воплотятся в образах богов Хеха, Нуна и Кека (Кука). Отметим, что в рамках космогонии, связанной с Огдоадой, Нун все так же ассоциируется с изначальным океаном, но упоминается уже не просто как прадемиург, а как один из четырех первичных богов. Что касается состояния тенему — затерянности, то оно также может персонифицироваться в образе первобытного бога, который, однако, так и не стал членом Огдоады.

Начало творения в рамках гелиопольской концепции ассоциируется с появлением тверди, возникшей из вод океана: это первородный холм (др.-егип. кау). Ведутся дискуссии о том, стоит ли отождествлять исконный холм непосредственно с Атумом, или же он относится к проявлению Хепри. Так или иначе, он символизирует участки суши, которые появляются после того, как убывает наводнение, — явление, которое древние египтяне постоянно наблюдали в связи с разливами Нила. Именно на холм опирается Атум, когда начинает творить. Далее он поднимается на камень, называемый бен-бен, — религиозный фетиш Гелиополя [50] . Нетрудно заметить, что слово бен-бен однокоренное с глаголом убен — «восходить», от которого также образовано имя птицы Бену, сопричастной процессу творения. Уже с «Текстов пирамид» Бену выступает как гелиопольское божество, связанное с творцом Атумом и бен-беном. В «Текстах саркофагов» говорится, что она дает дыхание жизни, которое наполняет Атума и его сына Шу. В эпоху Нового царства, в одной из глав «Книги мертвых», усопший, отождествляемый с Бену, летает в облике первородного бога и возникает подобно Хепри.

Поскольку речь идет о космогонии Гелиополя, то принято считать, что Атум — светозарное божество, подобное Ра. Однако в космогонических пассажах он не связан с Ра, хотя синкретический бог Ра-Атум присутствует в других изречениях «Текстов пирамид». В III тыс. до н. э. Ра в большей степени заимствует черты Атума как демиурга, но самостоятельной роли в мифологических сказаниях не играет. Более того, в «Текстах саркофагов» Атум называется отцом Ра, передавшим сыну свои ба и аху [51] .

Птица Бену. Фрагмент росписи из гробницы Нефертари в Долине цариц. Новое царство, XIX династия.

Archivio Museo Egizio, F_014

В одном из фрагментов «Текстов пирамид» говорится, что змея выходит из земли, когда пламя выходит из Нуна [52] . Это указывает на то, что безжизненная тьма устраняется с появлением света, то есть демиурга Атума. Что же касается появления змеи, то нельзя уверенно говорить о том, соотносится ли она в данном случае с Атумом, хотя это одно из постоянных его проявлений. Тем не менее возникновение изначального змея зафиксировано и в других космогониях, поэтому, вероятно, и в данном случае змея связывается с мотивом творения.

Ожерелье менат с головами Шу и Тефнут. Поздний период.

The Walters Art Museum

Далее Атум творит первое поколение богов — Шу и Тефнут, которых можно назвать его эманациями. В «Текстах пирамид» их появление описывается очень натуралистично: в одном случае Атум выплевывает божественную пару, в другом — порождает в процессе мастурбации. В пассаже, описывающем выплевывание Шу и Тефнут, слова, подобранные для описания этого действа, основаны на звукоподражании и излюбленной древними египтянами игре слов: «Выплюнул (ишеш) ты Шу, выхаркнул (теф) ты Тефнут» [53] . В этом изречении глаголы ишеш и теф, имеющие примерно схожие значения — «выплевывать», «выхаркивать», «изрыгать», — созвучны Шу и Тефнут, но сами имена имеют другое значение. Их перевод не до конца ясен, и если Шу можно предположительно перевести как «воздух» или «пустота», то значение имени Тефнут не установлено. Важно отметить, что, согласно древнеегипетскому мировоззрению, слюна обладала живительной силой и творческой энергией: с ее помощью создаются боги и уничтожаются недруги. Кроме того, слюна и семя — первые материальные выделения демиурга.