Чтение онлайн

Рассказал князь Вере и как церемония будет проходить, и Веру потихоньку отпустило.

Вера впервые была во дворце, здесь в Стоглавой. Ей понравилось, отапливалось хорошо, было чисто, в этой части на стенах висели портреты, как она мельком увидела, разные ветви императорской семьи, и она, проходя за князем Марецким шла чуть медленнее, очень уже ей хотелось портреты посмотреть, да и сравнить.

Вскоре стали слышны детские голоса, князь Марецкий несколько виновато сказал:

– Всё одно мимо идти, вот решил, что вам будет приятно с Андрюшей повидаться.

Вера с радостью увидела княжича, они с Марецкими встали так, что им видно было всю залу, а дети, игравшие в какую-то мудрёную игру, были посередине и заигравшись никого не замечали.

И Вера увидела, как княжич хохочет, и вспомнила его серьёзное лицо там в костромских лесах.

– Неужели Вера Ивановна Фадеева?
– вдруг из-за спины раздался знакомый мужской голос с бархатными нотками.

Граф Андрей Забела, и Вера обратила внимание на рыжие макушки среди детей, и поняла, что, вероятно, это дети графа.

Князь и граф поздоровались, граф Забела сразу высказал необычайно изящный комплимент княгине Марецкой, отчего та вся зарделась, но не от смущения, а скорее от удовольствия.

– Значит вы, Вера Ивановна, сегодня особый гость, - сказал граф Забела.

Вера решила не смущаться, уже знала, что граф может воспользоваться, да ещё и шутку какую-нибудь отвесить.

Поэтому Вера ответила так, как будто бы не заметила никакого подтекста:

– Да, даже через Северные ворота въезжали, без очереди

– Ну, если без очереди, то это, конечно… - начал граф Забела, но князь Марецкий в этот момент его перебил:

– Андрей!

И княжич, услышав, что отец его зовёт, встрепенулся, а потом и увидел, что рядом с родителями стоит Вера, сначала побежал, но потом, словно вспомнив, что не солидно будущему князю бегать, замедлился и подошёл степенно. Поклонился:

– Здравствуйте, Вера Иванова, очень рад вас видеть.

Было заметно, что ребёнок говорит очень искренне и у Веры даже слёзы на глаза навернулись и в этот момент она вдруг заметил, что все расступились и кланяются, Вера развернулась, из соседних дверей вышла императрица.

Вера тоже склонилась.

Князь Марецкий её представил, коротко рассказал, как состоялось их знакомство. И Вера вдруг поняла, что именно князь организовал всё так, чтобы она заранее узнала и зачем её пригласили, и с императрицей познакомилась, и увидела, детей, и поняла, что и императрица тоже человек, мать, и чтобы Вера не «упала в обморок» там в зале, когда объявят на церемонии её имя.

И когда Вера с Алексеем, попрощавшись с княжичем уже шли в ту часть дворца, в большой тронный зал, где должна была состояться церемония, Вера тихо произнесла:

– Спасибо, Ваше Сиятельство.

Князь слегка склонил голову, давая понять, что Вера не ошиблась.

А в тронном зале была строгая иерархия, где кому стоять, и когда они пришли, то места почти все уже были заняты, но Алексей Потапов, каким-то хитрым образом провёл Веру ближе к тронному возвышению, шепнув:

– Чтобы идти было ближе.

А там стояли в летящих платьях светлых тонов, юные девы, которые впервые прибыли на Новогодний бал, для высочайшего представления, дебютантки.

На фоне их светлых, розовых, кремовых, пудровых и иже с ними оттенков нарядов Вера в синем платье сразу выделялась, казалось, что она пришла, а все девицы стоят за ней фоном. Но заметно это было только с противоположной стороны зала, оттуда, где стояли мужчины, и повернувшийся граф Морозов, который в этот момент разговаривал с генералом Ореховым, вдруг замер, потому что ему снова показалось, что во всём зале больше никого нет, только она.

Вера почему-то ощущала неловкость, ей вдруг показалось, что она выделяется среди всех этих прекрасных в своей юности и ещё не столкнувшихся с жестокостью жизни девиц, словно ворона среди белых лебедей.

Вера даже по сторонам не смотрела, старалась дышать спокойно и думала про то, как сияли радостью глаза княжича Андрюши Марецкого, вспоминала что дома ждёт её Марфа и Домна, а от нечего делать, чтобы скрасить ожидание, наверняка затеяли пироги, и, если Вера каждое их творение пробовать станет, что скоро ни в одно из своих новых платьев не влезет.

И вдруг Вера услышала, девушки разговаривали шёпотом, но император с императрицей ещё не пришли, и поболтать дозволялось, и некоторые даже разговаривали довольно громко, отчего в зале стоял такой гул.

«Как будто пчелиный рой,» - подумала Вера и от нечего дела вслушалась.

– Батюшка уже сговорился обо мне, - произнесла девушка, Вера стояла прямо за ней наискосок чуть-чуть, девица была словно снегурочка белая и только глаза сияли на лице будто топазы, морозной голубизной зимнего неба.

А ей отвечала другая, говорила немного в нос:

– Ах, как прелестно, и кто же он, Аннет? Ты его видела? Надеюсь, что не старик?

– Видела, и даже разговаривала, он такой… - девушка запнулась, будто бы не могла подобрать нужного эпитета, и её подруги начали делать предположения, но ни одно девицу не устраивало.

Наконец она выговорила:

– Он такой … мужественный, я слушала, как он рассказывал про свои приключения и я, словно была там, вместе с ним.

– Да ты влюбилась, Анна, - сказала другая девица, она была высокой с русыми волосами, и немного длинным носом.

– Может и влюбилась, - произнесла девица. И Вера подумала, что дева молодец, такая не даст себя в обиду.

– Ну скажи кто он?
– спросила та, что говорила немного в нос.

– Граф Морозов, Якоб Александрович, наш сосед, - ответила девушка.

А Вера сначала даже не поняла, подумала, что тёзка, а потом как-то всё вдруг сложилось. И срочный отъезд графа по семейным обстоятельствам, и соседка, которую надо вести на бал дебютанток, и то, что он к ней не заехал.

Ну и правда, она же ему отказала. И Вере вдруг стало нечем дышать, потому что в этот момент она увидела его. Он стоял напротив, близкий и далёкий одновременно, и смотрел прямо на неё, или на невесту? Вера не видела, потому что перед глазами вдруг стало мутно, и Вера, испугавшись, что у неё сейчас слёзы польются стала судорожно озираться, чтобы сбежать.