Чтение онлайн

Яромир, внутренне вздрогнул, внешне не показав ни одной эмоции, и холодно заметил:

— Тебе настолько лень заниматься ею самостоятельно, что ты решила скинуть ее на Тихомирова?

— Да мне не лень! — возмутилась его замечанию Мирослава, снова отставая от друга и переходя на быстрый шаг. Они прошли в небольшой холл их хребта, ступая сапогами по деревянному полу орехового цвета. На стенах, имитирующих сруб избы, горели кристаллы в канделябрах. — Просто он предложил… И там, как Женька сказал, можно взять с собой один магический артефакт…

— И зачем же ему потребуется твоя Избушка? — скосив на нее взгляд, спросил Яромир, понимая, что его отсутствие на вчерашней встрече с лешим снова сыграло с ним же злую шутку. Тихомиров, чтоб его Навь побрала, снова обвел всех вокруг пальца, сделав все по-своему.

— Не знаю. Вроде испытание с ними будет связано… — Мирослава задумалась, пытаясь представить ситуацию, в которой бы Женьке понадобилась Избушка на курьих ножках. — Мне она в прошлом году спасла жизнь! Может, и…

— Она тебя спасла, потому что только ты ее ведьма, Мир! — быстро проговорил парень, по пути кивнув вышедшим из комнат однокурсникам, что поздоровались с друзьями. Мирослава махнула им рукой, но продолжала слушать очередные нотации. С чего вдруг все решили, что могут учить ее жить?! — И не будет она его слушаться!

— Но… мы хотели приручать ее к нему… — попыталась доказать свою правоту и чистоту намерений Мирослава таким голосом, что у Яромира заиграла совесть. Он, остановившись у блока “Терем”, криво улыбнулся, глядя на подругу сверху вниз. Она, растрепанная и явно невыспавшаяся, как и он сам, смотрела на него в ответ, явно растерявшись.

— Ладно, это мы все решим позже. А сейчас давай собираться. Через двадцать минут у выхода, пойдет?

— Да, я успею! — кивнула Мирослава и толкнула дверь, скрываясь в своем блоке. Яромир пошел к себе, ощущая, как от напряжения заскрежетали его зубы. Чертов Тихомиров!

??

Стук каблуков военных сапог отбивал ровный ритм, чеканя каждый размеренный шаг молодого мужчины по брусчатке. Он шел от здания Главного штаба, служившего местом, где заседали работники главных отраслей империи по внутренней и внешней политики. Здесь находился главный судья Сумрака, отделы Лев и Лис, представляющие стороны обвинения и защиты. Как сотруднику Ратибора из отдела Туман, Владимиру необходимо было занести кое-какие документы помощнику судьи, потому как скоро состоялось важное заседание по делу одного пойманного лиходела, совершающего человеческие жертвоприношения для призывы высших сил.

Помимо Сумрака в этом здании находились представили Смерча и двух его отделов по внешним и внутренним воздушным перевозкам (Сокол и Сорока) — они занимались контролем и регулированием воздушного пространства империи и за летательными артефактами; Рассвет — этот орган регулирует вопросы семьи и демографии. У него было два отдела: Соловей, занимающийся всеми вопросами института семьи, и Кобра — этот комитет занимался только вопросами отслеживания аномалий у детей ведьмагов. Еще здесь работали нотариусы из государственного органа, именуемого — Огонь.

Остальные органы, такие как, допустим, Зарница — орган власти, отвечающий за здоровье ведьмагов, Хворост, контролирующий леса и сельское хозяйство, Мираж, занимающийся вопросами имперских игр и спорта; Лава — регулирующий школьное начальное, базовое и высшее образование, а также научную деятельность ведьмагов — все они располагались в отдельных зданиях. То же самое касалось и всех отделов Ратибора: Морок, регулирующий охрану курганов и работу с чернокнижниками; Град — следящий за исполнением наказаний над арестованными и приговоренными; а еще Ливень — являющийся лагерем исправительно-трудовым повинностей; Туман, где служил Владимир, занимался территориальным регулированием магических нарушений и был похож своей деятельностью на отдел полиции у простаков — все они относились к Ратибору. Его главное здание, к примеру, располагалось в Кронверке Петропавловской крепости. А вот Гром — отвечающий за разведку, был засекречен для тех, кто там непосредственно не служил, но Владимир знал, что тот делился на четыре отдела: тополь — внешняя разведка, дуб — антитеррор, кедр — диверсионные операции и контрразведка, береза — информационный отдел. Он и сам хотел там служить еще когда был ребенком. Но когда вырос, — перспектива ходить в подчиненных у родного старшего брата ему больше не нравилась, поэтому и выбрал Туман.

Не сходя со своего намеченного пути, направлялся прямиком к главному входу в Зимний дворец, где его явно не ждали. Снующие туда-сюда туристы, гуляющие нестройной толпой по Сенной площади, попадались на его пути, но сами отступали в стороны. Где-то недалеко какой-то музыкант играл на гитаре, стоя у Александровского столба и собирая вокруг себя многих слушателей, с охотой громко подпевающих ему какую-то песню.

Сентябрьское солнце склонилось низко к горизонту, освещая парапетные статуи на крыше дворца красно-золотыми лучами. Под ногами летали упавшие листья, попадая под тяжелую подошву сапог молодого ратиборца. Владимир шел мимо разномастной галдящей толпы, не привлекая их внимание даже без помощи заговора невидимости. Он в форме ратиборца, предполагающей фуражку и кожаный длинный ферязь со знаками отличия в виде коловратов, не сильно выделялся среди аниматоров в костюмах Петра Первого и Екатерины Великой. Как-то раз, когда он точно так же шел во дворец на собрание, его попросили сфотографироваться. Владимир, не желая привлекать к себе лишнее внимание, просто согласился. Девушка-туристка сфотографировала своего сына рядом с ведьмагом, и он пошел дальше, ускорив шаг.

Сегодня у него не было ни времени, ни желания казаться приветливым. Настроения отсутствовало, поэтому его хмурый взгляд работал лучше заговоров от приставучих туристов. К тому же он всегда мог воспользоваться своей привилегией и приехать к главному входу на повозке, запряженной конями, выращенными на конюшнях Кузнецовых. Или вовсе пойти не по туристическому полю, а, приложив перстень к Триумфальной арке Сената в определенном месте кладки, ступить за защищенную от простых людей территорию. Но он почему-то всегда выбирал оказаться здесь среди простых людей даже тогда, когда опаздывал.

Ускорив шаг, вскоре подошел к массивным воротам и приложил перстень к двуглавому орлу. Тот в одно мгновение перестроился золотыми прутьями в медведя, державшего в лапах солнце, и ворота распахнулись. Пройдя по внутреннему дворику, где сейчас было тихо и пусто, прошел внутрь дворца, почти сразу попав на Посольскую лестницу, покрытую красной широкой дорожкой. В обычное время простой человек встретил бы здесь сотню-другую туристов, из-за которых не у него оказалось бы возможности спокойно рассмотреть богатый интерьер дворца или сфотографироваться в одиночестве. Владимир же, который будучи ребенком и подростком, и потом уже когда стал ратиборцем, частенько бывал здесь, и ему не было дела до того, чтобы всматриваться в исторические красоты этого места. Он спешил.

Рабочий день в ведьмаговском правительстве, которое и располагалось в этом величественном здании, уже закончился, поэтому редко кого можно было встретить на своем рабочем месте в такое время. Ведьмаги, как и простаки, не всегда желали оставаться на службе дольше положенного, и, как говорится, по звонку отправлялись восвояси. Мимо прошли два ведьмага, и Владимиру пришлось остановиться, чтобы поздороваться. Это были два старых и почтенных члена Совета Волхвов Иван Покровский и Лаврентий Рублев. Им было уже достаточно лет, чтобы никуда не торопиться, и седовласые мужчины, посмеявшись, отпустили молодого ратиборца по делам, не задерживая его старческими, как они выражались, разговорами. Владимир был этому только рад.

Выйдя к Большой парадной анфиладе мягкой поступью, чтобы не наводить лишний шум, прошел Фельдмаршальский зал, затем Петровский и Гербовый залы, и вскоре дошел до Большого тронного. Там стояли два гвардейца с посохами, присягнувшие на личную защиту императора. Они входили в элитные императорские войска, что было очень почетно, однако, и опасности в их службе было достаточно. Те, хоть и узнали Владимира, все же не отошли от своих обязанностей: заклинанием проверили его на запрещенные предметы и артефакты. Он молча вытерпел уставную процедуру, не выказав зародившегося внутри недовольства. Не обнаружив ничего запрещенного, они пропустили второго сына императора в Тронный зал.