Чтение онлайн

– Надеюсь, завтра ты нас побалуешь чем-нибудь этаким? – спросила бабушка.

– Ну куда ж я денусь? – хотела добавить «с подводной лодки», но вовремя одумалась.

– А Эстерхази будет? – раздалось над ухом.

Я подпрыгнула от неожиданности. Как Саргайл сумел так тихо подойти, пока я отвернулась к плите?! Но за годы рядом с пацанами на такие вещи у меня выработался рефлекс, поэтому я резко заехала ему локтем в солнечное сплетение. Саргайл согнулся пополам и застонал.

– Больно, как же больно, Лейла!

Я же забегала вокруг него как курица-наседка, жалея, что удар получился таким сильным.

– Саргайл, миленький, извини меня! Я не хотела, честное слово! Просто ты так тихо подкрался! Ну что мне сделать, а?

Саргайл застонал еще активнее и, наконец, выдал:

– Меня может спасти только поцелуй прекрасной девы!

– Чего?

– Поцелуй, говорю, вот сюда, – показал пальцем на щеку, на которой не было большого шрама, – и мне сразу так хорошо станет… – И даже закатил глазки.

– Саргайл! – возмутилась я и захохотала, понимая, что туго натянутая пружина, которая закручивалась внутри меня в течение всего вечера, потихоньку начинает расслабляться.

Теперь я узнавала своего старого друга! А потому снова несильно стукнула его локтем в бок и, когда он притворно согнулся от мнимого приступа боли, чмокнула его в щеку со шрамом. Когда повернулась, увидела откровенно ошарашенный взгляд бабушки.

– Что-то не так? – спросила ее.

Она замахала руками, мол, все так, но продолжила в обалдении пялиться на Саргайла, который… улыбался. Эта улыбка была кривой и какой-то неумелой, но она коснулась его глаз, и это было здорово. Хотя я прекрасно понимала, что это лишь маленький шажок из той пропасти, в которую он сам себя загнал. И этот крохотный шажок вперед в любую минуту может обернуться широким шагом назад. И все же на душе стало теплее.

***

Чай мы выпили быстро и так же быстро разошлись по комнатам отдыхать. Когда я спросила бабушку, не хочет ли она сегодня еще немного поболтать, она лишь покачала головой и сказала, что с меня на сегодня достаточно откровений.

В принципе, так оно и было. Откровения Саргайла выбили мена из колеи, и я вряд ли должным образом восприняла бы еще хоть что-то. А потому просто прошла в свою комнату, переоделась и легла. Но еще долго меня преследовали воспоминания Саргайла и мысли о Шалеме довоенного времени, когда я еще была той самой Сладкой девочкой Леймой. А ночью мне почему-то снился не Саргайл, а Сольгер и то, что я увидела в нашу первую встречу в его воспоминаниях…

Я в ареоле света, с нимбом светлых, чуть растрепавшихся волос, стою перед ним и улыбаюсь. Мои глаза кажутся ему такими глубокими и притягательными, что слово «девочка», с которым он ко мне обратился, показались ему неправильными, такие глаза не могут принадлежать ребенку. «Девушка» – будет вернее. Но такая маленькая, хрупкая в свете падающих с улицы лучей солнца. Она сама как маленькое солнышко, будто парит над полом в своих светлых одеждах. А потом он зачем-то сказал ту глупую фразу про сладкие мечты, которую услышал от своих «друзей». И вообще разговор вышел глупый, но какой-то милый и теплый, что ли. Рядом с ней даже стоять было тепло.

Внезапно откуда-то появились обозленные люди с оружием, мелькнуло злое лицо Саргайла. Они вытолкали меня куда-то, разделяя с тем светлым миром чужих воспоминаний, начали кричать, угрожать. Мир резко сузился до их перекошенных злобой лиц, я не выдержала, закричала и…

…проснулась.

Глава 21

За окном занималась заря. А я поймала себя на том, что в последнее время слишком часто возвращаюсь мыслями к прошлому, и это неудивительно, потому что оно все чаще само стучалось в мою дверь. Полежав еще немного, поняла, что все равно не усну, а потому решила побаловать наших гостей на завтрак блинами с мясом. Встала, привела себя в порядок и отправилась на кухню, прикидывая в уме, что нужно подготовить для приготовления Эстерхази, который просил Саргайл. Повариха удивилась моему столь раннему появлению, но уступила место у плиты и помогала.

К моему удовольствию, старалась я не зря – завтрак понравился всем. И после него мы с Эртонизой пошли гулять в сад, где она рассказала мне историю своей жизни, которая напоминала самый настоящий приключенческий любовный роман.

Эртониза Эльверийская была рождена в Фаргоции в семье небогатого аристократа. У нее рано обнаружили Дар, и это позволило ее семье надеяться на выгодное замужество. Жених выбирался очень тщательно, и потребовались длительные переговоры и подсчеты, чтобы таковой наконец был утвержден. Тогда ее и познакомили с молодым красавцем и повесой Юркасом сыном графа Торентийского.. Молодые люди сразу друг другу понравились.

– Правда?! – у меня от удивления глаза стали круглыми, как у лягушки. – Мир оказывается теснее, чем я думала… И как у вас все складывалось? – любопытство просто распирало.

– Ох, этот хитрый развратник чего только не делал, чтобы сорвать у меня поцелуй, а лучше два или три… В общем, его аппетиты росли не по дням, а по часам! – Эртониза рассмеялась. – Пожалуй, у нас даже могло все неплохо сложиться, но отец уделял мало внимания моей охране, и за несколько недель до свадьбы меня похитили работорговцы.

– Как?! – Я была в шоке.

– О! Ты знаешь, сколько на невольничьем рынке стоит одаренная рабыня-девственница? Нет? А еще и аристократка… – Она тяжело вздохнула. – Сейчас, честно говоря, я тоже не знаю, но тогда за меня дали цену хорошего поместья. Купил меня отец Мехмета, визирь султана, в подарок своему сыну на день рождения. Подарок Мехмету очень понравился. – Она криво улыбнулась. – Настолько, что он не стал ждать возвращения в Туранию и представления меня султану, чтобы тот нас поженил. В общем, я стала его наложницей, которую он позже планировал сделать женой. Это все усложняло дело в глазах султана, но Мехмет тогда был очень горяч и склонен к необдуманным поступкам, что меня пугало и привлекало в нем одновременно. Через некоторое время мы, наконец, двинулись по морю в Туранию. Но один бесшабашный корсар на своем корабле напал на каравеллу со столь ценным грузом, и вместо того чтобы меня продать и обогатиться, влюбился и женился. Ну и влюбил в себя, конечно же. – Не смогла не улыбнуться она.

– А как же мой отец?

– К тому моменту как я попала к пиратам, я оказалась беременна от Мехмета. Самур, мой дерзкий спрут, готов был принять и меня, и ребенка, но роды были тяжелыми – по какой-то причине на них наложилась и моя инициация Дара. В общем, выжила я чудом и до сих пор не понимаю как. – Эртониза невесело улыбнулась. – Самур тогда будто обезумел. Почему-то обвинил во всем ребенка и сказал, что если я от него не избавлюсь, то он лично выбросит Ратмира на корм рыбам. Пришлось пообещать, что тогда я пойду следом и никакая сила не удержит меня на этом свете. – Она снова тяжело вздохнула. – Тогда мне удалось отстоять сына, а неприязнь к нему у Самура со временем сошла на нет, и я даже тихо радовалась, когда замечала, что он с ним играл, пока думал, что его никто не видит, в том числе и я. Потом были нелегкие времена, когда он создавал свой пиратский клан.

– Спруты? – догадалась я.

– Именно, – улыбнулась бабушка. – Я помогала ему по мере сил.

У меня же в голове словно шестерёнки щелкали и, наконец, становились на свои места. Осталось уточнить только один момент.

– Бабушка, а какой у тебя Дар?

Она внимательно на меня посмотрела, но все же ответила:

– Я артефактор, Лейла.

– Не может быть?!

– Почему же? – бабушка была искренне удивлена.

– Так это ты тот самый загадочный одаренный, который делает для Спрутов метки и Огонь глубин, которого боятся поголовно все моряки?