Чтение онлайн

Мальчишки оба посмотрели на меня как на пьяного инопланетянина, но тот, что побойчее, все-таки спросил:

– И как, по-вашему, правильно?

– Смотрите. Вы бьете мяч самым кончиком пальцев, а это неправильно. Можете и пальцы себе отбить, и мяч более непредсказуемым становится. Нужно бить примерно вот это частью. – И показала район боковой части большого пальца на ноге.

– Но для этого нужно ногу выворачивать! Это же неудобно! – возразил мальчишка.

– Все удобно! Ты сначала попробуй!

Конечно, сразу у него вышло не очень.

– Ну и?

Мальчишки смотрели на меня, как на неразумную… девочку. И это меня задело!

– Ой, ничего-то вы не поняли! Смотрите!

И, немного задрав юбки и не обращая внимания на небольшие каблуки, которые начали вязнуть в траве, повела мяч к импровизированным воротам.

Внезапно за спиной раздалось покашливание.

– Эээ, Лейла, а что ты делаешь?

За спиной стоял сопровождавший меня на прогулке парень.

– Оу… – Как же это я о нем забыла? И Фрекен Бок куда-то подевалась…

– А она нам показывает, как правильно играть в шарогол. Луций, не мешай, пожалуйста!

– Мелкий, а ты не зарываешься? – поинтересовался, судя по всему, у младшего брата Луций.

– Не-а. Она сама к нам подошла!

– Ты правда знаешь эту игру? – спросил заинтригованный парень.

– Так мои братья часто в нее играют, а я у них главный судья. – Без зазрения совести соврала я. Этими самыми воображаемыми братьями я часто прикрывалась в подобных неудобных случаях.

В общем всю оставшуюся часть прогулки мы обсуждали футбол и чем лучше всего набивать мячи. А вывернувшая откуда-то с боковой тропинки госпожа Тьяна умилялась моему умению вести оживленную беседу, видимо, о погоде.

Конечно, не все встречи проходили столько экстравагантно, но совсем уж откровенно скучать мне тоже не приходилось.

В общем, как-то незаметно и довольно быстро послеобеденное чаепитие в нашем доме превратилось в паломничество молодых людей, хорошо хоть девчонки-близняшки выручали и тоже приходили в гости. Радовало, что о своем желании навестить меня парни, по неписанному закону, извещали заранее, что хотя бы давало возможность представлять, сколько же нашей бедной кухарке нужно приготовить сладостей.

Деда, поначалу смотревшего на это все даже с неким отеческим удовольствием, через какое-то время эта толпа начала знатно раздражать, ведь ему пришлось забыть о спокойном отдыхе. Девушки же меня еще больше невзлюбили и на всех званых вечерах старались уколоть как можно больнее, но у них это практически никогда не выходило. К тому же рядом всегда находился щит из моих подруг и приятелей.

Мне самой, признаться, уже нравилось быть девушкой! Я ведь уже и забыла, что значит быть в центре мужского внимания, нравиться кому-то и флиртовать. Было в этом что-то, что наполняло уверенностью в собственных силах и просто радовало мое женское естество. Все-таки для любой девочки, девушки, женщины очень важно ощущать мужское внимание. Этого требует наша природа, и в этом нет ничего удивительного.

Я даже двигалась теперь иначе – более плавно и размеренно, что ли. Еще и госпожа Тьяна плешь проела насчет правильной осанки, поворота головы в разных ситуациях, поклонов и даже флирта глазами. С одной стороны – бред полный. А с другой – оказалось: не все, что она мне рассказывала и заставляла проделывать, оказалось ненужным, и кое-какие приемы очень действенны не только в общении с мужчинами.

Посиделки у нас дома буквально за пару недель стали некой традицией местной молодежи. Гости даже начали носить с собой угощения, хотя это было и не принято в этом мире. Но все прекрасно понимали, что накормить такую компанию непросто, а уж если она собирается в одном месте чуть ли не каждый день… Разумеется, всю эту ораву нужно было развлекать. Не сидеть же три часа над чаем, жуя булочки и беседую об одном и том же по кругу. Поначалу мы играли в фанты, которые здесь оказались довольно распространенной игрой. Однако очень быстро приелись и они. Все-таки не так много воспитанные молодые люди могли себе позволить и все более-менее приличные и возможные задания были перебраны, несколько раз повторены и, наконец, признаны неинтересными. Поэтому я поднапряглась, вспоминая, и предложила поиграть в Крокодила.

– Что это за игра такая? Даже представить не могу, как в это можно играть! – возмутилась одна из близняшек.

Я показала. Поначалу, конечно, дело не клеилось – здесь не привыкли к такому свободному общению девушек с парнями и откровенно смущались что-то изображать, боясь показаться смешными, недостаточно женственными или недостаточно мужественными. Но через какое-то время все так вошли во вкус, что в первый день рисковали остаться на ужин, а по местным обычаям оказаться у кого-то на обеде или ужине без предварительного приглашения считалось грубейшим нарушением приличий.

Потом была Мафия или, как я обозвала ее в этом мире, Контрабандисты.

А потом… Потом количество моих гостей стало резко уменьшаться. С одной стороны, меня это порадовало, все-таки развлекать всю эту компанию почти каждый день было делом утомительным. С другой – я знала, что ребята собирались прийти, и то, что они отсутствовали, не было их инициативой. Но все были живы и здоровы, а потому поводов волноваться я не видела.

Зато ни с того ни с сего помрачнел дед и ни в какую не признавался, в чем дело. Он стал раздражителен, часто с неудовольствием поглядывал на собиравшуюся у нас компанию. А однажды на ужине после прогулки в городе не выдержал и высказал все, что его так нервировало:

– Нет, ну вы можете себе такое представить?! – Он с остервенением жевал кусочек мяса, который только что с ожесточением отрезал. – Эти провинциальные недоаристократишки подходят ко мне и совершенно не стесняясь выговаривают, что моя воспитанница сбивает их сыновей с пути истинного! Они, видите ли, жениться на ней хотят и всю плешь им проели. А как они могут любимое чадо отдать в руки бедной мыши с кучей братьев на хвосте?! – Он не выдержал и бросил столовые приборы на стол. – Видите ли ты, Лейла, так бедна, что тебя на лето пришлось пристроить к дальнему родственнику, тоже не блистающему родовитостью и зажиточностью! Это я-то?! Это ты-то?! Да если бы они знали, кто мы на самом деле, то уже в очередь бы стояли, чтобы попросить у меня твоей руки! Самодовольные индюки!

Так вот в чем дело! Наконец-то я получила объяснение всех странностей.

– Ну так это же хорошо! – С радостной улыбкой воскликнула я. Отчего дед даже поперхнулся заготовленной фразой. – Или ты собирался выдать меня здесь за кого-нибудь замуж?

– Что? Породниться с этими индюками?! Да ни за что на свете!

– Ну вот и радуйся! В ином случае тебе бы потребовалось гораздо больше времени и нервов, чтобы отвадить их от дома!

Он явно задумался, а через некоторое время подобрал брошенные в запале приборы:

– Может, ты и права, девочка моя. В любом случае, до занятий осталось меньше месяца, и скоро мы покинем это место. – Резюмировал он и принялся за ужин.

Однако хватило деда еще только на полторы недели. А все потому, что к нему-таки начали приходить молодые люди с родителями, чтобы просить моей руки. Просто подойти ко мне или к деду желающий жениться парень не мог – по правилам за него просить мою руку должны родители или близкие родственники и только у того, кто представлял мои интересы. Но это полбеды. Добил деда местный маркиз-вдовец, который и общался-то со мной пару раз от силы. Он пришел один и с порога заявил, что моего приданого ему не надо! Более того – он сам готов дать за меня целое стадо местных баранов!