Лейла. Навстречу переменам
Шрифт:
– Ты боишься, что у тебя не получится, – понимающе глядя мне в глаза, проговорил он.
– Ой, да что там может не получиться? – начала я храбриться, а потом снова ссутулилась и признала правду: – Угу, я трусишка.
– И чего же именно ты боишься?
– Ты не понимаешь? Мне комфортно быть парнем. Благодаря этому образу я столько всего узнала! У меня есть друзья, мне с ними всегда хорошо и весело. А что будет, когда я верну себе женский облик? Я ведь потеряю их всех, дед, понимаешь? – Слезы сами собой потекли из глаз. – Умом я понимаю, что вечно оставаться в образе мальчишки не получится, но сбрасывать уже родную маску прямо сейчас – выше моих сил!
– Все с тобой ясно, Лейла. – Он сам сел на стул, усадил меня к себе на колени и начал как маленькую укачивать и гладить по волосам. – И чего ты сырость развела? Ведь сама же все понимаешь. Да и не собирается никто вот так сразу лишать тебя мальчишеской маски. Тебе ее еще как минимум год носить. А потом, если захочешь, сможешь встречаться где-нибудь со своими друзьями и снова переодеваться в мальчика. А нет, так и вовсе можешь им потом во всем признаться. Они у тебя смышленые, должны все понять. – Я знала – то, что сейчас говорил дед, правда лишь отчасти. По крайней мере, он сам так думал, но его слова успокаивали и обнадеживали, возвращая мне самообладание. – Но ты ведь понимаешь, что заниматься с госпожой Тьяной тебе все равно придется?
– Понимаю…
– И это необходимо в первую очередь для тебя самой. Ты меня, конечно, извини, но платье и шляпка на тебе смотрятся так нелепо, будто ты надела их впопыхах, не зная толком, с какой стороны к ним вообще нужно подходить! Разве это нормально?! А с походкой вообще полный… пф… – Не в состоянии подобрать слов, дед просто всплеснул руками.
– Ты не понимаешь, – насупилась я. – Я эту походку несколько месяцев тренировала…
– Лейла! – воскликнул дед. – Вот, честное слово, что ты цепляешься за образ мальчика? Ты же прирожденная актриса! Так и учись менять маски по мере надобности! Сделай так, чтобы они тебе служили, а не ты им! В будущем тебе это может очень пригодиться!
Такая постановка вопроса меняла дело.
– Я поняла, дед. Буду исправляться.
– И нужно извиниться перед госпожой Тьяной.
– Кто ж спорит? – тяжело вздохнула я. – Пойду извиняться и мириться.
Примирение наше вышло очень… не очень. Дама явно записала меня в отъявленные притворщицы и все время ждала подвоха. Я же наконец вспомнила, что вообще-то взрослая женщина, и троллить бедную госпожу Тьяну больше не собиралась. Наоборот: старалась вести себя соответственно статусу и взять от нее как можно больше знаний.
Я представляла себя кем-то вроде манекена или заготовки, на котором начала рисовать новый образ-маску. Так мне было психологически легче. Я как бы отстранялась и от мальчика, и от девочки. Прожив пять лет мальчиком не так-то легко перестроиться, но через несколько месяцев придется вернуться к прежнему образу и сделать это нужно безболезненно. Вот я и придумала для себя такой психологический трюк.
Порой было трудно, неудобно, скучно. Но я решила, что это некий тренинг, который мне необходимо пройти, и пыталась найти интересное в мелочах. И часто мне это удавалось. Оказалось, что о погоде можно говорить чуть ли не часами. На предложение госпожи Тьяны поговорить о ней я сначала выдала «Погода солнечная, на улице тепло». Она на это снисходительно улыбнулась и защебетала так, что я рот от удивления открыла. Кто ж знал, что небо может ежесекундно менять свои оттенки, а листва за окном шуметь подобно музыке и… тому подобное? Поначалу мне даже стало смешно, ну кто из мужчин будет слушать всю эту чушь?! Но госпожа Тьяна пояснила, что когда мужчина сильно увлечен женщиной, то подчас сам не может и двух слов связать. Это, конечно, льстит, но не прохаживаться же по парку молча и лишь томно вздыхая, вот и нужно уметь и пощебетать. Так и мужчина расслабится, и у меня разовьете образное мышление. И вообще мужчина часто даже не слушает, что говорит женщина, ему это мало интересно – главное слышать ее голос и видеть улыбку.
Я хотела ей на это ответить, что мужчина, который будет считать мои слова фоновым шумом, мне и даром не нать, и даже по велению короля не нать, но решила со своим уставом в чужой монастырь не лезть. Нужно порассуждать о погоде? Да пожалуйста!
Освоение плавной женской походки тоже прошло не без смешных эксцессов. Не сказать, чтобы я совсем забыла, что такое женская походка, но пять лет в мальчишечьем обличии не прошли даром. Оказалось, держать прямо спину, делать небольшие шажки и двигаться плавно, виляя бедрами, очень непросто. Сначала у меня получалось либо плавно, либо бедрами. Не знаю, как несчастная женщина не умерла со смеху, но держалась она молодцом и в конечном итоге все же обучила меня этому процессу.
Так мы и прожили в постоянном обучении и томном отдыхе в беседке целый месяц. А потом из недолгой поездки вернулся взбудораженный дед и тут же дал госпоже Тьяне десять дней отдыха, чтобы она могла съездить в столицу Тализии и обогатиться новыми впечатлениями. Она оказалась очень даже не против, и уже следующим утром возок увозил ее прочь.
Я выдохнула с облегчением, осознав, в каком напряжении все это время находилась. Мне не приходилось прилагать титанических усилий, чтобы снова осознать себя женщиной. Напротив – я стала находить в этом определенную прелесть, с удивлением подмечая, как по-разному могут реагировать на некоторые моменты две мои маски. Но также я поняла, что осознанно загнала себя в мир масок, уже с трудом понимая, где же я сама на самом деле и кем вообще хочу быть.
Легко советовать другим: слушай себя и совой отклик. А если сигналы изменчивы и не всегда понятны?
И отъезд госпожи Тьяны стал для меня возможностью остаться с собой наедине, кое-что осознать, переосмыслить, принять и просто выдохнуть.
А на следующий день после отъезда наставницы и случился тот самый сюрприз, который пообещал мне дед после того, как вернулся из этой короткой поездки. Поздно вечером перед воротами дома в окружении конной охраны остановился экипаж. И из него вышла богато одетая пожилая дама, которой протянул руку мужчина, чья одежда отличалась от одежды остальной свиты, а на голову глубоко надвинут капюшон. Но самое невероятное, что следом за дамой из экипажа вышли Ромич и мой отец!
Дама тут же повелительно взмахнула рукой и четверо охранников растворились в окутывающей улицу тьме – явно отправились в ближайший трактир, а четверка людей, во главе все с той же дамой, вошла в наши ворота. Оставив кучеру самому разбираться с тем, как завести экипаж во двор.
Я наблюдала их приезд в окно и очень хотела выскочить навстречу и броситься на шею отцу и Ромичу, но наличие столь статусной дамы заставило сдержать эмоции. Дед встретил их и вместе с гостями вошел в гостиную, где я сидела и ждала их как на иголках. Однако, когда на пороге показался отец и раскинул руки, я не сдержалась и, сорвавшись с места, мигом оказалась в его объятиях. Он счастливо рассмеялся:
– Сердечко мое!
А когда я подняла на него радостные глаза, немного нахмурился:
– Лейла, а не могла бы ты сегодня снять иллюзию? Всем, кто сейчас находится в этой комнате, можно доверять.
Не сомневаясь ни секунды, я выполнила просьбу.
– Как же я рада тебя видеть, папа!
– А меня? – раздалось обиженно рядом.
Я снова счастливо рассмеялась и повисла уже на шее Ромича, подмечая, что он раздался в плечах еще шире. Это давно уже был не мальчик, а взрослый мужчина, и его объятия показались мне слишком волнующими. Поэтому, немного покраснев, я отодвинулась и, наконец, вспомнила о других спутниках отца.
Пожилая, но все еще очень красивая женщина смотрела на меня с материнской любовью и улыбалась.
– Познакомься, Лейла, это госпожа Эртониза, твоя бабушка, – с толикой неудовольствия представил ее дед.
– Ой, да ладно тебе, старый развратник! Неужели ты думал, что я никогда не познакомлюсь со своей внучкой! – Она протянула к обалдевшей мне руки и сказала:
– Ну же, девочка моя, дай я тебя обниму!.. – Я сделал к ней шаг, а она же тут же преодолела оставшееся расстояние и обняла меня, обдав запахом тонких, немного резких, но приятных духов. А затем отстранила и стала всматриваться в лицо: – Ты и правда очень похожа на свою мать. К сожалению, я видела ее всего лишь раз. И в тот момент она была сильно напугана погоней, у нас и поговорить-то толком не вышло…