Лунный камень
Шрифт:
— Даже не запертъ, продолжалъ онъ, — тамъ въ ящик ея комода. А ящикъ-то не запирается.
Онъ сдъ на край постели.
— Всякій можетъ взять, проговорилъ онъ.
Онъ снова тревожно всталъ и повторилъ свои первыя слова.
— Почемъ знать? Индйцы могли спрятаться въ дом.
И снова медлилъ. Я скрылся за половинку занавсокъ у постели. Онъ осматривалъ комнату, странно сверкая глазами. То былъ мигъ невыразимаго ожиданія. Насталъ какой-то перерывъ. Прекращалось ли это дйствіе опіума? или дятельность мозга? Кто могъ сказать? Все зависло теперь отъ того, что онъ сдлаетъ вслдъ за этимъ.
Онъ опять улегся въ постель!
Ужасное сомнніе мелькнуло у меня въ голов. Возможно ли, чтобъ усыпительное вліяніе опіума дало уже себя почувствовать? До сихъ поръ этого не встрчалось въ моей практик. Но къ чему служитъ практика, когда дло идетъ объ опіум? По всему вроятію, не найдется и двухъ людей, на которыхъ бы это питье дйствовало совершенно одинаковымъ образомъ. Не было ли въ его организм какой-нибудь особенности, на которой это вліяніе отразилось еще неизвстнымъ путемъ? Неужели намъ предстояла неудача на самой границ успха?
Нтъ! Онъ снова порывисто поднялся.
— Куда же къ чорту заснуть, когда это нейдетъ изъ головы, проговорилъ онъ.
Онъ посмотрлъ на свчу, горвшую на стол у изголовья постели. Минуту спустя, онъ держалъ свчу въ рук. Я задулъ другую свчу, горвшую позади задернутыхъ занавсокъ. Я отошелъ съ мистеромъ Броффомъ и Бетереджемъ въ самый уголъ за кроватью и подалъ имъ знакъ притаиться такъ, будто самая жизнь ихъ отъ этого зависла. Мы ждали, — ничего не видя, и не слыша. Мы ждали, спрятавшись отъ него за занавсками.
Свча, которую онъ держалъ по ту сторону отъ насъ вдругъ задвигалась. Мигъ спустя, онъ быстро и беззвучно прошелъ мимо насъ со свчой въ рук. Онъ отворилъ дверь спальни и вышелъ. Мы пошли за нимъ по корридору, внизъ по лстниц и вдоль втораго корридора. Онъ ни разу не оглянулся, на разу не пріостанавливался.
Онъ отворилъ дверь гостиной и вошелъ, оставивъ ее настежь. Дверь эта была навшена (подобно всмъ прочимъ въ дом) на большихъ, старинныхъ петляхъ. Когда она отворилась, между половинкой и притолкой образовалась щель. Я сдлалъ знакъ моимъ спутникамъ, чтобъ они смотрли въ нее, не показываясь. Самъ я сталъ тоже по ею сторону двери, но съ другаго бока. Влв отъ меня была ниша въ стн, въ которую я мигомъ бы спрятался, еслибъ онъ выказалъ намреніе вернуться въ корридоръ.
Онъ дошелъ до средины комнаты, держа свчу въ рук: онъ осматривался, — но ни разу не оглянулся.
Я видлъ, что дверь спальни миссъ Вериндеръ полуотворена. Она погасила свою свчу. Она доблестно владла собой. Я ничего не могъ разглядть, кром туманно-благо очерка лтняго платья. Не зная заране, никто бы не догадался, что въ комнат есть живое существо. Она держалась вдали, въ потемкахъ, не измняя себ ни однимъ словомъ, ни однимъ движеніемъ.
Было десять минутъ втораго. Въ мертвой тишин мн слышалось тихое накрапыванье дождя, и трепетный шумъ втра, пролетавшаго въ деревьяхъ.
Переждавъ минутку или боле посреди комнаты, какъ бы въ нершительности, онъ пошелъ въ уголъ къ окну, гд стоялъ индйскій коммодъ. Поставилъ свчу на коммодъ. Сталъ отворять и задвигать ящики, пока не дошелъ до того, въ которомъ лежалъ фальшивый алмазъ. Съ минуту глядлъ въ ящикъ. Потомъ правою рукой взялъ фальшивый алмазъ, а другою снялъ съ коммода свчу.
Повернулся, прошелъ нсколько шаговъ на средину комнаты и вновь остановился.
До сихъ поръ онъ повторялъ точь-въ-точь то, что длалъ въ день рожденія. Я ждалъ, не окажутся ли слдующія поступка его тми же, какъ и въ прошломъ году. Я ждалъ, не выйдетъ ли онъ изъ комнаты, не вернется ли въ свою спальню, какъ долженъ былъ, по моему предположенію, вернуться въ то время, не покажетъ ли намъ куда онъ двалъ алмазъ, вернувшись въ свою комнату.
Оказалось, что перваго онъ не сдлалъ; онъ поставилъ свчу на столъ и прошелъ немного на дальній конецъ комнаты. Тамъ стоялъ диванъ, онъ тяжело оперся двою рукой на спинку его, — потомъ очнулся, и возвратился на средину комнаты. Теперь я могъ разсмотрть его глаза. Они тускли, смыкались; блескъ ихъ быстро исчезалъ.
Массъ Вериндеръ не вынесла мучительнаго ожиданія. Она подалась нсколько шаговъ впередъ, — потомъ остановилась. Мистеръ Броффъ и Бетереджъ появились на порог и въ первый разъ взглянули на меня. Они, подобно мн, предвидли наступающую неудачу. Но пока онъ стоялъ тамъ, все еще оставалась надежда. Мы ждали, въ невыразимомъ нетерпніи, что будетъ дальше.
Слдующее мгновенье ршило все: онъ выронилъ изъ рука фальшивый алмазъ.
Бездлушка упала какъ разъ у порога, на самомъ виду и для него, и для каждаго изъ насъ. Онъ не старался поднять ее. Только посмотрлъ на нее мутнымъ взглядомъ, и голова его склонилась на грудь. Онъ вздрогнулъ, очнулся на минуту, нетвердою походкой вернулся къ дивану и слъ. Тутъ онъ сдлалъ послднее усиліе, — попробовалъ приподняться и упалъ назадъ. Голова его опустилась на диванныя подушки. Было двадцать пять минуть втораго. Не усплъ я положить часы обратно въ карманъ, онъ уже заснулъ.
Теперь все миновало. Усыпительное вліяніе опіума овладло имъ. Опытъ кончился.
Я вошелъ въ комнату, сказавъ мистеру Броффу и Бетереджу, что они могутъ слдовать за мной. Нечего было опасаться разбудить его. Мы могли свободно ходить и говорить.
— Прежде всего, сказалъ я, — надо ршать вопросъ, что намъ длать съ нимъ. Теперь онъ, по коей вроятности, проспитъ часовъ шесть или семь, вести его въ его комнату далеко. Будь я помоложе, я сдлалъ бы это одинъ. Но теперь у меня ужь не то здоровье, не та и сила, — я долженъ просить васъ помочь мн.
Не успли они отвтить, какъ меня тихонько кликнула миссъ Вериндеръ. Она встртила меня въ дверяхъ своей комнаты, неся легкую шаль и одяло съ своей постели.
— Вы намрены сидть около него, пока онъ спитъ? спросила она.
— Да. Я не совсмъ увренъ въ томъ какъ подйствуетъ на него опіумъ и неохотно оставилъ бы его одного.
Она подала мн шаль и одяло.
— Зачмъ его безпокоить? шепнула она:- приготовьте ему постель на диван. Я могу затвориться и побыть въ своей комнат.
Этотъ способъ устроить его на ночь былъ безконечно проще и безопасне. Я передалъ это предложеніе мистеру Броффу и Бетереджу, оба его одобрили. Въ пять минуть я уложилъ его на диван, слегка прикрывъ одяломъ и шалью. Миссъ Вериндеръ пожелала намъ покойной ночи и затворила свою дверь. По моей просьб, мы вс трое собрались вокругъ стола, на которомъ остались свчи и были разложены письменныя принадлежности.
— Прежде чмъ разойдемся, началъ я, — надо вамъ сказать кое-что насчетъ ныншняго опыта. Я хотлъ достигнуть имъ двухъ различныхъ цлей. Первою было доказательство, что мистеръ Блекъ въ прошломъ году входилъ сюда и взялъ алмазъ совершенно безсознательно и безотвтственно, подъ вліяніемъ опіума. Убждены ли вы въ этомъ посл всего видннаго вами?
Они, не колеблясь, дали мн утвердительный отвтъ.
— Второю цлью, продолжилъ я, было развдать, куда онъ двалъ алмазъ посл того, какъ миссъ Вериндеръ видла, что онъ вынесъ его изъ гостиной ночью, посл дня рожденія. Достиженіе этой цди, конечно, зависло отъ точнаго повторенія его прошлогоднихъ дйствій. Это не удалось и, слдовательно, цль не достигнута. Не скажу, чтобъ это вовсе не было досадно мн, но по чести могу сказать, что это насколько не удивляетъ меня. Я съ самаго начала говорилъ мистеру Блеку, что полный успхъ зависитъ отъ полнйшаго воспроизведенія въ немъ прошлогоднихъ условій, какъ физическихъ такъ и нравственныхъ, и предупредилъ его, что это почти невозможно. Мы лишь отчасти воспроизвели условія, и вслдствіе того опытъ удался только частію. Весьма возможно также, что я далъ ему слишкомъ сильный пріемъ опіума. Но лично я считаю первую причину истинною виновницей того, что намъ пришлось пожаловаться на неудачу и въ то же время торжествовать успхъ