Чтение онлайн

Моя наружность (по обыкновенію) оказалась не въ мою пользу. Недовріе ко мн явно проглядывало въ глазахъ мистера Броффа. Давно привыкнувъ къ производимому мной впечатлнію на незнакомыхъ, я ни минуты не задумался сказать ему то что хотлъ, прежде чмъ онъ войдетъ въ комнату мистера Блека.

— Я полагаю, что вы пріхали сюда вмст съ миссъ Мерридью и миссъ Вериндеръ? спросилъ я.

— Да, отвтилъ мистеръ Броффъ какъ нельзя суше.

— Миссъ Вериндеръ, вроятно, сообщала вамъ о моемъ желаніи, чтобы присутствіе ея здсь (а также, а миссъ Мерридью, разумется) было сохранено втайн отъ мистера Блека, пока мой опытъ не кончится?

— Знаю, что надо держать языкъ на привязи, сэръ! нетерпливо проговорилъ мистеръ Броффъ. — Не имя обыкновенія разбалтывать людскія глупости, я тмъ охотне зажму ротъ въ этомъ случа. Довольны ли вы?

Я поклонился, и предоставилъ Бетереджу проводить его въ назначенную ему комнату.

Посл этого надо было представиться двумъ дамамъ. Я спустился по лстниц,- сознаюсь, не безъ нервнаго волненія, — направляясь въ гостиную миссъ Вериндеръ.

Въ корридор перваго этажа меня встртила жена садовника (которой было поручено прислуживать дамамъ). Добрая женщина относится ко мн съ чрезвычайною вжливостью, явно происходящею отъ подавленнаго ужаса. Она таращитъ глаза, дрожитъ и присдаетъ, какъ только я заговорю съ ней. На вопросъ мой о миссъ Вериндеръ, она вытаращила глаза, задрожала и, безъ сомннія, присла бы, еслибы сама миссъ Вериндеръ не прервала этой церемоніи, внезапно отворивъ дверь гостиной.

— Это мистеръ Дженнингсъ? спросила она.

Не усплъ я отвтить, какъ она уже торопливо вышла ко мн въ корридоръ. Мы встртились при свт стнной дампы. Съ перваго взгляда на меня, миссъ Вериндеръ остановилась въ нершительности; но тотчасъ пришла въ себя, вспыхнула на мигъ и затмъ съ очаровательною смлостью протянула мн руку.

— Я не могу обращаться съ вами какъ съ незнакомымъ мистеръ Дженнингсъ, сказала она:- о, еслибы вы знали, какъ осчастливили меня ваши письма!

Она поглядла на мое невзрачное, морщинистое лицо съ выраженіемъ благодарности, до того новой для меня со стороны моихъ ближнихъ, что я не нашелся какъ ей отвтить. Я вовсе не былъ приготовленъ къ ея любезности и красот. Горе многихъ лтъ, благодаря Бога, не ожесточало моего сердца. Я былъ неловокъ и застнчивъ при ней, какъ мальчишка.

— Гд онъ теперь? спросила она, уступая преобладающему въ ней интересу, — интересу относительно мистера Блека:- Что онъ длаетъ? Говорилъ онъ обо мн? Въ хорошемъ расположеніи духа? Какъ ему показался домъ посл всего случившагося прошлаго года? Когда вы хотите давать ему опіумъ? Можно мн посмотрть, какъ вы станете наливать? Я такъ интересуюсь; я въ такомъ волненіи — мн надо сказать вамъ тысячу разныхъ разностей, и все это разомъ вертится у меня въ голов, такъ что я, и не знаю съ чего начать. Васъ удивляетъ, что я такъ интересуюсь этимъ?

— Нтъ, сказалъ я:- я осмливаюсь думать, что вполн понимаю васъ.

Она была выше жалкаго притворства въ смущеніи. Она отвтила мн какъ бы отцу или брату.

— Вы какъ рукой сняли съ меня невыразимое горе; вы мн жизнь возвратили. Буду ли я такъ неблагодарна, чтобы скрывать что-нибудь отъ васъ? Я люблю его, просто проговорила она:- я любила его съ начала и до конца, даже въ то время, когда была такъ несправедлива къ нему въ помыслахъ, такъ безпощадно жестоки на словахъ. Найдется ли мн извиненіе? Надюсь, найдется и, кажется, одно только и есть. Завтра, когда онъ узнаетъ что я здсь, какъ вы думаете….?

Она снова замолчала и жадно глядла на меня.

— Завтра, сказалъ я:- мн кажется, вамъ стоить только сказать ему то, что вы мн сейчасъ сказали.

Лицо ея просіяло; она подвинулась ко мн; рука ея нервно перебирала цвтокъ, сорванный мной въ саду и заложенный въ петличку сюртука.

— Вы часто видали его въ послднее время, сказала она, — скажите по сущей правд, точно ли вы въ этомъ уврены?

— По сущей правд, отвчалъ я:- я совершенно увренъ въ томъ, что произойдетъ завтра. Желалъ бы я такой увренности въ томъ, что произойдеть нынче.

На этихъ словахъ разговоръ нашъ былъ прерванъ появленіемъ Бетереджа съ чайнымъ приборомъ на поднос. Мы пошли за нимъ въ гостиную. Маленькая старушка, очень мило одтая, сидвшая въ уголк и углубившаяся въ вышиванье какого-то пестраго узора, уронила работу на колна, слабо вскрикнувъ при первомъ взгляд на мою цыганскую наружность и пгіе волосы.

— Миссъ Мерридью, — сказала миссъ Вериндеръ:- вотъ мистеръ Дженнингсъ.

— Прошу мистера Дженнпигса извинить меня, сказала старушка, говоря со мной, а глядя на миссъ Вериндеръ:- поздки по желзной дорог всегда разстраиваютъ мои нервы. Я стараюсь успокоиться, занимаясь всегдашнею работой. Но, можетъ-быть, мое вышиванье неумстно при такомъ необыкновенномъ случа. Если оно несогласно съ медицинскими воззрніями мистера Дженнингса, я, разумется, съ удовольствіемъ отложу его.

Я поспшилъ разршать присутствіе вышиванья, точь-въ-точь какъ разршилъ отсутствіе впрахъ разлетвшагося ястреба и Купидонова крыла. Миссъ Мерридью попробовала, изъ благодарности, взглянуть на мои волосы. Нтъ! Этому не суждено было свершиться. Миссъ Мерридью опять перевела взглядъ на миссъ Вериндеръ.

— Если мистеръ Дженнигсъ позволитъ мн, продолжила старушка: — я попрошу у него одной милости. Мистеръ Дженингсъ собирается производить сегодня научный опытъ. Когда я была въ школ маленькою двочкой, то постоянно присутствовала при научныхъ опытахъ. Они вс безъ изъятія оканчивались взрывомъ. Если мистеръ Дженнингсъ будетъ такъ добръ, я желала бы, чтобы меня предупредили на этотъ разъ, когда произойдетъ взрывъ. Я намрена, если можно, до тхъ поръ не ложиться въ постель, пока не переживу его.

Я попробовалъ было уврить миссъ Мерридью, что на этотъ разъ въ мою программу вовсе не входитъ взрыва.

— Нтъ, оказала старушка:- я весьма благодарна мистеру Дженнингсу, я знаю, что онъ для моей же пользы меня обманываетъ. Но, по-моему, лучше вести дло на чистоту. Я совершенно мирюсь со взрывомъ, только хочу, если можно, до тхъ поръ не ложиться въ постель, пока не переживу его.

При этихъ словахъ дверь отворилась, и миссъ Мерридью опять слабо вскрикнула. Что это — явленіе взрыва? Нтъ: пока только явленіе Бетереджа.

— Извините, мистеръ Дженнингсъ, оказалъ Бетереджъ съ самою изысканною таинственностью:- мистеръ Франклинъ освдомляется о васъ. Вы приказали мн обманывать его насчетъ присутствія моей молодой госпожи въ этомъ дом, я, и сказалъ ему, что не знаю. Не угодно ли вамъ замтить, что это ложь. Такъ какъ я уже стою одною ногой въ могил, сэръ, то чмъ меньше вы потребуете отъ меня лжи, тмъ боле я вамъ буду признателенъ, когда пробьетъ мой часъ, а совсть заговоритъ во мн.

На минуты нельзя было терять на-чисто философскій вопросъ о Бетереджевой совсти. Мистеръ Блекъ, отыскивая меня, могъ явиться сюда, если я тотчасъ же не приду въ его комнату. Миссъ Вериндеръ послдовала за мной въ корридоръ.

— Они, кажется, въ заговор не давать вамъ покою, сказала она:- что бы это значило?

— Единственно протестъ общества, миссъ Вериндеръ, въ самыхъ маленькихъ размрахъ, противъ всякой новизны.

— Что намъ длать съ миссъ Мерридью?

— Скажите ей, что взрывъ послдуетъ завтра въ девять часовъ утра.

— Чтобъ она улеглась?

— Да, — чтобъ она улеглась.

Миссъ Вериндеръ вернулась въ гостиную, а я пошелъ наверхъ къ мистеру Блеку.

Къ удивленію моему, я засталъ его одного, тревожно расхаживающаго по комнат и нсколько раздраженнаго тмъ, что его вс оставили.