Чтение онлайн

— Теперь вы видите, оказалъ онъ мн,- что я имлъ причину о ней безпокоиться.

— Миссъ Вериндеръ немножко взволнована вслдствіе потери своего алмаза, замтилъ приставъ, — да и весьма естественно, весьма естественно! Лишиться такой драгоцнности!

Т же самыя слова, въ которыхъ я старался наканун извинить ее предъ надзирателемъ Сигревомъ, повторялъ теперь совершенно посторонній намъ человкъ, который не могъ принимать въ миссъ Рахили такое живое участіе, какое принималъ въ ней я! Холодная дрожь пробжала по моему тлу, хотя я и не могъ дать себ отчета въ этомъ чувств. Но теперь я сознаю совершенно ясно, что въ ум моемъ впервые промелькнуло тогда подозрніе о томъ новомъ и ужасномъ свт, въ какомъ должно было представиться это дло приставу Коффъ, единственно вслдствіе словъ и поведенія миссъ Рахили во время ихъ перваго свиданія.

— Языкъ молодой двушки пользуется самыми обширными привилегіями, сэръ, замтилъ приставъ мистеру Франклину. — Забудемъ это и перейдемъ прямо къ длу. Благодаря вамъ, мы узнали теперь, когда высохла краска. Затмъ намъ остается еще узнать, кто и когда видлъ въ послдній разъ эту дверь безъ пятна. У васъ, по крайней мр, есть голова на плечахъ, сэръ, и вы, конечно, меня понимаете.

Мистеръ Франклинъ съ усиліемъ отвлекъ свои мысли отъ миссъ Рахили, чтобы сосредоточить ихъ на предлагаемомъ ему вопрос.

— Мн кажется, я понимаю васъ, сказалъ онъ приставу. — Ограничивая время, мы ограничиваемъ рамку для нашихъ изслдованій и тмъ облегчаемъ ихъ.

— Именно такъ, сэръ, отвчалъ приставъ. — Теперь позвольте васъ спросить, обратили ли вы вниманіе на вашу работу въ среду вечеромъ, когда дверь была уже дорисована?

Мистеръ Франклинъ отрицательно покачалъ головой.

— Наврное не упомню, сказалъ онъ.

— А вы? обратился ко мн приставъ.

— И я также не могу отвчать положительно, сэръ.

— Кто же послдній входилъ въ эту комнату въ среду вечеромъ?

— Вроятно, миссъ Рахиль, сэръ.

— А можетъ-быть и ваша дочь, Бетереджъ, перебилъ меня мистеръ Франклинъ, и обратившись къ приставу, онъ объяснилъ ему, что дочь моя была горничною миссъ Вериндеръ.

— Попросите сюда вашу дочь, мистеръ Бетереджъ. Впрочемъ, нтъ, постойте! сказалъ приставъ, отводя меня къ окну, чтобы насъ не могли слышать. — Вотъ этотъ господинъ, продолжилъ онъ шепотомъ, указывая на надзирателя, — представалъ мн сейчасъ довольно подробный отчетъ о произведенномъ имъ въ вашемъ дом слдствіи. Между прочимъ онъ самъ сознался, что возстановилъ противъ себя всю прислугу; ну, а я считаю необходимымъ помириться съ ней. Кланяйтесь имъ отъ меня, и скажите вашей дочери, равно какъ и остальнымъ женщинамъ, что, вопервыхъ, я не имю еще на малйшаго повода думать, чтобъ алмазъ былъ кмъ-либо похищенъ; мн извстно только, что онъ исчезъ; а вовторыхъ, что если я желаю говорить съ ними, то это единственно въ надежд получать нкоторые совты и указанія для достиженія вполн успшныхъ результатовъ въ нашихъ поискахъ.

Зная, какое ужасное впечатлніе произвелъ на нашихъ женщинъ секвестръ, наложенный надзирателемъ Сигревомъ на ихъ комнаты и имущества, я ловко подслужился приставу, подавъ ему слдующую мысль:

— Не разршите ли вы мн вмст съ поклономъ передать нашимъ женщинамъ еще одну вещь, приставъ? спросилъ я: — а именно, что вы позволяете имъ сновать внизъ и вверхъ по лстницамъ и свободно заглядывать въ ихъ спальни, когда бы имъ ни вздумалось.

— Разршаю и позволяю, отвчалъ приставъ.

— Это непремнно смягчитъ ихъ, сэръ, замтилъ я, — начиная съ кухарки и до судомойки.

— Такъ ступайте же, мистеръ Бетереджъ, и длайте ваше дло.

Порученіе пристава было исполнено въ пять минутъ. Но когда я объявилъ женщинамъ о снятіи секвестра съ ихъ имущества и спаленъ, то мн пришлось употребить весь свой начальническій авторитетъ, чтобъ удержать эту ватагу отъ попытки взлетть на верхъ вслдъ за Пенелопой и явиться предъ приставомъ Коффомъ въ роли добровольныхъ свидтельницъ.

Пенелопа, повидимому, понравилась приставу. Онъ оживился немного, увидавъ ее, а на лиц его появилось то же самое выраженіе, какъ въ цвтник, когда онъ любовался блою мускатною розой. Вотъ вамъ показанія моей дочери на допросъ сержанта. Мн кажется, что она отвчала весьма разумно и мило, вдь недаромъ же она мое дтище! Въ меня, вся въ меня, — материнскаго, благодаря Бога, ничего нтъ!

По словамъ Пенелопы, она съ большомъ интересомъ сдлала за разрисовкой двери, помогая своей госпож и мистеру Франклину мшать краски. Мсто подъ замочною скважиной какъ нельзя лучше врзалось у нея въ памяти, потому что оно было дорисовано послднее; нсколько часовъ спустя она видла его не запачканнымъ и въ полночь также оставила его безъ малйшей порчи. Уходя изъ спальни своей молодой госпожи, и желая ей спокойной ночи, она слышала какъ часы въ будуар пробили двнадцать; въ это время рука ея опиралась на ручку двери; но зная, что краска была еще не совсмъ суха, такъ какъ сама же она помогала составлять ее, Пенелопа приняла всевозможныя предосторожности, чтобы не задть платьемъ двери; она готова была побожиться, что подобрала вокругъ себя юпку, и что въ то время никакого пятна на двери не было; однако не ручалась, что выходя, не задла ее какъ-нибудь случайно; она хорошо помнила какое платье было на ней въ этотъ день, потому что это былъ подарокъ миссъ Рахили; да и отецъ ея, вроятно, помнитъ его и можетъ подтвердить ея слова. Отецъ дйствительно помнилъ, и подтвердилъ, и принесъ платье; платье было имъ признано, и юпка изслдована со всхъ сторонъ, что доставило не мало хлопотъ слдователямъ по обширности ея размровъ; но пятна отъ краски не оказалось нигд. Конецъ допросу Пенелопы — показанія ея найдены разумными и убдительными. Подписалъ Габріель Бетереджъ. Затмъ сержантъ обратился ко мн съ вопросомъ, нтъ ли у васъ въ дом большихъ собакъ, которыя могли какъ-нибудь пробраться въ будуаръ и размазать краску концомъ хвоста. Услыхавъ отъ меня, что ничего подобнаго не могло случиться, онъ потребовалъ увеличительное стекло и завелъ его на испорченное мсто. Но краска не сохранила вы малйшаго отпечатка человческой кожи, какъ это обыкновенно бываетъ отъ прикосновенія руки. Напротивъ, все доказывало, что пятно произошло отъ легкаго и случайнаго прикосновенія чьей-либо одежды. Судя по показаніямъ Пенелопы и мистера Франклина, въ комнату, вроятно, входила какая-нибудь таинственная личность, которая, и учинила вышеупомянутое поврежденіе въ четвергъ между двнадцатью часами ночи и тремя часами утра. Дошедъ до такого результата, приставъ Коффъ вспомнилъ наконецъ о существованіи надзирателя Сигрева, а въ назиданіе своему сослуживцу сдлалъ слдующій краткій выводъ изъ наведеннаго имъ слдствія:

— Эта пустяки, господинъ надзиратель, сказалъ приставъ, указывая на запачканное мсто, — пріобрли весьма большое значеніе съ тхъ поръ, какъ вы обошли ихъ вашимъ вниманіемъ. При настоящей постановк дла, это пятно возбуждаетъ три вопроса, требующіе немедленнаго разршенія. Вопервыхъ, нтъ ли въ дом одежды, носящей слды краски; вовторыхъ, если таковая окажется, то кому принадлежатъ они. Втретьихъ, какъ объяснитъ это лицо свое появленіе въ будуар и причиненное имъ на двери пятно между двнадцатью часами ночи и тремя часами утра. Если лицо это не дастъ удовлетворительнаго отвта, то похититель алмаза почти найденъ. дальнйшія розысканія по этому длу я, съ вашего позволенія, принимаю на себя, а васъ не стану доле отвлекать отъ вашихъ городскихъ занятіи. Но вы привезли, какъ я вижу, одного изъ вашихъ помощниковъ. Оставьте его мн на всякій случай и затмъ позвольте пожелать вамъ добраго утра.

Надзиратель Сигревъ питалъ глубокое уваженіе къ приставу, но самого себя онъ уважалъ еще боле. Уходя изъ комнаты, онъ напрягъ вс свои умственныя способности, чтобъ отразить ударъ Коффа столь же ловкимъ и мткимъ ударомъ.

— До сей минуты я не высказывалъ никакого мннія, началъ господинъ надзиратель своимъ воинственнымъ голосомъ, не обличавшимъ ни смущенія, ни колебанія. — Но теперь, передавая это дло въ ваши руки, я ршаюсь замтить вамъ, приставъ, что изъ мухи весьма легко сдлать слона. Прощайте.

— А я окажу вамъ на это, отвчалъ Коффъ, — что есть люди, которые и вовсе не замтятъ мухи, потому что слишкомъ высоко задираютъ голову.

Отплативъ своему сотоварищу этимъ комплиментомъ, приставъ повернулся на каблукахъ и отошелъ къ окну.

Мы стояли съ мистеромъ Франклиномъ и ждали, что будетъ дальше. Приставъ смотрлъ въ окно, засунувъ руки въ карманы, и тихо насвистывая мотивъ «послдняя лтняя роза». Въ послдствіи, при боле короткомъ знакомств, я замтилъ, что всякій разъ какъ мозгъ его удвоивалъ свою дятельность, отыскивая путь къ какой-нибудь тайной цли, приставъ измнялъ себ только этимъ легкимъ свистомъ, при чемъ «послдняя лтняя роза» всегда оказывала на него самое ободрительное и возбуждающее дйствіе. Вроятно, мотивъ этотъ гармонировалъ съ его душой, напоминая ему о любимыхъ цвтахъ; но такъ какъ онъ его насвистывалъ, трудно было вообразить себ что-нибудь печальне и заунывне.

Чрезъ минуту приставъ отвернулся отъ окна, дошелъ до середины комнаты и остановившись въ глубокомъ раздумьи, устремилъ глаза на дверь спальни миссъ Рахили. Немного погодя онъ опомнился, кивнулъ головой, какъ бы говоря себ: «этого будетъ достаточно!» Потомъ обратился ко мн съ просьбой передать миледя, что онъ былъ бы весьма признателенъ миледи, еслибъ она удлила ему десять минутъ времени для переговоровъ.

Въ ту минуту какъ я выходилъ изъ комнаты съ этимъ порученіемъ, мистеръ Франклинъ предложилъ приставу одинъ вопросъ, и любопытство заставило меня пріостановиться немного на порог, чтобъ услышать отвтъ послдняго.