Чтение онлайн

— Какая жалость! сказалъ приставъ Коффъ. — Кто сдлалъ это пятно? прибавилъ онъ, обращаясь ко мн.

Я отвчалъ, что, вроятно, въ этомъ виноваты были юпки женщинъ, которыя приходили сюда наканун для допроса. — Но надзиратель Сигревъ тотчасъ же выпроводилъ ихъ вонъ, сэръ, чтобъ он не надлали еще большаго вреда, поспшилъ я прибавить.

— Дйствительно такъ, подтвердилъ надзиратель своимъ воинственнымъ голосомъ. — Я тотчасъ же скомандовалъ имъ внизъ. Всему виной ихъ юпки, приставъ, непремнно ихъ юпки.

— А не замтили ли вы какая именно юпка надлала это? спросилъ приставъ Коффъ, продолжая разспрашивать меня, а не своего сослуживца.

— Не замтилъ, сэръ.

— Ну, такъ, вроятно, вы замтили? сказалъ онъ, обращаясь на этотъ разъ къ надзирателю.

Г. надзиратель былъ видимо застигнутъ врасплохъ, но постарался вывернуться.

— Такимъ вздоромъ не стоило обременять свою память, приставъ, сказалъ онъ, — пустяки, сущіе пустяки.

Приставъ Коффъ посмотрлъ на мистера Сигрева тмъ же самымъ взглядомъ, какомъ онъ смотрлъ на гравельныя дорожка въ нашемъ цвтник, и не покидая своего меланхолическаго тона, далъ намъ впервые почувствовать свои способности.

— На прошедшей недл, господинъ надзиратель, я производилъ одно тайное слдствіе, сказалъ онъ. — Съ одной стороны было убійство, съ другой — чернильное пятно на скатерти, появленіе котораго никто не могъ объяснить. Скажу вамъ, что съ тхъ поръ какъ я странствую по грязнйшимъ закоулкамъ этого грязнаго маленькаго міра, я еще на разу не нападалъ на то, что называютъ пустяками; а потому прежде чмъ приступить къ какимъ-либо дальнйшимъ мрамъ, намъ слдуетъ отыскать ту юпку, которая сдлала это пятно, и удостовриться, когда именно могла высохнуть эта краска.

Съ неудовольствіемъ проглотивъ эту первую пилюлю, г. надзиратель надулся и спросилъ пристава, не прикажетъ ли онъ созвать женщинъ. Приставъ Коффъ подумалъ немного, вздохнулъ и покачалъ годовой.

— Нтъ, сказалъ онъ, — мы сначала займемся краской. вопросъ о краск можно ршить въ двухъ словахъ; между тмъ какъ вопросъ о женской юпк потребуетъ гораздо боле времени. Въ которомъ часу приходили сюда вчера утромъ женщины? Въ одиннадцать часовъ, не такъ ли? Нтъ ли въ дом человка, который могъ бы ршить вамъ, суха была въ это время краска или нтъ?

— Никто не можетъ ршить этого, кром мистера Франклина Блекъ, племянника миледи, сказалъ я.

— Дома ли теперь этотъ джентльменъ?

Мистеръ Франклинъ сидлъ въ сосдней комнат, выжидая случая быть представленнымъ великому Коффу. Чрезъ минуту онъ явился въ будуар и сдлалъ слдующее показаніе:

— Эта дверь, приставъ, сказалъ онъ, — была разрисована самою миссъ Вериндеръ, подъ моимъ личнымъ наблюденіемъ и руководствомъ и съ помощью изобртеннаго мною состава, который совершенно высыхаетъ чрезъ двнадцать часовъ времени, съ какими бы красками его на смшивали.

— Не помните ли вы, сэръ, когда оконченъ былъ этотъ попорченный кусочекъ? спросилъ приставъ.

— Конечно помню, отвчалъ мистеръ Франклинъ. — Это было послднее недорисованное мсто. Намъ нужно было кончить его въ прошедшую середу и я собственноручно дорисовалъ его въ тотъ же день около трехъ часовъ пополудни.

— Сегодня пятница, сказалъ приставъ Коффъ, обращаясь къ надзирателю Сигреву. — Вернемтесь назадъ и будемъ считать съ самаго начала, сэръ. Въ три часа поподудни, въ среду, это мсто было дорисовано. Составъ долженъ былъ высохнуть чрезъ двнадцать часовъ, слдовательно къ тремъ часамъ утра въ четвергъ краска была совершенно суха. Въ одиннадцать часовъ вы призвала сюда женщинъ для снятія показаній. Вычтите изъ одиннадцати три, останется восемь. Слдовательно, господинъ надзиратель, краска высохла за восемь часовъ до того времена, когда вы обвинила женскія юпки въ причиненіи этого пятна.

Это былъ второй жестокій ударъ для мистера Сигрева! Не заподозри онъ бдную Пенелопу, мн кажется, я пожаллъ бы его.

Когда вопросъ о краск былъ поршенъ, приставъ Коффъ потерялъ послднее уваженіе къ своему сотоварищу и сталъ преимущественно обращаться къ мистеру Франклину, какъ къ боле дльному и смышленому изъ своихъ помощниковъ.

— Вы превосходно подыскали намъ ключъ къ разгадк этой тайны, сэръ, оказалъ приставъ.

Но въ ту самую минуту какъ онъ произносилъ эти слова, дверь спальни отворилась, и миссъ Рахиль внезапно вошла въ будуаръ.

Она прямо обратилась къ приставу, какъ будто не считая его за незнакомаго человка.

— Не вы ли сказали сейчасъ, спросила она, указывая на мистера Франклина, — что онъ подыскалъ вамъ ключъ къ разгадк тайны?

— Это миссъ Вериндеръ, прошепталъ я на ухо приставу.

— Очень можетъ быть, миссъ, отвчалъ приставъ, пытливо устремляя свои стальные глаза на лицо моей молодой госпожи, — очень можетъ быть, что этотъ джентльменъ дйствительно навелъ насъ на «настоящій слдъ».

Она повернула голову и попыталась взглянутъ на мистера Франклина. Я говорю: попыталась, потому что прежде чмъ глаза ихъ встртились, она уже смотрла въ другую сторону. Въ ум ея, казалось, происходила какая-то странная борьба. Она сначала покраснла, потомъ поблднла, и вмст съ блдностію на лиц ея появилось выраженіе, которое заставало меня вздрогнуть.

— Отвтивъ на вашъ вопросъ, миссъ, оказалъ приставъ Коффъ, — я беру на себя смлость, въ свою очередь, просить у васъ нкоторыхъ объясненій. На этой разрисованной двери есть пятно. Не можете ли вы сказать мн, когда или кмъ оно было сдлано?

Не обративъ ниы малйшаго вниманія на его слова, какъ будто бы онъ и не говорилъ ихъ, миссъ Рахиль возобновила свои вопросы.

— Вы новый сыщикъ? спросила она.

— Я приставъ Коффъ, миссъ, изъ слдственной полиціи.

— Примете ли вы совтъ молодой двушка?

— Очень радъ буду его выслушать, миссъ.

— Итакъ, исполняйте вашу обязанность сами и не позволяйте мистеру Франклину Блеку помогать вамъ.

Она сказала это съ такимъ дикимъ озлобленіемъ, съ такимъ необъяснимымъ взрывомъ негодованія противъ мистера Франклина, что мн въ первый разъ въ жизни сдлалось стыдно за миссъ Рахиль, несмотря на то что я любилъ и уважалъ ее не мене самой миледи.

Приставъ Коффъ не опускалъ съ вся своихъ неподвижныхъ срыхъ глазъ.

— Благодарю васъ, миссъ, отвчалъ онъ. — Но не знаете ли вы чего-нибудь о пятн? Быть-можетъ, вы сами сдлали его какъ-нибудь случайно?

— О пятн мн ровно ничего не извстно, отвчала миссъ Рахиль, а съ этими словами опять ушла въ свою спальню и заперлась на ключъ. На этотъ разъ и я услыхалъ, подобно Певелоп, какъ она начала плакать, оставшись одна. Не смя взглянуть на пристава, явзглянулъ на мистера Франклина, который стоялъ ко мн поближе. Онъ казался еще боле огорченнымъ нежели я.