Чтение онлайн

— Я долженъ просить васъ, миледи, взглянуть на дло не только съ вашей, но и съ моей точки зрнія, сказалъ онъ. — Не угодно ли вамъ будетъ представать себ, что вы пріхали сюда вмсто меня, но съ тми же практическими свдніями, которыя вынесъ я изъ своей жизни, и которыя, если позволите, я изложу вамъ сейчасъ вкратц.

Госпожа моя кивнула ему головой въ доказательство того, что она его слушаетъ, и приставъ продолжалъ такъ:

— За послднія двадцать лтъ, сказалъ онъ, — я, какъ довренное лицо, часто бывалъ употребляемъ на разбирательства тайныхъ семейныхъ длъ. Вотъ въ двухъ словахъ результатъ, пріобртенный мною на этомъ поприщ, и имющій нкоторое примненіе къ настоящему длу. Я знаю по опыту, что молодыя леди, занимающія блестящее положеніе въ свт, имютъ иногда тайные долги, въ которыхъ он не смютъ сознаться своимъ ближайшимъ родственникамъ и друзьямъ. Иногда он должаютъ модистк и ювелиру; иногда же деньги бываютъ имъ нужны для другихъ цлей, которыхъ я не предполагаю въ настоящемъ случа, и о которыхъ умолчу, изъ уваженія къ вамъ. Постарайтесь не забыть того, что я сейчасъ оказалъ вамъ, миледи; а теперь прослдимъ, какомъ путемъ событія этой недли почти вынудили меня искать объясненій въ моей долговременной опытности.

Онъ собрался съ мыслями и продолжилъ свои разказъ съ ужасающею ясностью, заставлявшею насъ понимать смыслъ каждаго его слова и съ жестокою справедливостью, не щадившею никого.

— Первыя свднія относительно пропажи Луннаго камня получены мною отъ надзирателя Сигрева, и я тутъ же убдился, что онъ былъ совершенно неспособенъ къ производству этого слдствія. Изъ коего что онъ разказалъ мн, я обратилъ вниманіе лишь на одно обстоятельство, а именно, что миссъ Вериндеръ уклонилась отъ его допросовъ и говорила съ нимъ съ совершенно необъяснимою суровостью и презрніемъ. Какъ ни удивительно казалось мн подобное обращеніе, но я приписывалъ его какой-нибудь неловкости надзирателя, который могъ неумышленно оскорбить молодую миссъ. Затаивъ про себя это предположеніе, я сталъ одинъ производить обыскъ комнаты, который, какъ вамъ извстно, кончался открытіемъ пятна на двери и показаніями мистера Франклина, убдившаго меня, что это самое пятно имло прямое отношеніе къ пропаж алмаза. Я могъ до сихъ поръ подозрвать только одно, что Лунный камень украденъ, и что похитителемъ его, вроятно, окажется кто-нибудь изъ слугъ. Прекрасно. Что же дале? Миссъ Вериндеръ внезапно выходитъ изъ своей комнаты, начинаетъ говорить со мной, а мн немедленно бросаются въ глаза три обстоятельства весьма подозрительнаго свойства. Первое, что она сильно взволнована, несмотря на то что со времени пропажи алмаза прошло уже боле сутокъ. Второе, что она обращается со мной точь-въ-точь какъ съ надзирателемъ Сигревомъ. Третье, что она считаетъ себя смертельно оскорбленною мистеромъ Франклиномъ. Хорошо. Вотъ (думаю я про себя) молодая миссъ, которая потеряла драгоцнный алмазъ, я которая, какъ я самъ имлъ случай убдиться, обладаетъ весьма пылкимъ нравомъ. Но что же она, длаетъ въ настоящемъ случа подъ вліяніемъ этого пылкаго нрава? Она обнаруживаетъ непонятную злобу противъ мистера Блека, господина надзирателя и меня, иначе сказать, противъ тхъ самыхъ лицъ, которые, каждый по-своему, старались помочь ей въ разысканіи ея потеряннаго алмаза. Тогда, миледи, и только тогда началъ я искать указаній въ своей опытности, которая и объяснила мн загадочное поведеніе миссъ Вериндеръ. Руководимый ею, и сопоставилъ личность вашей дочери съ личностью другахъ извстныхъ мн молодыхъ леди и пришелъ къ тому убжденію, что у ней, вроятно, есть также долги, въ которыхъ она не хочетъ сознаться и которые между тмъ необходимо заплатить. Я спрашиваю себя, ужь не потому ли и изчезъ алмазъ, что нужно было заложить его тайкомъ для уплаты этихъ долговъ? Вотъ т заключенія, которыя, я вывожу изъ простыхъ фактовъ. Что возразитъ на это ваша собственная опытность, миледи?

— То же, что и прежде, отвчала моя госпожа, — а именно, что обстоятельства ввели васъ въ заблужденіе.

Я съ своей стороны молчалъ. Богъ всть почему забрелъ въ эту минуту въ мою сумашедшую голову Робинзонъ Крузо. «Еслибы, думалъ я, приставъ Коффъ мгновенно очутился на необитаемомъ остров, лишенный общества господина Пятницы, и не имя корабля, на которомъ онъ могъ бы ухать съ острова, то онъ былъ бы, по моему мннію, въ самомъ приличномъ для него мст! (Nota bene: говоря вообще, я остаюсь хорошимъ христіаниномъ до тхъ поръ, пока не слишкомъ насилуютъ мои христіанскія чувства, и утшаюсь тою мыслію, что и вы вс, господа, не лучше меня въ этомъ отношеніи.)

— Правъ я былъ или нтъ, миледи, продолжалъ приставъ Коффъ, — но разъ поставивъ себ такія убжденія, мн необходимо было проврить ихъ на дл. Я просилъ тогда вашего позволенія произвести осмотръ всхъ находящихся въ дом гардеробовъ. Это послужило бы средствомъ къ разысканію той одежды, которая, по коей вроятности, размазали краску на двери, и къ проврк моихъ догадокъ. Что же изъ этого вышло? Вы изволили согласиться на мое предложеніе; мистеръ Блекъ и мистеръ Абльвайтъ сдлали то же самое. Одна миссъ Вериндеръ отвчала мн положительнымъ отказомъ, что и убдило меня въ безошибочности моихъ предположеній. Если вы и теперь не согласитесь со мной, миледи, то я готовъ буду думать, что и вы, и мистеръ Бетереджъ не вникали въ событія ныншняго дня. Не при васъ ли говорилъ я вашей дочери, что ея отъздъ изъ дому (при настоящихъ обстоятельствахъ) затруднитъ успшное окончаніе слдствія, а между тмъ она ухала, несмотря на такое предостереженіе. Вы видли, что она не только не простила мистеру Блеку его усиленныхъ стараній облегчить мн раскрытіе этой тайны, но напротивъ публично оскорбила его у порога родительскаго дома. Что все кто значитъ? Если миссъ Вериндеръ не иметъ никакой прикосновенности къ пропаж алмаза, то скажите же мн, что все это можетъ значить?

На этотъ разъ онъ посмотрлъ въ мою сторону. Право, страшно было слушать, какъ онъ подбиралъ противъ миссъ Рахили одно доказательство за другимъ, тмъ боле, что при всемъ желаніи оправдать ее, не было никакой возможности оспаривать истину его словъ. Имя (благодаря Бога) врожденную склонность къ резонерству, я тотчасъ же примкнулъ къ сторон миледи, чтобъ отстаивать наши общія съ ней убжденія. Это подняло мой упавшій духъ и придало мн смлости въ разговор съ приставомъ Коффомъ.

Усердно прошу васъ, друзья мои, воспользоваться моимъ примромъ; это избавитъ васъ отъ множества непріятностей. Развивайте въ себ діалектику, и вы увидите какъ славно подржете вы ноготки всмъ этимъ умникамъ, еслибъ они вздумала когда-нибудь поцарапать васъ ради вашей же собственной пользы!

Видя, что мы не возражаемъ, приставъ Коффъ какъ ни въ чемъ не бывало опять возвратился къ своему разказу. Господи! какъ же я злился на него, замчая, что наше молчаніе не сконфузило его ни на волосъ!

— Вотъ, миледи, мой взглядъ на дло по отношенію его къ одной миссъ Вериндеръ, сказалъ онъ. — Теперь постараюсь изложить вамъ то же самое дло по отношенію его къ миссъ Вериндеръ и умершей Розанн Сперманъ, взятымъ вмст. Съ вашего позволенія мы вернемся для этого назадъ, къ тому самому времени, когда дочь ваша отказалась допустить осмотръ своего гардероба. Сдлавъ свое заключеніе объ, этомъ обстоятельств, я старался разъяснить себ два вопроса: вопервыхъ, какой методы приличне будетъ держаться въ производств слдствія; вовторыхъ, не имла ли миссъ Вериндеръ соучастницы между домашнею женскою прислугой. Посл тщательнаго размышленія я ршился вести слдствіе, что называется на язык служащихъ, самымъ неправильнымъ образомъ, по той простой причин, что мн вврили семейную тайну, которую я обязанъ былъ удерживать въ предлахъ тснаго домашняго кружка. Чмъ мене шуму, чмъ мене огласки, и посторонняго вмшательства, тмъ лучше. Что же касается до обыкновенной процедуры слдствія, какъ-то: поимка людей по подозрнію, явки ихъ на судъ и тому подобное, объ этомъ нечего было и думать, такъ какъ, по моему крайнему убжденію, дочь ваша, миледи, была явно замшана въ этомъ дл. Мн было ясно, что человкъ, съ характеромъ и положеніемъ мистера Бетереджа, былъ бы для меня въ этомъ случа гораздо боле надежнымъ помощникомъ нежели всякій другой человкъ, взятый на сторон. Я, конечно, могъ бы вполн довриться, и мистеру Блеку, еслибы не предвидлъ тутъ одного маленькаго затрудненія. Онъ слишкомъ скоро угадалъ въ какую сторону устремились мои догадки и разысканія. И дружба его къ миссъ Вериндеръ помшала бы ему дйствовать заодно со мной. Я безпокою васъ, миледи, такими подробностями съ цлью показать вамъ, что я не вынесъ семейной тайны за предлы домашняго кружка. Я единый посторонній человкъ, которому она извстна, а моя профессія обязываетъ меня придерживать свой языкъ.

Тутъ я почувствовалъ, что моя профессія, наоборотъ, обязывала меня дать ему волю. Признаюсь, что выполнять въ мои года, и предъ моею госпожой, роль какого-то полицейскаго помощника превосходило мру моего христіанскаго терпнія.

— Прошу позволенія заявить вамъ, миледи, сказалъ я, — что отъ начала и до конца этого гнуснаго слдствія я никогда не помогалъ ему сознательно, и я прошу пристава Коффа опровергнуть меня, если у него достанетъ смлости. Когда я высказался такимъ образомъ, у меня отлегло отъ сердца. Госпожа моя дружески потрепала меня по плечу, а я въ справедливомъ негодованіи взглянулъ на пристава Коффа, какъ бы говоря ему: «А! что вы на это скажете?* Но приставъ отвчалъ мн кроткимъ взглядомъ ягненка, въ которомъ выразилось, кажется, еще большее ко мн расположеніе.

— Я уврена, сказала миледи, обращаясь къ приставу, — что вы, какъ честный человкъ, дйствовали въ моихъ интересахъ, и готова выслушать что вы скажете намъ дале.

— Мн остается еще прибавить нсколько словъ, относящихся къ Розанн Сперманъ, сказалъ онъ. — Вы, вроятно, помните, миледи, что когда эта молодая женщина внесла въ комнату книгу для записки блья, я тотчасъ же узналъ ее. До того времени я еще склоненъ былъ сомнваться въ томъ, что миссъ Вериндеръ доврила кому-либо свою тайну. Но увидавъ Розанну, я перемнилъ свое мнніе и немедленно заподозрилъ ея участіе въ пропаж алмаза. Бдняжку постигла ужасная смерть, но хотя ея и нтъ уже боле въ живыхъ, я все-таки желалъ бы снять съ себя обвиненіе въ моей будто бы несправедливой къ ней жестокости. Будь это обыкновенный случай воровства, я заподозрилъ бы Розанну ни боле ни мене какъ и всхъ остальныхъ слугъ въ дом. Мы знаемъ по опыту, что женщины, поступающія изъ исправительныхъ тюремъ въ услуженіе къ господамъ, которые обходятся съ нами благосклонно и справедливо, въ большинств случаевъ мняютъ свое поведеніе и длаются достойными оказаннаго имъ благодянія. Но это было, по моему мннію, не простое воровство, а хитро-задуманное похищеніе, при содйствіи самой владлицы алмаза. Глядя на дло съ этой точки зрнія, мн прежде всего пришло въ голову слдующее соображеніе, касавшееся Розанны Сперманъ. Удовольствуется ли миссъ Вериндеръ (не взыщите, миледи) тмъ, что вселитъ въ насъ убжденіе, будто Лунный камень просто потерянъ? Или она пойдетъ дальше и постарается насъ уврить, что онъ украденъ? На этотъ случай у нея уже готова была Розанна Сперманъ, которая скоре всхъ сумла бы отвлечь и меня, и васъ, миледи, отъ настоящаго слда.

Казалось, ужь нельзя было хуже очернить миссъ Рахиль и Розанну, какъ очернилъ ихъ приставъ Коффъ. А между тмъ вы сами сейчасъ убдитесь, что это было возможно.

— Я имлъ еще одинъ поводъ подозрвать умершую, продолжилъ приставъ, — и этотъ поводъ казался мн наиболе основательнымъ. Кому же легче было достать подъ залогъ денегъ для миссъ Вериндеръ, какъ не Розанн Сперманъ? Ни одна молодая леди въ положеніи миссъ Вериндеръ не взяла бы на себя такого рискованнаго дла. Ей необходимо было имть соучастницу, и я опятъ васъ спрашиваю, кто же годился боле для этой роли, какъ не Розанна Сперманъ? Ваша покойная горничная, миледи, занимаясь воровствомъ, изучила свою профессію во всхъ ея тонкостяхъ. Она имла сношенія, я знаю это достоврно, съ однимъ изъ тхъ немногихъ людей въ Лондон (изъ разряда закладчиковъ), которые готовы дать значительную сумму денегъ подъ залогъ столъ цннаго алмаза, какъ Лунный камень, не затрудняя своихъ кліентовъ ни неловкими вопросами, ни обременительными условіями. Потрудитесь не забыть этого, миледи, и теперь позвольте мн доказать вамъ, на сколько мои подозрнія противъ Розанны Сперманъ подтвердились ея собственными поступками, и къ какимъ заключеніямъ могли они привести меня.

Затмъ онъ сталъ разбирать все поведеніе Розанны въ этомъ дл съ начала и до конца. Оно столько же знакомо вамъ, читатель, сколько и мн, и потому вы легко поймете, что въ этой части своего разказа приставъ Коффъ безаппелляціонно заклеймилъ память бдной умершей двушки подозрніемъ въ покраж алмаза. Даже сама миледи приведена была въ ужасъ его словами. Когда онъ кончилъ, она ничего ему не отвчала, но приставъ, казалось, и не безпокоился о томъ, отвчаютъ ему или нтъ. Онъ продолжалъ (чтобъ ему пусто было!) съ прежнею невозмутимостью.

— Теперь, когда я изложилъ вамъ вс обстоятельства этого дла такъ, какъ и ихъ понимаю, сказалъ онъ, — мн остается только сообщить вамъ, миледи, какія мры имю я въ виду на будущее время. Я вижу два способа привести слдствіе къ успшному окончанію. На одинъ изъ нихъ я смотрю какъ на врнйшее средство достичь цли; другой же, сознаюсь, есть не боле какъ смлый опытъ. Ршайте сами, миледи, не должны ли мы начать съ врнйшаго способа?

Госпожа моя выразила ему знакомъ, что она совершенно предоставляетъ это на его усмотрніе: