Чтение онлайн

Не знаю, что принесъ съ собой понедльникъ для остальныхъ нашихъ домашнихъ; я жевъ этотъ день испыталъ сильное потрясеніе. Именно въ понедльникъ и сбылось первое предсказаніе пристава Коффа, насчетъ Іолландовъ.

Отправивъ Пенелопу и горничную миледи со всмъ багажемъ по желзной дорог въ Лондонъ, я бродилъ по усадьб, присматривая за хозяйствомъ, какъ вдругъ слышу, что кто-то зоветъ меня. Я оглянулся назадъ и очутился лицомъ къ лицу съ дочерью рыбака, хромою Люси. За исключеніемъ хромой ноги двушки и ея чрезмрной худобы (что въ моихъ глазахъ составляетъ страшный недостатокъ въ женщин), въ ней можно было бы отыскать и нкоторыя пріятныя для каждаго мущины качества. Смуглое, выразительное, умное лицо ея; звучный, пріятный голосъ и прекрасные, густые, темнорусые волосы были въ числ ея достоинствъ. Костыль былъ грустнымъ придаткомъ къ другимъ ея бдствіямъ; а бшеный нравъ довершалъ собою ея недостатки.

— А, это вы, моя милая, оказалъ я, — что вамъ нужно?

— Гд тотъ человкъ, котораго вы зовете Франклиномъ Блекомъ? спросила двушка, опершись на костыль и бросивъ мн свирпый взглядъ.

— Такъ неучтиво выражаться о джентльмен, сказалъ я. — Если вы желаете освдомиться о племянник миледи, то должны называть его мистеромъ Франклиномь Блекомъ.

Она, прихрамывая, сдлала шагъ впередъ и такъ дико взглянула на меня, точно заживо хотла меня състь.

— Мистеръ Франклинъ Блекъ! повторила она. — Убійца Франклинъ Блекь было бы для него боле приличное названіе.

Опытность, пріобртенная мною въ супружеской жизни, оказалась на этотъ разъ сподручною. Если женщина хочетъ досадитъ вамъ, то перемнитесь съ ней ролями и постарайтесь сами вывести ея изъ терпнія. Женщины всегда заране предвидятъ всякій маневръ, который вы предпримете въ свою защиту, кром этого, и одно олово въ подобномъ случа стоитъ цлой сотни. Вотъ почему и теперь достаточно было одного слова, чтобы разбсить хромую Люси. Насмшливо глядя ей въ лицо, я проговорилъ:

— Тьфу ты пропасть!

Двушка мгновенно вспыхнула. Ставъ на здоровую ногу, она схватила свой костыль и неистово ударила имъ три раза по земл.

— Онъ убійца, убійца, убійца! Онъ былъ виновникомъ смерти Розанны Сперманъ!

Она проговорила эти слова такимъ громкимъ голосомъ, что стоявшіе неподалеку человка два работниковъ оглянулись на насъ; но увидавъ хромую Люси, и зная чего можно отъ нея ожидать, они опятъ отвернулась.

— Онъ былъ виновникомъ смерти Розанны Сперманъ? повторилъ я. — Что же заставляетъ васъ предполагать это, Люси?

— А вамъ что за дло? Да и есть ли кому-нибудь надобность до этого? сказала она. — О! еслибъ она смотрла на мущинъ такъ, какъ я смотрю на нихъ, то наврное она была бы еще въ живыхъ!

— Она, бдняжка, всегда была хорошаго мннія обо мн,замтилъ я, — а я съ своей стороны ласково обращался съ нею.

Я произнесъ эти слова самымъ успокоительнымъ тономъ. Дло въ томъ, что у меня духу не достало снова раздражить ее какимъ-нибудь колкамъ отвтомъ. Сперва я имлъ въ виду только ея бшеный нравъ; теперь же я вспомнилъ объ ея гор, которое, какъ извстно, часто доводитъ бдняковъ до дерзости! Отвтъ мой смягчилъ хромую Люси. Она склонила голову и оперлась ею на костыль.

— Я любила ее, нжно сказала двушка. — Она была несчастлива въ жизни; мистеръ Бетереджъ, низкіе люди дурно обходились съ ней, веди ее къ злу; но это не ожесточило ея кроткаго нрава. Она была ангелъ. Она могла бы быть счастлива со мной. Мы вмст строили планы, чтобъ ухать въ Лондонъ и жить тамъ, какъ сестры, трудами рукъ нашихъ. Но этотъ человкъ явился здсь и разрушилъ мой планъ. Онъ околдовалъ ее. Не говорите мн, будто онъ не желалъ сдлать это и даже не зналъ ничего объ ея любви къ нему. Онъ долженъ былъ знать это и долженъ былъ пожалть ее. «Жить безъ него не могу, Люси, а онъ никогда даже и не взглянетъ на меня», часто говаривала она. Ужасно, ужасно, ужасно! «Ни одинъ мужчина, отвчала я, не стоитъ, чтобъ объ немъ такъ сокрушались.» — «Есть мущины, за которыхъ можно жизнь свою отдать, Люси, и онъ одинъ изъ числа ихъ!» возражала она. Я сдлала небольшія денежныя сбереженія, поршила дло съ батюшкой и матушкой и намрена была увезти ее отъ униженія, которому она здсь подвергалась. Мы наняли бы маленькую квартирку въ Лондон и жили бы вмст какъ сестры. Вамъ извстно, сэръ, что она была хорошо воспитана, имла прекрасный почеркъ и работа у нея кипла въ рукахъ. Я тоже получила воспитаніе и хорошо пишу, хотя и не такъ скоро работаю, какъ она; но все же я поспвала бы съ своимъ дломъ, и мы зажили бы припваючи. Но что же вдругъ случилось сегодня утромъ? что случилось? Получаю отъ нея письмо и узнаю, что она поршила съ своею жизнію. Получаю ея письмо, въ которомъ она прощается со мной навки…. Гд онъ? воскликнула двушка, приподнимая голову съ костыля, между тмъ какъ глаза ея, сквозь слезы, снова заблистали гнвомъ… Гд этотъ джентльменъ, о которомъ я не должна иначе говорить, какъ съ уваженіемъ? А недалекъ тотъ день, мистеръ Бетереджъ, когда бдные возстанутъ противъ богатыхъ. Молю Бога, чтобъ они начали съ него, Молю Бога объ этомъ!

Вотъ они, соединенныя въ одномъ и томъ же лиц, и христіанское чувство любви, и чувство ненависти, обыкновенное слдствіе той же самой любви, доведенной до крайности! Самъ священникъ (сознаюсь, что это уже слишкомъ сильно сказано) едва ли бы въ состояніи былъ вразумитъ двушку въ настоящемъ ея положеніи. Я же ршился только не давать ей удаляться отъ главнаго предмета, въ надежд, что услышу нчто заслуживающее вниманія.

— Что вамъ нужно отъ мистера Франклина Блека? спросилъ я.

— Мн нужно его видть.

— По какому-нибудь особенному длу?

— Я- имю къ нему письмо.

— Отъ Розанны Сперминъ?

— Да.

— Оно было прислано къ вамъ въ вашемъ письм? спросилъ я.

— Да.

Неужели мракъ долженъ былъ разсяться? Неужели т открытія, которыхъ я такъ жаждалъ, сами собой напрашивались на мое вниманіе. Необходимо было, однако, подождать съ минутку. приставъ Коффъ заразилъ нашу атмосферу и, судя по нкоторымъ симптомамъ, я догадался, что слдственная горячка начинаетъ снова овладвать мною.

— Вы не можете видться съ мистеромъ Франклиномь, сказалъ я.

— Я должна и хочу его видть, былъ ея отвтъ.

— Онъ въ прошлую ночь отправился въ Лондонъ.

Хромая Люси пристально посмотрла мн въ лицо, и убдившась, что я не обманулъ ея, не говоря на слова, немедленно повернула назадъ въ Коббсъ-Голль.

— Стойте! сказалъ я. — Къ завтрашнему дню я ожидаю извстій отъ мистера Франклина Блека. Дайте мн ваше письмо, и я перешлю его къ нему по почт.

Хромая Люси пріостановилась и посмотрла на меня черезъ плечо.

— Я должна передать ему это письмо изъ рукъ въ руки, сказала она, — а иначе не отдамъ его.

— Не написать ли ему о томъ, что я узналъ отъ васъ?

— Напишите ему, что я ненавижу его, и вы скажете ему правду.

— Хорошо, хорошо. Но какъ же насчетъ письма?

— Если ему понадобится письмо, то пусть онъ вернется сюда и получитъ его отъ меня.

Сказавъ это, она заковыляла по дорог въ Коббсъ-Голлъ. Достоинство мое, подъ вліяніемъ жара слдственной горячки, мгновенно испарилось. Я послдовалъ за ней и попытался было заставить ее говорить; но все было напрасно. Къ несчастью, я былъ мущина, а хромая Люси пользовалась случаемъ помучить меня. Въ тотъ же день, только немного попозже, я ршился попытать счастья у ея матери, но добрая мистрисъ Іолландъ въ состояніи была только плакать, да подчивать меня усладительною влагой голландскаго джина. На берегу я засталъ рыбака. «Сквервое дло», сказалъ онъ въ отвтъ на мои разспросы и снова принялся чинить свою сть. Ни отецъ Люси, ни ея мать не могли сообщить мн боле того что я уже зналъ. Оставалось испробовать послднее средство: завтра утромъ написать къ мистеру Франклину Блеку.

Можете себ вообразить, съ какимъ нетерпніемъ ожидалъ я во вторникъ утромъ прізда почталіона. Онъ привезъ мн два письма. Изъ перваго (которое я едва имлъ терпніе прочитать) я узналъ отъ Пенелопы, что миледи и миссъ Рахиль благополучно водворились въ Лондон. Второе, отъ мистера Джефко, увдомляло меня, что сынъ его господина уже ухалъ изъ Англіи.

Прибывъ въ столицу, мистеръ Франклинъ, кажется, прямо отправился на квартиру своего батюшки. Онъ пріхалъ невпопадъ. Мистеръ Блекъ старшій, по горло занятый длами палаты общинъ, забавлялся въ этотъ день любимою парламентскою игрушкой, называемою ими «проектировкой билля». Самъ мистеръ Джефко провелъ мистера Франклина въ кабинетъ его отца.