Чтение онлайн

Прокручиваюсь в кресле, откинувшись на мягкий бортик шеей.

— Гриш, как все прошло?

Мишка, подперев дверной косяк, рассматривает мою расслабленную фигуру.

— Как и предполагалось, старик! — хмыкаю и добавляю. — Ни-че-го!

— Отец будет пробовать… — Ланкевич заходит внутрь и прикрывает за собой дверь.

— У них «больные» отношения, Миш. Андрей ничего не добьется — это тот самый сраный тупик. Мне кажется, — ухмыляюсь, — Маша выйдет замуж за эту тварь, если он предложит. Пиздец какой-то! Гребаное искривление пространства и мировоззрения! Начисто мыслительную деятельность извращения снесли. Им ведь двадцать лет! Ха! Слышал бы ты, какие у нее понятия об интимной близости, как грубо она выражалась, как язвила.

— Это ПТСР! — шепчет где-то рядом. — Ты ведь знаешь дело…

— Нет, Миш. Она уже такая! Такое жалкое, испорченное существо. Я, — поворачиваюсь к нему лицом и разглядываю высокую фигуру друга, стоящую рядом со мной, — предложил бесплатную услугу.

— И?

— Не согласилась.

— Отгрузила, видимо, отступные! — с пренебрежением отвечает. — Богатей отвалил щедрую плату за оказанный интим.

— Да уж! Кровь, шрамы, растоптанное достоинство, психический приход девка дешево оценила. Да похрен! — громко выдыхаю. — Что ты хотел? Чего пришел?

— Обед, брат. Думал, может прошвырнемся.

— Я Вадика отпустил, какие-то дела у парня, — улыбаюсь. — Не хочу ногами топать.

— И не надо. Я тебе на что?

— Миш…

— Сюда закажем! — краем глаза замечает, как я отвлекаюсь на свой молчащий телефон. — Ждешь звонка?

Вторую неделю! После того, как сам сбросил вызов, брошенной собакой жду хоть какого-нибудь сообщения от беременной Наташи.

— Я…

— Неполадки в раю, Велихов?

— Нет рая, Миша. Есть контракт, который ей до макушки.

— Я предупреждал.

— Спасибо, что напомнил, — подтягиваюсь к своему столу, укладываю локти на поверхность и пальцем откидываю подальше телефон.

— Чего-нибудь попроще? — Ланкевич забирается рукой во внутренний карман пиджака, чтобы достать свой смартфон. — Вредное и очень колоритное? — подмигивает и улыбается. — Пицца? Жареная картошка? Газировка?

— Нет, старик. Если уж травиться общепитом, то по всем правилам. Салат, основное блюдо, гарнир, кофе и сладкий стол.

— Обжора, ты, Гришаня!

Немного есть!

Пока Ланкевич отползает, чтобы обед нам заказать, получаю необычное сообщение от своего водителя:

«Я задержусь! Здесь пробки!».

Поднимаю бровь и пытаюсь вспомнить, куда я его послал, а главное, какие еще на хрен пробки, в одну из которых он непредусмотрительно попал. Согласно сводкам, город движется, автомобильная кровь бурлит, не затихает, транспортные артерии чисты, пульсируют и поток свободно пропускают.

«Где ты?» — в ответ на просьбу шустро набиваю.

Не понял! Вадим задержится? А там, где он, какие-то, блядь, пробки?

— Миш, — пялюсь в телефон, обращаясь к другу, — Миш, Мишаня?

— А? — он отключается от аппарата и, пряча телефон в пиджак, внимательно рассматривает меня.

— А куда… — задумавшись о чем-то, начинаю. — Куда… Ты… Не помню… Что происходит? Он… Теперь с Андреем? Ты…

— Тихо-тихо. Голова болит? — Ланкевич подскакивает и внимательно рассматривает меня. — Ты что? У тебя давление или это сердце? Велихов, ты меня пугаешь, старик. Покажи лицо! Что с тобой?

— Вадим теперь с твоим отцом? Андрей одолжил у меня водителя?

— С чего ты взял? Твоя душа — твоя ответственность. Парень — исключительно твой! Отец тут ни при чем!

Нехорошее предчувствие, если честно. Сказать о том, что я себе сейчас представил, значит, в чем-то обвинить двух, возможно невиновных, человек, но…

«Наташа попросила заехать за своей мамой, Григорий Ал…».

Резко поднимаюсь, толкая задней частью коленей кресло, пригвождаю его к стене. Наташа? Попросила Вадика? Она с ним? Где? Когда? Почему я этого не помню? Какой сегодня день, месяц и число? Какая, мать твою, у нее неделя? Она ведь так и не позвонила мне. В этом сам виноват, дебил! Пустил все на самотёк! Решил свободу предоставить женщине и не настаивать на своем присутствии? Вот результат! Все закономерно — получай!

— Ты на машине? — вскидываю лицо на партнера.

— Что с тобой? — Ланкевич принимает внимательную стойку.

— Ты на машине? — подбегаю к вешалке и срываю с плечиков свое короткое пальто. — Блядь, Миша, приди в себя! Машина есть?

— Извини, но… Ты куда?

Последнее, что я услышал, когда не глядя набивал номер городского такси. За срочность я всегда доплачиваю, не скупясь, а здесь, видимо, сама судьба распорядилась. Отваливаю куш по доброте душевной, а у водителя выпучиваются на лоб глаза.

— Это лишнее. Возьмите, пожалуйста. Я принимаю электронные платежи! — смотрит на меня испуганным взглядом, неуверенно произносит, когда я засовываю ему за воротник «пятак».

— Не захватил свой капитал. Бери, что есть. Сдачи не надо, шеф, — выпаливаю на ходу.

Выскакиваю из очень медленной общественной машины и на бегу снимаю сигнализацию со своего скоростного коня.

«Где вы, Вадик?» — еще раз задаю вопрос.

«В торговом центре! Наташа сказала…».

Ох.еть! Кто она ему? Кто она вообще такая? Он мой! Мой батрак, моя крепостная душа, мой подневольный человек, дождевой слепой червяк! Жрать и срать — вот его основная обязанность! И, естественно, возить только меня! Сука чертова! Строит козни! Мутит воду и не засекает берега!

«В больнице были?» — пока слушаю урчание движка, пытаю недалекого водилу.

«Да! С утра! Я Вам нужен, Григорий Александрович? Мне вернуться?».

Я так и знал — естественно и традиционно, все без меня! Блядь! Пошел вон, мудак!

Адреналин! Норадреналин! Тестостерон! Кортизол! Приход и стресс! Блядский страх и ужас! Я, как законченный наркоша, напичкан таким коктейлем до краев. Бурлю и харкаю яростью, гнев выплескиваю и разминаю кулаки. Раскрошу ей череп, раздавлю и предоставлю в качестве вещественного доказательства полное отсутствие мозгов! Изобретательная мразь! Упертая коза с преступными наклонностями решила вокруг пальца обвести меня.

«Наташа, привет!» — вслепую настукиваю ей сообщение, рассматривая свой бешеный оскал в автомобильных зеркалах.

«Привет!» — подлизывается и ставит ухмыляющийся смайл.

«Как дела?» — пытаю дальше. — «Когда к врачу, Наташа?».

«На двадцатой неделе, Велихов. Со мной все хорошо! Пожалуйста, не волнуйся за меня».

Врет! Я ведь поймал тебя! Да ты поиграть со мной решила, сука? Сейчас сыграем, Черепашонок, в другую, очень взрослую, игру! Наверное, будет страшно. Но мне, если честно, похрен! Главное, что вместе с сукой огребем по полной и на скоростном ходу.