Чтение онлайн

Сердце Эрши Ци сжалось. Он сжал губы и молчал.

Врать он не умел. А чем дальше говорил — тем сильнее путался бы.

На лице Цзи Боцзая начала проступать хмурая, опасная тень.

Небо за окном постепенно светлело. Мин И очнулась от ночного кошмара — и с изумлением обнаружила, что Цзи Боцзай сидит у изголовья её ложа.

Она вздрогнула, метнулась рукой, касаясь его:

— Го… господин?

Цзи Боцзай, словно только в этот миг пришёл в себя, мягко улыбнулся:

— Вчера я хотел вернуться с тобой вместе, но там всё затянулось, не хотел, чтобы ты долго ждала — потому и велел тебе ехать вперёд… И`эр, ты ведь не сердишься на меня?

Он… специально сидел здесь, дожидаясь, пока она проснётся, чтобы объясниться?

Мин И с трудом удержала смешанные чувства. Она медленно опустила веки, а когда вновь подняла взгляд — уже улыбалась:

—Господин что вы такое говорите… Дело государственное важнее всего, неужели я посмею на вас дуться?

— И`эр у меня самая разумная. — Он нежно провёл пальцами по её распущенным волосам, аккуратно собирая их в ладони. — С тобой рядом и госпожа дому не нужна.

Слова эти прозвучали… даже слишком хорошо. Мин И не знала — это насмешка или правда.

Она вскинула глаза и — к своему удивлению — увидела в его взгляде искренность. Казалось, он и вправду хвалил её.

Она поспешно покачала головой:

— Наложница родом из низов, не смеет принимать такую похвалу.

Цзи Боцзай тихо рассмеялся и, перевернув ладонь, извлёк из рукава изящную золотую шпильку в виде бабочки, инкрустированную самоцветами. Протянул ей:

— Через пару дней во внутреннем дворе будет устроен пир в честь приезжих. Сопроводи меня.

Пир в честь приезжих?

Мин И в замешательстве нахмурилась, и лишь спустя мгновение сообразила: раз Му Синч проиграл в Трунире Собрания Цинъюнь и теперь находится среди трёх нижних городов, то, по обычаю, должен устроить торжественный пир, пригласив гостей из верхней тройки городов.

Разумеется, «пир» — лишь предлог. Главное — дань. Верхние города ежегодно забирают у нижних целые горы риса, скота, шёлка, драгоценностей, специй и нефрита. Сколько возьмут — зависит от их прихоти, но негласное правило таково: не больше половины годового налогового сбора проигравшего города.

Раньше, в Чаояне, Мин И никогда не бывала на пирах в честь приезжих — ведь с её присутствием Чаоян ни разу не вылетал из тройки лидеров.

Теперь, оказавшись в Му Сине, можно было сказать… что опыт у неё точно прибавился. Жизнь, похоже, решила расширить её горизонты.

Она с лёгкой улыбкой приняла шпильку, мельком на неё взглянув.

Надо отдать должное — если не влюбляться в него, Цзи Боцзай был почти безупречен. Красавец, умеющий говорить сладко, не промах и в делах постельных, а вдобавок — щедрый, с тонким вкусом. Вот и эта шпилька, изящная, сдержанная, но изысканная, подчёркивающая статус, не затмевая при этом других. В самый раз для большого приёма.

Но всё же один вопрос не давал покоя.

Кого Чаоян в этом году пошлёт?

Цзи Боцзай не сомкнул глаз всю ночь. Мин И заботливо расстелила для него постель, зажгла ароматное благовоние, уложила отдыхать — а сама отправилась на поиски Эрши Ци, чтобы разузнать последние новости.

Обошла весь двор, а его и след простыл.

Удивлённая, она пошла ещё круг — и вдруг, на повороте, столкнулась с Не Сю.

— Госпожа что-то ищет? — спросил Не Сю, заметив её.

Мин И опустила глаза, голос был спокойным, но с лёгким оттенком досады:

— Хотела передать Чжантай немного серебра, чтоб хоть как-то помочь устроиться… Да по дороге кошель исчез. Вот и ищу теперь.

Не Сю нахмурился, сразу позвал нескольких слуг помочь с поисками. Мин И, не поднимая головы, окинула взглядом подошедших — и снова не увидела Эрши Ци.

Спросить прямо она не могла — Не Сю человек осторожный, догадается о её знакомстве с ним — а это могло обернуться бедой. Мин И немного подумала, потом нарочито раздражённо вскинула голову:

— В этом доме, говорят, только верные и чистые люди служат. Неужто кто-то посмел присвоить чужое и даже не сказать?

Не Сю сразу ответил:

— Прежняя прислуга, конечно, на такое бы не решилась. Но в последнее время в дом набрали новых слуг — людей ещё не проверенных.

— Вот и соберите их всех! — воскликнула Мин И, стукнув ножкой с видом сокрушённой барышни. — Двадцать лян серебра! За такие деньги в городе можно тысячу монет выручить — а я, глупая, так просто потеряла…

О том, что Мин И любит деньги, знали все в доме, так что её поведение никого не удивило — Не Сю и глазом не моргнув, тут же распорядился позвать всех новых слуг, нанятых после её прибытия.

Мин И бросила беглый взгляд на собравшихся — и сердце её холодом обдало.

Эрши Ци среди них не было.

— Все на месте, — доложил Не Сю. — Если не считать одного, что вчера ночью натворил дел… Его насмерть забили палками и выбросили за город, в яму для безродных.

Пальцы судорожно сжались. Мин И, цепляясь за последнюю надежду, тихо переспросила:

— Насмерть?.. Как его звали?

Не Сю взглянул на неё с лёгким недоумением:

— Вы, должно быть, не знаете его. Имя у него было… Эрши Ци.

…

Грохот в голове, будто удар молнии. Лицо побелело, будто с него ушла вся кровь.

Мин И знала, ей нельзя сейчас терять самообладание. Нельзя позволить Не Сю хоть что-то заподозрить. Но слова его были будто остриё в грудь — и удержать себя она не смогла.

Резко шагнув вперёд, она вцепилась в его ворот, в глазах взвились красные прожилки:

— Кто убил его?!

Порыв ветра ударил в лицо, и в ту же секунду цветущий двор наполнился холодом, как будто в разгар весны в нём вдруг наступила зима.

Глава 60. В западню

Не Сю прежде никогда не видел Мин И такой.

На лице, что обычно светилось спокойствием, как у ясной луны, вдруг проступила холодная решимость. Миндалевидные глаза, всегда сдержанно прищуренные, теперь распахнулись, и в них вспыхнуло нечто, от чего мороз пробежал по костям.

На один короткий миг ему показалось — она и правда может на него наброситься.

Снаружи, почуяв недоброе, во двор один за другим вбежали стражники. Не Сю пришёл в себя и торопливо вскинул руку, останавливая их. Глаза опущены, голос сух: