Чтение онлайн

Далее, его, как говорится:

– Уже ждали, - Миша М, и Германн М, - хотя и ошиблись, так как хотели избить в недавно уже побеленном туалете на пять мест - имеется в виду с одной мужской стороны - а сколько там, за стеной, знают только некоторые, не мы:

– Мы не подглядываем в дырочку, как маркиз де Сад перед их жертвоприношением.

А ждали Варенуху. Собственно, и без заморочек их любой бы перепутал, а главное, как поняла Тетя - правда поздно - поэтому и ушел за занавес Олигарх, а вышел этот Олень-Клякса, то вот этот Варенуха, и пригласил его на стрелку, наверно, думал:

– Шутка, - а оказалось:

– Шутка, - да еще удалась, ибо избили не его, как обещались, а иво друга.

Потом, конечно, можно сказать:

– Это одно и тоже, но разница, знаете ли, есть: он-то покойник, а я:

– Зивой.

– Ты почему не послушался нас по телефону?
– спросил Германн Кляксу, как только сгустились тучи, завыл ветер, и начался - сначала мелкий, но много, потом очень крупный, но еще сильней - не дождь, а:

– Ливень.
– Клякса хотел прочитать - не Отче Наш, конечно, так как это было специально запрещено инструкцией по проведению праздников и разрешению споров:

– Одной на оба случая, - а, как и хотел с самого начала, когда дождь начинался меленький и тепленький - как в кино:

– Тепленькая пошла, - а именно прочитал стихотворение:

– Люблю я гром и молнию в начале мая, - но решил дальше не продолжать, так как именно это чтение, эта любовь к громам-гробам - как автоматически зарифмовалось - и привели к кардинальному усилению дождя, отчего и захотелось:

– В туалетум, - где, как уже было известно - только недавно побелили стены и душевно пахло хлоркой, которой не пожалели, несмотря на увещевания завхоза:

– Экономить надо и хлорку, - так как мы начали уже меньше и меньше болеть.

Но сердобольная уборщица, видимо, поняла это напутствие, как:

– Болеть меньше - значит:

– Умирать больше, - и сделала, впрочем, как всегда, - по-своему: добавила в кашу побольше масла, так как досталось оно сегодня по дешевке, добавила, несмотря на распространяемые кем-то нарочно слухи, что все масло в Москве скупили приезжие с какой-то Альфы Центавра, а для чего не говорят, хотя и так всем ясно:

– В случае забастовки будут бросать, а может и сами с четвертями бросаться под полицейские машины, как раньше под танки, чтобы те буксовали на этом, оторванном от малоимущих вкусном подсолнечно-кукурузном масле.
– Хотя ведь знала заранее, что все дешевое масло делают - нет, не на Малой Арнаутской теперь - а просто на-просто:

– Из хорошо впитывающих масло тряпок, которые автомастерские - воскресшие из небытия в необъятном количестве - выбрасывают, не имея на это специальных документов, в обычные мусорные контейнеры, который стоят у домов.
– Ибо:

– Мы и сами могли бы брать эти тряпки, если бы знали, что это можно, и делали бы масло даже лучше этого дешевого, но очевидно:

– Второсортного, - и других третьих, четвертых и пятых сортов.

– Тебе говорили, чтобы ты не звонил на Старую Площадь?
– хмуро спросил Миша М.

– Я звонил только на Новую, - соврал Клякса-Варенуха, беззастенчиво прижавшись к с душой побеленной, из никогда не видевших рубанка природных, как девственница, досок, так что держали они этот мел-бел отлично. Он просто знал по опыту своего последнего собирания бабла на новый Проэктум - без Абдулы, который уже отказался от дальнейших претензий к Жизни, и мог бы здесь появиться в роли своей любимой, и частично доступной даже после смерти роли Коровьева, что скорее всего, и произойдет когда-нибудь, но будет стоить, хотя если деньги-то есть:

– Можно и заплатить за этот культпоход в:

– В театр Прошлого.

Он просто знал по опыту:

– Денег никто не даст, пока не поверит.
– И действительно, никто не верит до тех пор, пока человек - тем более сборщик денехг на Кино - не начинает врать.

И вот он соврал, чтобы доказать, что не звонил на Старую Площадь, соврав для правдивости, что звонил на Новую, и для еще большей своей честности, поплотнее прижался к шершавым, обильно покрытым мелом, доскам паркового туалета, который никогда не запирался, а наоборот:

– Всегда бесплатно, - и если никого нет, можно посмотреть в дырочку, ибо кто-то же их сверлит для чего-то.
– Хотя не исключено, что сучки сами выпадают за ненадобностью.

Из чего можно заключить - как многие и подметили правильно:

– Раньше было не только бесплатно и дешево, но и со вкусом, как у маркиза де Сада. Не зря говорят, что он был очень талантлив. Это-то, впрочем, понятно, но вот что удивительно:

– Маркиз - а тоже всё бесплатно.
– Как у нас.

Глава 18

Продолжение сцены в парковом туалете. Друг из одной с Товстоноговым столовой. Заступник Монсоро и почтальонша Познера. Три тополя на Плющихе. Тишина Бродского. Сирано, Монсоро и Ваня в ресторане Ван Гог, где его владелица Грейс Келли сегодня в роли официантки, ей предлагают быть Геллой. Дело в Следущем.

– Ты куда собрался звонить, подлец?!
– мяукнул, как обычно появившийся незаметно третьим Ле-Штрассе, и сел на последнее от двери, и первое у стены с дырками - между прочим заклеенными на сей момент полупрозрачными бумаженциями, скорее всего, от недавно съеденной селедки.

– Куда еще может звонить такой прохиндей, как этот покойник, - Майор вынул ТТ и приподнял его длинным стволом хромированный козырек фуражки, - как не в организацию объединенных наций.

– Или даже Биллу, известному еще по старым связям с общественностью, - сказал Миша.

– Если Биллу, с ним должна быть наводчица Сонька Золотая Ручка, - сказал Кот, и незаметно сунул один длиннющий коготь в дырку, чтобы - нечаянно - сбросить пелену с ее глаз. Мол:

– Не там ли она подслушивает?

– Ладно, давайте пока что его просто бить - авось без насилия скажет, зачем он в такой дождь, ветер, гром и молнию перся в Театр Варьете, где его и помнить уже забыли.

– Я хотел лично узнать о таких безоговорочных изменениях своей судьбы, как отправка в Край без командировочного удостоверения, подъемных и простых обыкновенных командировочных.

– И всё?!
– удивился даже Кот-Штрассе.
– И звонить никуда не собирался?

– У меня нет даже сотового телефона, - промямлил Кля.