Маска дракона
Шрифт:
Даже когда сработали пороховые ловушки, и в небо взмыли разноцветные огни, Рейра с лёгкостью пролетела сквозь них. Огни напугают слабых волей оборотней, не дадут разогнаться птицам. Шум собьет с толку чувствительных и неготовых.
А Рейра была готова. Мельком взглянула вниз, на цепочку самых разных тел, растянувшуюся от самого старта до середины пути. А потом с силой несколько раз махнула крыльями, словила поток и вихрем понеслась к финишу. Ничего сложного
Она пришла первой.
Осторожно стащила с себя летные очки — ремешки растрескались и больно натерли виски. Кожа стала больше походить на сухой пергамент. Но Рейра пришла первой, а до второго участника было ещё далеко. И под трубный хор приветствующий победителя она прошла вперед к яркому пьедесталу. За ограждением толпа кричала ее имя. И хотелось снова сбежать в небо, но организаторы услужливо усадили девушку во главе пьедестала. Чтобы теперь она смотрела на всех сверху вниз.
Вторым без неожиданностей пришел Гайн в своей полной форме. Белый олень с золотыми рогами и полосами на спине боках. Идеальный принц. В сотню вошла и Эмбер — ожидаемо. И ее огромная тигрица-подруга.
И разумеется Маркус. Он был ближе к концу сотни и, не превращаясь в человеческую форму и не задерживаясь в толпе ликующих, скрылся среди стягов рода Маджорнов.
А последней из ста пришла Янлин. Задыхаясь то ли от бега, то ли от счастья, она раскидывала в толпу воздушные поцелуи и радостно улюлюкала что-то на своем диалекте. Из толпы ей отвечали тем же мотивами, и Рейра искренне аплодировала ее триумфу. Янлин, обогнав огромное количество других зверей, пришла в человеческой форме, ибо кожа ее неполной формы не любила солнце.
Это было достойно мини-пиршества в общежитии в компании подруг. По крайней мере так предлагала Янлин, ибо повод был прекрасный, первое и сотое место вместе. Но вот организаторы турнира все просчитали заранее. Предстояла длинная ночь пиршества…
Глава 19: Король и вороны
Воздух взорвался мириадами огней — совсем недавно изобретенный порох уже вовсю применяли для развлечений. И Рейра соврала бы, сказав, что это было некрасиво. Простой народ из маленьких городов изумленно кричал и охал на каждый взрыв: кто-то из них наверняка видел фейерверк впервые.
А Рейра… Рейра ежеминутно ловила себя на мысли, что пытается найти в толпе Варнава, несущегося с кегой пива и парой шампуров, унизанных мясом.
Но этого не происходило, да и произойти не могло.
Девушку вместе с остальными выигравшими провели ко главному шатру, размером казалось с целый дом. Красно-золотые ленты, установленные вокруг раскатанной плотной дорожки — высшим особам не дозволялось ходить по размоченной росой земле, да позолоченные львы не давали шанса ошибиться. Их вели на аудиенцию к королю.
Король Иерион Седьмой — статный видный мужчина выглядел моложе своих лет, а ему было уже почти пятьдесят. Но ни бороду, ни копну каштановых волос не тронула седина, лицо лучилось улыбкой, перебивавшей блеск отполированного золотого венца.
Вся выстроенная в несколько шеренг сотня единым порывом поклонилась королю, на что он ответил вежливым кивком и по команде камердинеров шатер наполнился людьми. К еде приступать было рано, не подошли еще лорды севера и знатные лица академии, включая ректора Эмилатти, и поэтому в резко ставшей не такой официальной обстановке, Иерион двинулся прямиком к Рейре.
Вместе с ним на приеме сотни были и королева Амайя — истинная южанка с древесно-бронзовой кожей и иссиня-черными волосами, а подле нее три королевских сына. По рождению Амайя была антилопой, а теперь — нареченная львица, и ее львята-погодки шли около матери.
— Ваше величество.
Рейра низко поклонилась, сначала королю. Потом королеве и детям. А потом ощутила как ее схватили за плечи и с силой выпрямили обратно.
— Довольно поклонов. Мы ведь меняем общество и мир. Я хочу смотреть в глаза говорящему, — король рассмеялся, а его телохранители заметно напряглись. — Рейра, девочка моя, давно не виделись.
Могучие руки короля крепко держали девушку за плечи. Та слабо улыбнулась. Видела во всех этих манерах, в речи, в широкой улыбке брата. Для Варнава король стал примером того, как стоило вести себя с народом.
— Ого, да ты тут окрепла, — подметил мужчина. — Пройдем с нами, расскажешь что у вас тут было. И почему Варнав так рискнул с Кэн-Сореном.
Поодаль от королевской свиты Рейра заметила Эмбер. Принцесска сжимала в руках бокал и прожигала девушку взглядом. Таким пронзительным, пропитанным глубокой ненавистью, что Рейре стало не по себе…
— Ваше величество. Я очень признательна вам за помощь в день вашего прибытия, — Рейра присела в глубоком реверансе. — Однако, не сочтите за оскорбление, я бы хотела присоединится к своим друзьям. Полагаю, высокоуважаемый ректор Эмилатти сможет рассказать вам о моих успехах.
— А голос дрожит. Совсем в этом рассаднике молодости и дурости забыла как говорить, да? — король журил ее шутливо, и по всему его облику было видно, что мужчина был в хорошем расположении духа и наслаждался вечером. И совсем неподобающе для монаршей особы он слегка приобнял девушку за плечи.
— Ты молодец, — шепнул он. — Мы все в тебя верим.
И Рейре оставалось только стыдливо краснеть за такой неловкий момент.
Король не слишком жаловал весь огромный свод правил и позволял себе много вольностей. В народе все считали это следствием прошляпленного воспитания младшего наследника.
И несомненно влиянием Вивиан Вейлеш.
Иерион Седьмой был последним сыном прошлого короля. Три его старших брата умерли от вспышки парейи, и внезапно королевское наследие обрушилось тогда еще юному студенту, мечтающему о карьере в воинских чинах, на голову. Рейра чувствовала с ним некоторое сходство. По рассказам Варнава король не рвался к власти… Но судьба коварна.
Обо всем этом Рейра размышляла сидя за первым уровнем столов, где для сотни победителей накрыли богатый ужин. Все, чтобы завтра они показали великолепное шоу в дуэлях.
От этого кусок не лез в горло.
Шуты танцевали в центре. Размахивали огнем, яркими лентами, звенели колпаками и шуршаом разноцветными аляповатыми камзолами. Иериону нравилось такое шоу. Да и большинству остальных возрастных участников то же. И декан Маджорн и ректор посмеивались, глядя на представление и что-то весело обсуждали с королем и парой северных лордов. Королева заметно скучала, но снисходительно по-доброму поглядывала на мужа, веселящегося как ребенок, от ужимок и трюков шутов.