Чтение онлайн

А потом Эмбер отомстила.

И еще одним грузным высоким прыжком оторвала Рейру от земли и бросила ее спиной вниз. Приземлилась сверху, выбивая дыхание.

Главное не отпустить шею: жила под львиной шкурой пульсировала все сильнее. Эмбер спешила. И спешно вонзила когти задних лап в живот волчицы.

От боли помутнело в глазах, а пасть едва не разжалась в крике. Задние лапы вмиг онемели, Рейра пыталась передними лапами оттолкнуть Эмбер в сторону, воткнуть тупые когти ей под ребра, но острая боль нарастала, львиные когти впивались все глубже. Из горла на язык волной плеснулась горькая кровь, но и Эмбер… Эмбер хрипела все сильнее, шаталась, и бешено-бешено билась жилка под клыками волчицы.

— Отпусти-и-и, — блеклым хрипом проревела львица, тратя драгоценный кислород, и медленно, неохотно начала валиться на бок. Рейра не могла разжать пасть, ничего не могла сделать, судорога свела все мышцы, на красной шерсти львицы разливалось багряное пятно ее собственной крови…

Но она должна была встать. Встать до звука горна.

Задние лапы все еще немели и не слушались, Рейра поднялась на одних, трясущихся передних, тащя за собой тяжелую львиную голову. Дыхание вырывалось со свистом, перед глазами все застилала мутная пелена.

Эмбер не просыпалась. Эмбер нельзя было просыпаться.

Секунда, две, три… По стадиону разнесся победный глас горна. И тут же Рейра упала на песок. Она уже не виделаподбежавших к ней людей, но почувствовала, как крепкие руки разжимали ее сдавленную судорогой пасть.

Знакомый голос, заглушенный странным звуком шумяшего все нарастающего прибоя, повторял.

— Не теряй маску. Не превращайся! Слышишь, не превращайся обратно. Ты победила, только не перекидывайся обратно.

— Раны могут исчезнуть если перекинется…

— Да чему вас учили! Человек с таким не выживает.

Волчица закрыла глаза.

Сознание периодически пыталось пробиваться через тяжёлую пленительную тьму.

Яркими вспышками ударяли запахи медикаментов, крови, врачей и медсестер. Рейра даже пыталась приоткрывать глаза, но каждая попытка повергала ее обратно в оплетающий разум морок.

Ей не удавалось даже почуять запахи дня или ночи. Рейра не понимала давно ли лежит здесь. Она начинала чувствовать кончики пальцев задних лап, и рана на хвосте ныла все сильнее. Вот только в горле все еще першила кровь, а живот горел.

Вокруг нее было много голосов, достаточно долго, настолько, что Рейра успела устать. Хотелось крикнуть, чтобы все они проваливали, чтобы дали ей насладиться темнотой и мраком. Если бы она могла говорить.

Голоса становились все печальней. Она слышала плач, надрывный и звенящий, а потом другие голоса, будто зовущие ее из темноты, манящие в мрак леса, где не было правил. Нужно было только снять маску… Волчице нужно было только вернуться назад во тьму человеческого сознания и уйти, угаснуть навсегда…

— Ты же помнишь, не снимай маску, — раздался шепот прямо над ухом. — И не дергайся. Эй, держи ее, да крепче.

Голос стальной дробью прокатился по мыслям. Рейра не поняла смысл.

Кто-то придавил ее к постели. В бедро впилось что-то острое.

Волчица вернулась сиюминутно, взвизгнула, клацнула зубами, но крепкая рука сжала пасть, закрывая нос. Рука пахла чем-то гнилостным, каменным и… Пустым.

Мерзкий запах, от которого хотелось броситься прочь, вернуться и волчица затрясла головой, задергалась в припадке, но вторые руки держали ее крепко, будто железными тисками.

— Успокойся, — прошипел неизвестный. — Тихо ты, дура. Это же тебе на благо.

Освободившейся рукой он мазнул ей по носу, и мир померк в стене эвкалипта и мяты. Еще один мазок, теперь за ушами — все та же мазь, от которой в прошлый раз Рейра плыла в далекие сонные миры наяву.

— Прошу тебя, не снимай маску. Сейчас тебе нельзя умереть. Тебе нужно было уйти, пока был шанс… Нужно было уйти.

Темнота сменилась мягкими мятными облаками и все, даже этот голос, продолжавший что-то говорить. Все перестало иметь смысл.

Рейра не знала сколько времени прошло, прежде чем мазь выветрилась, и тягучие мятные облака отпустили ее обратно на жесткую постель больничного корпуса.

Через потолочные окна пробивался свет. Рейра лежала прямо под теневым скатом, дабы солнце случайно не разрушило лучами магию маски… Если волчица и могла пережить такие раны и залечить их, то вот Рейре-человеку пришлось бы в сотни раз хуже.

Волчица закашялась, плюнула кровью, но почувствовала рядом воду и приподнявшись тяжело на передних лапах, проползла буквально одну десятую метра, чтобы уронить голову в большую миску с водой.

Прохлада воды будто вернула в волчицу жизнь, хоть желудок и отозвался крутящей болью, но разум прояснился, а нос начал различать запахи, и жить стало легче.

До того момента, как легкий сквознячок не притащил к постели Рейры аромат миндаля.

Шипы на загривке встали дыбом, и волчица самовольно зарычала… Вот только хвост сам по себе поджался, и Рейра молилась, чтобы Эмбер не различила этого знака: вот будет хохма — победитель до ужаса боится проигравшего.

Принцесса появилась из-за бледно-зеленой ширмы. Волосы выбившиеся из косы, опухшие глаза, на шее — белый корсет. Но она хотя бы ходила и могла перекинуться в человека…

Они молчали. Волчица скалилась, девушка сжимала кулаки, нервно дышала, от чего плечи ходили ходуном.

— Ну давай, — прорычал зверь. Ибо молчание напрягало.

— Ты не имеешь права, — выпалила Эмбер. — Ты не имеешь права мешать всем нам.

— И почему же?

— Потому что это было нужно мне! Мне! — Эмбер сорвалась. — Понимаешь? Мне! Я бы стала драконом, я бы родила в королевской семье детей дракона. И они… Они были бы такими же как ты! Родились бы крылатыми, и я… — рот Эмбер задрожал, будто слова, которые она хотела выплюнуть, застряли в горле.

— И ты бы однажды умерла от лап демонов, оставив их в одиночестве? — заполнила паузу горечью Рейра. Волчий голос надтреснутый от сухости и безэмоциональный подействовал.