Чтение онлайн

Агастус поднял на него взгляд.

— С чего ты взял? Есть источники?

— Конечно. Я источник. Мы были у него в квартире через несколько дней после его смерти. И там… — Сириус сделал ещё одну затяжку, его взгляд стал отстранённым, — …не инфарктом пахло. А разложением другого рода и…

— Так, без подробностей. Я верю, что пахло ужасно, — отрезал Агастус, возвращаясь к документам. Его пальцы пролистывали страницы быстрее.

Сириус усмехнулся, коротко и беззвучно. Потушил недокуренную сигарету в пепельнице с таким видом, будто совершал ритуальное действие. Тоже мне поборник здорового образа жизни, промелькнуло у него в голове, глядя на аккуратный стол арбитра. Сам курит как паровоз, просто когда один. Скоро бычков с горкой соберётся.

— Ну так что вы забыли у него в доме? Насколько я могу видеть, парень то человек, — продолжил Агастус, не отрываясь от текста.

— Он был в моём клане. Естественно, неофициально. И он был не простой программист. Он был хакер. Лучший, — пояснил Сириус. — Когда мы с Майей, впервые посетили врача по поводу её шрама, ожога на спине, врач нас предупредил, что это какая-то… печать. Ваши арбитрские штучки. Но факт был в том, что я эту печать на её спине не видел. Для меня она была обычной спиной. А вот с фотографии, которую я тогда сделал… я эту чёртову печать увидел. Это показалось мне странным. И мой хакер должен был выяснить всё. Про её прошлое, про семью, про то, что за печать и кто её поставил.

Агастус замер. Листок в его руках слегка задрожал.

— Ну, его убили. Я правильно понимаю?

Сириус на это только кивнул, раз за разом постукивая зажигалкой о стол. Тик-тик-тик. Нервирующий, монотонный звук.

— Тогда непонятно, какого хера дело закрыли и оно рассматривалось в его суде, — тихо проговорил Агастус, и в его голосе впервые прозвучало нечто большее, чем профессиональный интерес. — Такими делами должны заниматься другие инстанции. Особенно если есть подозрение в насильственной смерти.

— В том-то и дело, что Герц его просто замял. Завернул, подмахнул, в архив отправил. Но зачем? — Сириус откинулся на спинку кресла, уставившись в потолок.

Он сейчас понимал, что скорее всего судья был каким-то чудом осведомлён про ситуацию в семье Громовых.

— Через своего человека я выяснил, что Игнат Громов был… частым гостем у Герца. Но если так, то и Игнат должен был знать про Майю. Но он не знал. Герц ему не рассказал нихера. То, во что играет этот судья, очень плохо пахнет. Он очень много скрывает. Много в чём был замешан. И это может быть нашей проблемой. То, что моего программиста убрали те, кто связан с судьёй, это почти стопроцентно.

— Этот мудак очень опасен, — тихо, почти про себя, проговорил Агастус, откидываясь на спинку своего кресла. Он поднял руки, сомкнул пальцы на переносице, сильно надавил, будто пытаясь выдавить усталость и накопившуюся ярость. — У него рычаги. Поддержка. И он играет грязно.

Сириус наблюдал за ним, и в его взгляде промелькнуло что-то, отдалённо напоминающее уважение. Мужчина выбивался из сил, пытаясь наладить то, на что Игнат закрывал глаза. Сотни запущенных дел, прогнившая система, штат арбитров, который больше походил на сборище беспомощных инвалидов.

Агастус Громов набрал новую команду. Сириус уже видел несколько новых лиц. Крепких, с холодными глазами и выправкой бывших военных. Людей дела. И глядя на Громова сейчас, на его сжатые челюсти и непоколебимую решимость в глазах, Бестужев был почти уверен: этот вытянет. Станет достойным Верховным Арбитром. В нём была та же стальная воля, что и у него самого, только направленная в другое русло.

— Я предлагаю нам прижать уёбка за жабры, — нарушил молчание Сириус, его голос прозвучал резко, как удар ножом. — Чтобы сидел и не вякал. Я вообще не понимаю, какого хера у этого уёбка так много власти? Кто ему дал право вершить такие дела?

— За это нужно «поблагодарить» Игната, — с усмешкой ответил Агастус, опуская руки. — Он дал ему вольную, грубо говоря. Огромные права и огромные полномочия оказались в его руках благодаря документам, которые заключал с ним Игнат. Договоры о взаимопомощи, о закрытии определённых дел, о передаче юрисдикции… Всё красиво оформлено, всё по закону. Тому закону, который писал сам Игнат.

И в этот момент их взгляды встретились. В глазах обоих вспыхнуло одинаковое, ледяное понимание. Мысль, столь очевидная и столь ужасная, что они пропустили её мимо себя, увязнув в деталях.

Если все полномочия Герца только на договорах с Игнатом Громовым… а Игнат, как выяснилось, занимал пост главного арбитра незаконно, будучи психически нездоровым манипулятором…

— Все его решения… — начал Сириус, медленно поднимаясь с кресла.

— …могут быть признаны недействительными, — закончил Агастус, и в его глазах зажегся холодный огонь охотника, нашедшего слабину в броне жертвы.

Он резко вскочил, и стул с грохотом отъехал назад. Не обращая внимания на Бестужева, он метнулся к массивному дубовому шкафу с бесчисленными папками. Руки его летали по полкам, выдергивая дела, просматривая шифры, отбрасывая ненужное. Сириус, не говоря ни слова, присоединился к нему. Он не знал этой системы, но его звериная интуиция и память на детали сработали безотказно. Он искал всё, что было связано с Герцем, с судебными постановлениями, с передачей дел.

Так началась их бессонная ночь. Кофе остывал, забытый в чашках. Сигаретный дым висел тяжёлой пеленой, смешиваясь с запахом старой бумаги и пыли. Они говорили мало. Отрывистыми фразами, кивками, жестами.

Два человека, забывшие на время о своей вражде, объединившиеся против общего врага. Страница за страницей, документ за документом выстраивалась картина чудовищного злоупотребления властью. Договоры, подписанные Игнатом в последние годы его «правления», были откровенно кабальными. Они давали Герцу право единолично решать судьбы целых семей, закрывать дела об убийствах, пропажах оборотней. А главное… Он находил каким то образом смешанные пары и оборотни отправлялись за решетку. Если не успевали сбежать. Сириус готов был найти Гиена который на это глаза закрывал и разорвать его на куски.

К утру, когда за окном посветлело и первые птицы начали перекликаться за окном, на столе лежала аккуратная стопка копий. Самые важные, самые убийственные документы.

— Этого достаточно, чтобы подать в высшую арбитражную коллегию и в Верховный суд людей, — хрипло произнёс Агастус, с трудом разгибая одеревеневшую спину. Его глаза были красными от недосыпа, но в них горела победа. — Но нам нужно подтверждение от других арбитров, которые присутствовали на суде. Подтверждение, что Игнат был неадекватен, что он убийца и незаконно занимал пост.

— Это я беру на себя, — отозвался Сириус. Он стоял у окна, спиной к комнате, глядя на лес, что окружал особняк. Его плечи были напряжены, но в позе чувствовалась странная лёгкость.

Они понимали, что начинают опасную, беспрецедентную игру. Информационную бойню. И она не заставила себя ждать.

Уже через день после того, как пакет документов ушёл в высшие инстанции, началось. Первой ласточкой стала гнусная статья.

Скандал в элите: альфа Бестужев и его человеческая игрушка.