Чтение онлайн

Ната свела брови, заметно свирепея…

– Интересно… И что теперь – за каждым мужиком очередь составлена? Хорошо тут кобелям – все условия!

– Поживешь здесь – по другому запоешь!

Шельма так круто повернулась, что на нас полетели комья земли. Тома неприязненно посмотрела ей вслед.

– Вечно она все испортит… Жизнь нас заставляет так поступать. Думаешь, мне очень хочется по своей воле под первого попавшегося ложиться? Но уж лучше под того, кого сама выбрала, чем под Святошу и его банду…

– А отпор дать нельзя?

Голос второй девушки был певучим, словно она не говорила, а выдыхала слова…

– Кому? Им? А что толку… Все бояться. И в долине, если уйдешь, тоже самое. Одной по травам не побродишь. Или звери разорвут или другие… двуногие поймают.

Она закусила губу. Ната дотронулась до нее, желая сгладить горечь девушки.

– А других способов нет?

– Нет… ты извини, если что… Шельма немного не в себе – у нее муж и маленький ребенок погиб. Сгорели на ее глазах в поезде. Мы же не знали, что он с тобой… как с женой. Думали, вдруг это случайность. Отец с дочкой, например. Хорошо тебе!

Ната, у которой пропала всякая воинственность, дружески протянула свою руку девушке:

– Я поняла. И не в обиде… Но его никому не отдам!

Они разговорились. Видя, что Тома нашла с нами общий язык, к нам вернулась и вспыльчивая Шельма.

Мы уже имели некоторое представление о жизни поселка из пояснений Дока и Совы. Девушки только добавили к их рассказу лишние подробности. Всего в поселке постоянно находились более ста человек, а по всей долине насчитывалось до шестисот – Док ошибся при своих расчетах. И большую часть уцелевших составляли женщины. Впрочем, точного количества не мог знать никто. Девушки, которые бродили по долине гораздо больше него, считали, что Док просто не учитывал все кланы и стойбища. Недалеко, от стихийно образовавшегося поселения, находилась разрушенная ферма. Она полностью сгорела во время катастрофы, но на пепелище остались кое-какие припасы, на первое время, и инструменты. Первые из поселенцев приспособили их для своих нужд, и теперь те переходили из рук в руки – железные орудия были в очень большой цене! Так и образовался этот городок, жить в котором было тяжело и сложно. Тяжело – потому, что не хватало еды и на людей постоянно совершали свои набеги осатаневшие звери. А трудно – из-за полного равнодушия всех ко всему… Право сильного, хоть и незаметно, понемногу, но все более начинало превалировать над другим правом – справедливости… Из-за этого многие стали покидать поселение. Власть какой-то банды, которой никто не мог дать отпор, никому не нравилась. Но и открыто никто не пытался выступить против, если не считать Совы. Девушки не знали плохо это или хорошо. Вроде бы, без твердой руки, все шло вкривь и вкось, но и та, которая начинала всех зажимать, их не устраивала. Питались в основном рыбой, которую ловили в озере, да кореньями – их выкапывали поблизости, с бывшего поля, на котором до землетрясения работники фермы что-то выращивали. Корни доходили до полуметра в длину и ничего по вкусу и виду не напоминали. Есть их можно было даже в сыром виде. А рыба ловилась на червей, их выкапывали прямо возле берега и насаживали на самодельные крючки. Лесками служили либо сплетенные нитки, либо жилы убитых животных. Иногда пойманные рыбы достигали роста человека – одной хватало на многих. В озере также водились уродливые, страшные монстры. Они иногда ловили неосторожных рыбаков и утаскивали их в глубину… Док предполагал, что это, скорее всего, обыкновенные сомы, только очень большие и ставшие, в силу известных причин, непохожими на своих прародителей.

Шельма, вступив в разговор, изредка комментировала происходящее на площади, где шла мена.

– Вот Карга… Зубов почти нет, глаза навыкате, в чем жизнь теплится?… Но живет, дрянь…

– Шельма.. Тома пыталась ее урезонить.

– А это – Аптекарь. А, вы его уже видели? Гнусный тип… Трех девушек уже заманил в лапы Святоши! Ну да отольются ему их слезы…

– О чем она?

Тома вполголоса ответила:

– Аптекарь подпаивает девчонок какой-то дрянью, после чего они полдня ходят, как чумные… Святоша, хоть и болтает на всех углах о своей святости, но не прочь переспать с кем ни будь, в удобный момент. Но свидетелей не любит, вот и договорился с этим ублюдком, чтобы он ему девушек доставлял… Ну а те потом даже не помнят ничего.

– А ты откуда знаешь?

Тома опустила глаза вниз…

– Знаю…

Шельма, нахмурившись, показала на высокого и слегка сутулившегося парня.

– Твердый утес. Этому кличку тоже ваш приятель, Сова, придумал. Я-то, понятно, почему Шельма! А он? Все говорят, что этот тронутый индеец, дает такие имена только достойным! Чего достойным?

– Чего достойным? – к нам приблизился Док и, услыхав последнюю фразу девушки, переспросил еще раз: – Что тут у вас? Диспут? А то я слышу, вроде, как о высоких материях разговаривают! Кто-то, чего-то там, достоин…

Шельма довольно грубо его прервала:

– Вам, Док, вечно что-то слышится. И что надо, и что не надо! Только нет тут высоких материй! Обсуждаем с новичками одну прозу, если хотите… Вечные вопросы – с кем трахаться! Где трахаться и как трахаться!

Тома толкнула подругу в бок, но Шельма, и без того взвинченная нашим предыдущим разговором, отбросила ее руку.

– Отстань! Что думаю, то и говорю! Тоже мне, элита общества… Все мы сейчас стали одинаковые, в одном дерьме плаваем! А страуса из себя корчить – много ума не надо! Это на словах все такие благородные, а стоит вот этому ублюдку, кого-то потащить в кусты за волосы, и где все? Это проще всего – ничего не слышать и ничего не видеть… Не Док ты, а… страус!

Доктор довольно невозмутимо прореагировал на ее слова, спокойно ответив:

– А ты что хотела, чтобы немедленно собрался какой-то общий совет и вынес этому, как ты говоришь, ублюдку, порицание? В связи с чем? Вас сейчас столько – сами любого мужчину укротить сможете! Если желание, конечно, появиться. Да только я не слышал о том, чтобы вы собирались кого ни будь наказывать, скорее, наоборот, визжать в кустах, видимо, приятнее!

Шельма стиснула зубы и, развернувшись, ушла прочь. Тома глухо произнесла:

– Зачем вы так, Док?

– Так – действительно. Зря. Но разве я не прав? Вы что, не можете это все прекратить? Что, мало девушек, которые строят Белому или Рябому глазки? Думаешь, я не знаю, что она тоже побывала под ними? Тогда, в чем дело? Вас много, вы такие… все в себе уверенные! Соберитесь да отмахните ему яйца, а я, ручаюсь, со своей стороны, назад пришивать не стану! Но что-то не вижу охотниц лишиться такого производителя! А может, это не ваши подруги лезут к нему по ночам в землянку? Нравится, так понимаю… Понятно. Быстро же вы позабыли про тех, кто сейчас гниет под землей среди остатков зданий да домов. Ну, так тогда и не создавайте перед нашими гостями вид оскорбленной добродетели. Виляешь задницей перед мужиком – будь готова к тому, что он за нее может и ухватить!

Я бросил тревожный взгляд на Нату. Моя подруга замерла и напряженно слушала тираду Дока. Нужно было вмешаться, пока не произошел взрыв…

– А если вы ошибаетесь?

– Не ошибаюсь.

Он почесал давно не мытую грудь заскорузлыми пальцами, под ногтями которых скопилась нечищеная грязь. Заметив мой брезгливый взгляд, он смущенно убрал руки за спину.

– Условия, понимаете ли… Неустроенность бытия.

– Условия? А как же вам доверяют… врачевать? Ведь я помню – вас здесь не зря Доком называют?

Он тяжело вздохнул и пожал плечами:

– Как… Так. Доверяют. Мастерство, оно и есть, мастерство. А ногти – это мелочи… Да и какой я лекарь – одно название. Ни инструментов, ни лекарств.

Тома с обидой вставила:

– Шельма не хотела с ним спать. Ее заставили!

Он сквозь зубы процедил:

– Да? А ты где была? Что ж на помощь не позвала?

Та отвела глаза и грустно произнесла:

– … А меня насиловал его приятель. Шельму держали за руки трое… А кто видел и слышал – те молчали. И так здесь поступают всегда. Когда в поселок приходят новые девушки, они ищут защиты и помощи, а находят только Святошу и его банду. Зато жители поселка живут в мире и согласии – все, как по его словам…

Она повернулась и посмотрела на меня с Натой.

– Все же, жаль, что вы вместе… Я не со зла, просто на одного настоящего мужчину меньше. Тебя никто не посмеет тронуть – пока он рядом. Настоящего мужика видно сразу – это не Аптекарь, не Трясоголов, не Липучка… Да и не вы, Док, уж извините. Смелых и надежных, почти что и нет.

– Почему вы не отомстили?

Вопрос Наты прозвучал глухо, но мы все услышали его очень хорошо! Глаза девушки горели мрачным огнем…

– А как? Нас всего двое. Это Док считает, что мы что-то можем. А с кем? Шельма не в себе, из-за этого у нас мало друзей, а которые есть – бояться… Мы пришли в поисках лучшего, но теперь придется опять уходить. А куда? Где мы нужны? Кто нас ждет? Одни мы просто погибнем… Вот и выходит, что приходится или терпеть… или хоть со скалы в пропасть!