Научи меня любить
Шрифт:
Группа зачистки выезжает на место через полчаса после того, как Марина отбивает звонок. Отряд из шести квалифицированных бойцов в гражданском проникают на территорию жилого комплекса по двое. Уже в подъезде они разделяются на группы: одна отправляется зачищать лестницу, вторая на лифте поднимается прямиком в квартиру Марины.
Глеб Константинович дал прямое указание: в случае внештатной ситуации всех подозрительных индивидуумов уничтожить. Объяснять, кого босс имел ввиду, не пришлось: все они работали на объекте пятнадцать два года назад и хорошо помнили, с кем имели дело.
На лестнице отряд не обнаруживает признаков заражения, а вот на этаже Марины творится настоящий хаос. В трех из пяти квартир двери открыты настежь. Грибницы спор рассредоточены по всему периметру с минимальной скученностью, что позволяет отряду передвигаться вперед без особых проблем.
— Надеть маски, — отдает приказ командир, и бойцы закрывают лица портативными противогазами. — Не разделяться, зачистку вести по часовой стрелке. У хозяйки двухуровневый пентхаус, так что смотрите в оба.
Но смотреть больше не на кого. Зараженные жильцы давно покинули свои жилища, оставив после себя лишь лужи синей субстанции, которую бойцы обходят по широкой дуге.
— Никого нет, — сообщает командиру член отряда, когда с осмотром покончено.
— Плохо. Документы нашли?
Он протягивает командиру тетрадь.
— Это все?
Тетрадь тут же исчезает в прозрачном зип-пакете.
— Так точно.
— Руками ничего не трогать, зачищать будем химией. Заливайте все, что увидите. После — обязательный осмотр. Наступите в эту гадость, я вас лично пристрелю.
Отряд рассредотачивается и в течение последующих двух часов занимается методичным уничтожением грибниц со спорами. Прихваченный с собой реагент, который два года назад показал неплохие детерминирующие свойства, быстро заканчивается, и они переходят на более простую химию: белизну и щелочь, при соприкосновении с которыми лужи спор темнеют, распространяя вокруг себя запах жженой резины, и мельтешение синих точек останавливается.
— Этаж зачистили.
— Точно? Все проверили?
— Да, ничего не осталось.
— А ну-ка, крутанись.
Бойцы расставляют руки в стороны и делают полный оборот вокруг своей оси.
— Чисто, — резюмирует главный и отдает новый приказ. — Уходим по лестнице. Этажи проверяем по очереди. Обнаруженную заразу немедленно уничтожать.
— А гражданские?
— Что в приказе немедленно уничтожить тебе непонятно?
— Срок за предумышленное убийство.
Капитан вздыхает и хочет растереть лицо ладонью в перчатке с обрезанными пальцами, но в последний момент передумывает.
— Если споры их достали, это уже не люди. И людьми никогда не станут.
— Нам это не известно… — пытается возразить один из бойцов, но капитан прерывает его жестом.
— Приказ был простой и предельно ясный: найти и вернуть документы, уничтожить носителей, зачистить территорию. Молитесь, чтобы они не пошли ассимилировать нижние этажи, и наша прогулка не превратилась в тир с живыми мишенями.
Но ни на одном из нижних этажей не были замечены следы присутствия спор. Отряд спустился, не расстреляв ни одного патрона, и с временным промежутком по одному или по двое покинул жилой комплекс, так что уже через тридцать минут документы лежали на столе Глеба Константиновича.
— А Марина? — спрашивает он, с отвращением глядя на тетрадь.
— Дома никого не нашли.
— Вещи?
Капитан качает головой.
— Все на месте, насколько я могу судить.
Глеб Константинович вызывает секретаршу по внутренней связи.
— Ну, что там, Лора?
— Билетов на имя Марины Владиславовны в системе нет. Страну она не покидала.
— Спасибо, — Глеб Константинович вздыхает и смотрит на капитана. — И где прикажете теперь ее искать?
— Могу предположить…
— Не тяни, — он встает и подходит к окну.
Город с высоты тридцать второго этажа похож на кукольный домик, собранный из конструктора. Отсюда легко поверить в свое всесилие и безнаказанность, но Глеб Константинович знает, что это опасные мысли, которые неизбежно ведут любого правителя к гибели.
— Она вернулась в метро.
Он фыркает.
— Не смеши, ты плохо знаешь мою племянницу.
— Водитель сказал, что высадил ее у станции недалеко от дома Валерия Павловича. Мы с ребятами провели небольшое расследование. Если позволите?
Глеб Константинович кивает.
— Пять дней назад Марина посетила квартиру Виталия Павловича. Пробыла там около получаса и ушла в районе половины второго, консьерж подтвердил.
— Дальше.
— Она не стала вызывать такси и спустилась на ближайшей станции в метро, однако, до своей станции так и не доехала.
Глеб Константинович поджимает губы.
— Но в пяти километрах южнее ее и еще одного странного типа подобрал местный таксист. Мы его расспросили, и он сказал, что Марина Владиславовна сначала показалась ему… — капитан мнется, и босс рычит, не скрывая раздражения:
— Давай по делу докладывай, что ему показалось, мне и без тебя ясно!
Капитан выпрямляется и продолжает тоном как ни в чем не бывало:
— Расплатилась за поездку наличными. Таксист высадил их у дома Марины Владиславовны и уехал.
— Что за парень выяснили? Кто он и откуда?
— Нет, ни зацепки, но со слов таксиста очень похоже, что он один из… зараженных.
— Поясни, — вкрадчиво велит Глеб Константинович.
— Он сказал, что видел синие разводы на его руках. Да и сам парень выглядел нездоровым. Дальше его след теряется, но в центральной библиотеке на днях произошел скандал на одной презентации. Проходная книга, но, кажется, наш герой там был.
Капит протягивает Глебу Константиновичу телефон, на котором хорошо видно запись с камеры чьего-то телефона. Девушка обвиняет автора в краже интеллектуальной собственности, потом парень кричит, что кто-то украл его толстовку. В кадре мелькает неоновый жилет работника метро, а потом мимо пробегает парень со светлыми волосами и синими развода на груди и шее.
— Это он?
Капитан кивает, и Глеб Константинович сжимает телефон в ладони.
— Его зовут Игорь. И мне нужна его подноготная… прямо сейчас.