Чтение онлайн

— Соня, не надо.

Так вот как ее зовут. Дурацкое имя девчонке под стать.

— Но она же может помочь! Может, но не хочет! Все они такие, — добавляет она с презрением. — Наворовали больше. чем могут за всю жизнь потратить, а потом никому ничего не должны.

Ее слова задевают меня за живое, и я цежу сквозь зубы:

— Чтобы ты знала, я свое состояние заработала сама. Пока ты в носу ковырялась, я строила успешный бизнес!

— Ага, на папочкины деньги! Думаешь, я не знаю?

Соня порывается снова вцепиться в мои волосы, но Игорь останавливает ее.

— Вам помочь?

Я смотрю на водителя таким испепеляющим взглядом, что он предпочитает молча открыть дверь и больше в странные разборки не влезать.

— Ну и вали! — огрызается Соня. — Когда тебя зомби жрать будут, мы даже пальцем не пошевелим!

— Они не зомби, — кротко замечает Игорь, и водитель закрывает дверь.

А я начинаю смеяться. Мне плевать на Игоря и новую грибницу, на споры и кудрявую дуру, даже на компромат, который может обрушить акции компании в ноль и уничтожить все, над чем моя семья трудилась десятилетиями. Я. Осталась. Жива. И сейчас это все, что меня волнует.

— Трогай!

Я не успеваю подумать о том, где буду сегодня ночевать, как телефон в руке вибрирует, и я принимаю входящий от Олега. Котик, даже не представляешь, как ты вовремя!

— Алло, — мурлычу в трубку, и мой молодой любовник вздыхает.

— Забыла про меня?

— Прости, милый. На работе такой дурдом. А дома… ты меня, кстати не выручишь?

— Что случилось?

— Меня затопили, — вру и не краснею. — Представляешь?

— Разве твой пентхаус не на последнем этаже?

— Ну да, — я барабаню пальцами по обложке тетради. — С крыши и залило. Буду судиться с управляющей компанией. Отказали мне в ремонте и компенсации, представляешь?

Я смеюсь, но перед глазами не потеки на идеальном потолке, а синяя блевотина на дорогом ковре.

— Малыш, это ужасно. Хочешь, я попрошу Славика посмотреть? Есть у меня один толковый юрист, сделает все в лучшем виде.

— Конечно, хочу, милый. А еще хочу…

Я намеренно не продолжаю фразу. Знаю, что он заглотит наживку как миленький, и Олег не разочаровывает.

— И я хочу тебя, кошечка. Какие планы, может быть увидимся?

— Прямо сейчас? Ну, не знаю…

Я оглядываю свою шелковые пижамные штаны и топ с кружевным декольте. На темной загорелой коже ткань выглядит чертовски сексуально. Я действительно могла бы отправиться к Олегу прямо сейчас и, даже если он станет задавать неудобные вопросы, никто не обязывает меня держать перед ним ответ.

— Давай прогуляем работу? Я тоже не поеду в клуб. Встречу тебя, где скажешь, накормлю, сделаю массаж, — его голос льется сладкой патокой, и я улыбаюсь, расслабленно откидываюсь на сиденье. — Снимем твой стресс.

— Это звучит как чудесный план к действию, — мурлычу я в ответ, и Олег оживает.

— Ты согласна?

Различаю искренний мальчишеский восторг в его голосе и понимаю, что обожание этого парня — то, что мне сейчас нужно. К черту зомби, к черту Игоря и его заносчивую кудрявую стерву, к черту их всех.

— Откуда тебя забрать? — спрашивает Олег.

— Просто будь дома, я приеду сама.

Отключаю звонок и диктую водителю адрес, а потом смотрю на тетрадь на своих коленях. Игорь не мог знать, что в ней, но каким-то образом сразу понял, что она особенная. Споры подсказали? Или он тоже замешан в делах Светы?

Я прокручиваю в голове разные сценарии развития событий, но от этого голова болит только сильнее. Мне нужно переключить внимание, и решение найдется само. Просто немного расслабиться. Я думаю про соседку с ребенком и других жильцов своего дома — как споры проникли на закрытую территорию?

Если Игорь прав, и на этом споры не остановятся (Боже, я до сих пор не верю в то, что все это правда!), значит мы все в опасности. Я снова глажу пальцами тетрадь. Это забота военных и эпидемиологов. Моя задача — это сохранение и приумножение семейного капитала. Если пресса узнает, что компания дяди виновата в инциденте двухлетней давности и пробуждении спор, конкуренты нас раздавят.

И налоговая покажется детским лепетом по сравнению со всем остальным. Я снова и снова возвращаюсь мыслями к Свете, ее жениху-депутату и Игорю. Собираю их как пазл, но общая картина получается с натяжкой. Я чувствую, что факты сопротивляются и противоречат друг другу, и набираю Анну, моего личного ассистента.

— Привет, как обстановка?

— Обыск закончили, проверка переместилась на этаж бухгалтерии.

— Другие новости есть?

Анна думает какое-то время, потом отвечает:

— Нет, кроме того, что вас искала Светлана Александровна.

— Пусть еще поищет, — отрезаю я, и Анна соглашается, не задавая лишних вопросов. — И еще кое-что.

— Да, Марина Владиславовна?

— Переведи мои активы в личный фонд. Все, что есть, включая акции.

Вместо привычного “поняла”, Анна молчит. И я считаю про себя секунды, когда до моей исполнительной помощницы дойдет смысл сказанного.

— Что-нибудь еще? — наконец, изрекает она, и я остываю, радуясь, что хоть с Аней мне не придется ругаться.

— Об этом не распространяться.

— Я вас поняла.

Я сбрасываю звонок и наблюдаю за тем, как за окном тащатся машины в соседних рядах, попавшие в пробку вместе с нами. Не хочу думать о плохом, но получается само собой. Если миру грозит апокалипсис, я отказываюсь в этом участвовать. Как говорится, не мое дело.

Но, если компании грозит крах, я стану той крысой, которая побежит с корабля первой без каких-либо угрызений совести.

— Ради нее!?

Соня воздевает руки к небу. Кажется, еще немного, и она начнет рвать на себе волосы.

— Рисковать жизнью ради этой стервы! — продолжает возмущаться Соня, не стесняясь людей вокруг. — Споры точно промыли тебе мозги!

— Это не так. Марина заслуживает спасения не меньше, чем другие.

— Ты рехнулся? Да она бы бросила нас, не моргнув и глазом! Эта тварь в женском обличьи не заслуживает ничего!

— И все же Марина нам нужна, — настаивает на своем Игорь, чем еще больше дразнит и без того взбудораженную Соню.