Чтение онлайн

– Нет, не так…

– Ты… ты не хочешь меня?

Глаза Алфеи вновь наполнились слезами, а щеки заалели стыдливым румянцем.

– Хочу. Но у нас все будет не так, – поспешно объяснил он. – Ты и я. Золотая вязь на запястье… и наша первая брачная ночь под светом холодных звезд, которая будет длиться до самого утра. Все должно быть правильно.

– А все это будет? – спросила Алфея. – Обещаешь?

– Обязательно будет. А теперь тебе стоит немного отдохнуть. Хорошо?

Послушно кивнув, она удобнее устроилась на постели, закрыла глаза и попросила:

– Только ты не уходи, пока я не усну.

– Хорошо.

Успокаивающая настойка подействовала довольно быстро. Все-таки леди Морентон являлась специалистом по зельям, хотя и не любила об этом рассказывать. Уже через пять минут Алфея мирно спала.

– Прости меня, – шепнул Рейган, осторожно целуя ее в лоб.

Она пошевелилась, но не проснулась, лишь тоскливо вздохнула.

В коридоре князя уже ждал советник.

Резкий рывок – и Алайс прижат к стене. Впрочем, он покорно выдержал вспышку своего князя, не предпринял даже крохотной попытки освободиться или убрать руку, которая сжимала его шею, практически перекрывая воздух.

– Ты же утверждал, что верно все расшифровал, что уверен в послании! – прорычал Рейган, с ненавистью уставясь в светло-карие глаза советника.

– Я не лгал. Все было правильно, – прохрипел тот, краснея от недостатка воздуха. – Но кто же знал, что у Морентона есть вторая дочь.

– Она темная! – рявкнул Рейган, с трудом сдерживаясь, чтобы не сомкнуть пальцы сильнее.

– Она Морентон. Сегодня сама Судьба связала вас узами брака.

– Узами брака… ха! – фыркнул он. Это была не свадьба, а фарс. Игра богини, которая решила так жестоко над ними пошутить. – Ты должен это отменить. Моя невеста – Алфея. И именно ей надлежит стать моей женой. Она отправится вместе со мной домой за стену. Алфея, а не эта… девчонка.

Рейган ослабил хватку, освобождая советника. Отступил на шаг, несколько раз сжал кулак и расслабил в стремлении снять онемение в пальцах. Мягкое свечение кожи из-за благословения сейчас раздражало особенно сильно.

– Это невозможно, – прокашлявшись, просипел советник и схватился за стену, чтобы не упасть. – Богиня сделала свой выбор. Ты же видел, что случилось, когда ты попытался взять в жены не ту девушку.

Грохот, трещина в полу и рухнувший мир, разделивший их жизни на до и после.

– Я выбрал ту. Алфея идеальна, – упрямо повторил Рейган. – Из нее получится самая лучшая княгиня и помощница.

– Она не та, и ты это прекрасно понимаешь, – тихо отозвался Алайс.

Князь вновь сжал кулаки и мрачно воззрился на советника.

– И что ты предлагаешь? Силой увезти девчонку? А как быть с ее любовником? Как некромант вписывается в твои планы? Ты же сам настаивал на том, чтобы брачная ночь прошла в замке Оргух-айл. Чтобы кровь Морентон совершила предназначенное.

Пожилой мужчина на мгновение задумался, а потом осторожно поинтересовался:

– А ты уверен, что они любовники?

– Мне все равно, – отмахнулся Рейган. – Франческа Морентон не подходит.

– Подходит. Ты же понимаешь, что если привезешь домой Алфею Морентон, то ничего не получится. Все наши старания будут напрасны.

– А с этой темной получится, да? – огрызнулся Рейган, проведя пальцами по лбу, словно это могло унять разыгравшуюся головную боль. – Да она скорее горло мне перережет, чем позволит коснуться себя. И я, если честно, сам не горю желанием ее трогать. Она же ядовита, как гадюка, и столь же опасна.

– Ее выбрала для тебя Судьба, – напомнил Алайс.

– Промахнулась. Ошиблась. Пошутила.

– Понимаю, ты увлекся Алфеей…

– Увлекся? – прорычал Рейган. – Я сделал все, чтобы полюбить ее. И полюбил. Она милая, очаровательная, добрая, светлая, идеальная. А эта девчонка…

– Эта девчонка – наш шанс на спасение, – с нажимом проговорил советник. – Ладно, ты хочешь отменить выбор богини. Только вот как ты это сделаешь и когда? Ворота закроются завтра на рассвете и откроются лишь в середине третьего месяца. У нас нет времени, Рейган.

– И что ты предлагаешь? Успокоиться и позволить Судьбе разрушить наши жизни?

– Сейчас на кону стоит судьба нашего мира, – тихо напомнил Алайс, глядя в глаза своему князю. – Как думаешь, что следует выбрать? Счастье четверых или существование всего, что дорого? Сегодня от твоего решения зависит все Запределье.

Рейган едва слышно выругался и с силой ударил в стену кулаком, в кровь разбивая костяшки и оставляя кривые трещины. Кольцо вокруг его радужки за короткое мгновение трижды сменило цвет: сначала вспыхнуло золотом, затем потемнело до черноты от боли, которая пожирала изнутри, и на короткое мгновение засияло насыщенно-фиолетовым, пока не стало вновь золотым.

– Что будет с Алфеей? – глухо спросил он.

– Она обретет счастье. Не сразу, но обретет. Судьба сплетет нить ее жизни с другим.

Представив прекрасную Алфею в руках чужака, он испытал горечь и боль. Хотя и не в такой степени, как предполагал. Похоже, Рейган любил невесту, но не так сильно, как хотелось бы. Алайс был прав: он князь. А князь всегда действует не в своих интересах, а в интересах своего народа.

– Прости меня, родная, – сдавленно прошептал Рейган.

Выпрямившись, он нацепил на лицо привычную маску равнодушия. Настало время принимать решение.

Франческа

В просторном кабинете в самом дальнем углу третьего этажа императорской резиденции царила поистине кладбищенская тишина.

Хотя, наверное, здесь было даже тише, поскольку на кладбище все же имело место своеобразное веселье: туда-сюда летали вороны, периодически издавая зловещее карканье, хрипло выли вурдалаки или скреблись неверно упокоенные зомби, пытаясь выбраться из могил. По кладбищам вечно слонялись некроманты, переговариваясь между собой. Даже по ночам сторожа отлавливали двух-трех особенно отчаянных.

В кабинете же было тихо. Очень тихо и тревожно.

Я вместе с Алексом сидела на коричневом кожаном диване. Напротив нас на таком же диване устроился князь с советником. Родители расположились в креслах с левой и правой стороны.

Алфеи и Андреаса, к счастью, не наблюдалось. Брата я любила, но… мы были слишком разными. Сестру же я не чувствовала себя готовой видеть. А еще мне совершенно не нравилось, что, ничего страшного не сделав и став заложницей обстоятельств, я ощущала себя виноватой.