Навязанная жена. Нелюбимая
Шрифт:
– Хорошо, – легко согласился Рейган и снова схватил кружку с чаем. – Значит, так и поступим. Разойдемся до весны. Но я бы все равно настоятельно рекомендовал вам не уезжать сейчас из резиденции. Подождите до утра.
– Хорошо, именно так мы и поступим, – заметно расслабившись, кивнул Алекс и взял меня за руку.
Я же посмотрела на князя.
Мне почудилось или он чересчур легко согласился? Даже не стал возражать. Хотя… какие могли быть возражения? Он любил Алфею и мечтал ее видеть своей женой. Я же любила Алекса. Мы ведь даже не нравились друг другу. Еще вчера я обвиняла его во лжи. Такой брак не нужен был никому из нас. Только вот почему от непонятной тревоги так сжалось сердце? Почему я не могла ему поверить?
Дальше мы обсудили, что и как будем делать. Я обещала отчитываться перед отцом два раза в неделю, а если найду что-то стоящее – немедленно сообщить. То же самое пообещал сделать отец.
– Мы обязательно найдем способ расторгнуть этот брак, – уверил он меня.
Расстались мы с навязанным мужем легко и просто. Никаких лишних вопросов и фраз. Просто попрощались и разошлись. И от этого мне стало еще тревожнее. Как будто я что-то упускала, но что именно, не могла понять.
А вечером перед самым сном меня решила навестить мама. Позади нее обнаружились две служанки. Одна несла поднос с чайником и чашками, а вторая – с ароматной выпечкой и конфетами.
– Пустишь? – неловко улыбнулась она.
– Проходи, конечно.
Я уже успела принять ванну и переодеться в любимую пижаму. Волосы, еще влажные после купания, расчесала, но сушить с помощью магии не стала, позволяя им просохнуть самостоятельно.
– Знаешь, мы ведь с тобой так и не поговорили. Ты здесь уже два дня, а я… так была занята свадьбой Алфеи, что не уделила тебе должного внимания.
– Ничего страшного. Я привыкла.
Поставив подносы на низкий столик, служанки быстро удалились. А мы застыли друг против друга, мучаясь от неловкости. Матушка тоже успела переодеться в простое платье красивого сливового цвета, лиф которого был украшен вышитыми цветами. А вот прическа осталась все такой же сложной и запутанной.
– Я была плохой матерью для тебя, Франческа, – неожиданно заявила она и всхлипнула, повергнув меня в шок и панику.
Если честно, материнские слезы меня нисколько не удивляли и не пугали. Она всегда была крайне сентиментальной. Положа руку на сердце, меня не назовешь идеальной дочерью. Я часто доставляла неприятности. Однако леди Морентон никогда не плакала вот так… из-за чувства вины по отношению ко мне.
– Ничего подобного, – поспешно заверила я. – Ты всегда была прекрасной матерью. И сейчас тоже…
Получилось не очень искренне, и она это сразу уловила. Всхлипнула еще громче и быстро зашептала:
– Прости меня, Франческа, прости, если сможешь.
Теперь я по-настоящему встревожилась. Только этого мне не хватало для полного счастья! Я понятия не имела, как быть и что делать.
– Мне не за что тебя прощать. – Я сделала шаг вперед и осторожно обняла ее. – Все хорошо. Правда.
В следующую секунду я громко крякнула от натуги, когда мама обняла меня так сильно, что я едва не задохнулась.
– Какая же ты у меня хорошая, – прорыдала она у меня на плече.
– Мам…кхе-кхе… давай мы с тобой присядем… выпьем чай.
– Да-да-да, ты совершенно права, – разжимая объятия, прошептала она. – Давай выпьем чай и поговорим.
Она наскоро вытерла слезы, опустилась в кресло и, как ни в чем не бывало, принялась разливать ароматный напиток.
– Как мать с дочерью.
– Хорошо, – пробормотала я, присаживаясь в соседнее кресло.
Мама протянула мне чашку с чаем, которую я с благодарностью приняла.
– Мне стоило уделять тебе больше внимания, Франческа, – сделав крохотный глоток, посетовала она.
– Не говори ерунды, ты всегда уделяла мне много внимания.
Гораздо больше, чем требовалось.
Именно мама возила меня по источникам и храмам. Именно она отчаянно искала способы сделать меня светлой. Тогда я бы многое отдала, чтобы этого самого внимания стало меньше и мне дали спокойно жить.
– Ты злишься на меня? – вздохнула она, словно прочитав мои мысли.
– За что?
Я тоже сделала глоток чая. Сладкого, ароматного, с привкусом летних ягод… и чего-то еще… но я никак не могла понять чего.
– За то, что я так и не смогла принять тебя такой, какая ты есть.
– Мало кто смог бы принять первого темного ребенка за много столетий, – хмыкнула я.
– Какая разница, какого цвета твоя магия! В первую очередь ты наша дочь. Я так стремилась поменять тебя, сделать правильной, что совершенно забыла спросить, чего хочешь ты. И ты сбежала.
– Просто поняла, что так будет лучше. – Я отвела взгляд. – Для всех нас.
Наклонившись, взяла с тарелки одну из шоколадных конфет, внутри которой оказался чернослив. Откусила кусочек и тут же отложила в сторону. То ли я отвыкла от сладостей, то ли у них изменился вкус. Хотя, наверное, у меня просто расшалились нервы.
– Ты права, – вздохнула матушка и неожиданно призналась: – Только когда ты пропала, я поняла, как сильно портила тебе жизнь.
– Ты не портила, а пыталась мне помочь, – возразила я, испытывая все большую неловкость от разговора.
– Это меня не оправдывает. Что я за мать, если не смогла понять и принять своего ребенка? – Почему-то от ее слов сожаления мне стало еще более неловко и душно. Неуверенно улыбнувшись, я слегка оттянула ворот пижамы в попытке увеличить приток воздуха. Еще и так некстати загорелось лицо. – Но я хочу сказать, мы не забыли тебя и не потеряли. Все эти годы мы с отцом наблюдали за тем, как ты живешь в Свободных землях.
Не скажу, что я сильно удивилась, услышав это.
– Мы очень гордимся тобой, Франческа, – мягко улыбнулась мама.
– Спасибо, – отозвалась я и снова сделала глоток.
Чай почти закончился, и матушка тут же наполнила кружку свежей порцией.
– Чтобы наша беседа была такой же теплой как этой чай, – с улыбкой произнесла она.
Мне оставалось лишь согласно кивнуть.
– Он красивый, – вдруг заметила матушка и пояснила: – Вермонд. Красивый темный маг, сильный, с чарующим блеском в глазах. Неудивительно, что он привлек твое внимание. Плохие парни всегда привлекают.
– Ты так говоришь, как будто сама увлекалась темными, – со смешком отозвалась я.
И уж точно не ожидала, что она смущенно улыбнется и кивнет.
– Так и есть.
– Что? – ахнула я, от неожиданности едва не расплескав чай.
– Это будет наш с тобой маленький секрет. Я никому об этом не рассказывала. – Мама потеребила золотой кулон на груди. – Мне только-только исполнилось восемнадцать. Мой отец, твой дед, принимал послов из Свободных земель. Тогда-то я и познакомилась с одним темным. Он был красив, богат, загадочен и невероятно притягателен. Я едва не потеряла голову.