Чтение онлайн

Опубликованные в последние годы сведения показывают, что защитники Гродно, попав в западню, пытались вырваться из нее, чему препятствовали войска Красной Армии. Так, например, в 5 часов 22 сентября танко-артиллерийский отряд майора Ф. П. Чувакина перехватил польскую часть, шедшую из Гродно в гродненскую крепость. Поляки приняли бой и дрались храбро: в отряде Чувакина было 11 убитых и 14 раненых, поляки бутылками с зажигательной смесью сожгли 4 танка БТ-7. Из одного загоревшегося танка выскочил экипаж в составе красноармейцев Сатковского, Шиталко и Шатко и сдался полякам в плен…{90}

Город, конечно, удержать не удалось. Новые хозяева Гродно расстреляли на месте около 300 его защитников{91}. По приказу комиссара отряда Григоренко (из отряда майора Ф. П. Чувакина) плененного командира польского корпуса № 3 генерала Й. Олышину-Вильчинского и его адъютанта также расстреляли без суда{92}. Из документов 1939 г. видно, что расстрелы имели место в Августицах, Хородове, Добровицах, Гайях, Грабове, Комарове, Полесском Косове, Львове, Молодечно, Ошмянах, Роханыне, Свислочи, Волковыске, Злочеве и др.{93}

В направлении Бреста, согласно польским источникам, двигалась 52-я стрелковая дивизия полковника Кузьмина. Захватив Давид-Городок и Лунинец, она получила новую задачу: продвигаясь вдоль Ясельды, в направлении Пинска, захватить все переправы через реку, а затем и сам город. Зная из донесений разведки, что польские войска отступают на юг, Кузьмин выделил для захвата часть своих сил: разведывательный батальон, танковый батальон и 2 батареи противотанковых орудий{94}.

Польских солдат, как следует из данных, опубликованных в журнале «Радавод» (Брест, 1999), в городе действительно осталось мало, так как основная часть, подчиняясь приказу командования, отступила на юг. Но тех, кто еще не успел уйти из Пинска, должны были прикрывать силы Пинской речной флотилии, командир которой — командор Витольд Зайончковский — еще 18 сентября отдал приказ № 1, согласно которому военные моряки должны были заминировать все мосты в Пинске, Городище, на Ясельде и Королевском канале. Корабль «Генерал Шептыцкий» должен был как можно дольше поддерживать огнем своих орудий отход польских частей из Пинска, а после захвата города команда должна была взорвать корабль. Та же задача ставилась и другим судам. Естественно, что и судьба их была одинакова.

Утром 20 сентября, двигаясь по течению Ясельды, отряд, направленный для захвата Пинска, наткнулся в районе д. Дубновичи на польских пограничников, двигавшихся в сторону Пинска. Пограничников окружили и разоружили. К 15.00 подразделения РККА достигли района железнодорожного моста через Ясельду, который был уже заминирован. Мост этот был чрезвычайно важным, так как именно через него лежал путь на другой берег, где располагался Пинск. Командир отряда поставил перед комендантом города ультиматум: если мост не будет разминирован, то город сровняют с землей артиллерийским огнем. Власти города, ставшие в одночасье заложниками советского военного командования, спасая от неумолимой смерти десятки тысяч горожан — стариков, женщин и детей, — уведомили советского офицера, что мост взорван не будет.

Едва танковый батальон РККА вошел в город, как из окон костела раздались пулеметные очереди. В ответ костел был подвергнут обстрелу из пулеметов и 45-миллиметровых орудий. От артиллерийского огня костел загорелся. К 20.00 сопротивление было подавлено. Всю ночь в Пинске раздавались выстрелы: это местные жители из своих домов револьверным огнем встречали «освободителей»{95}.

После падения Пинска началось уничтожение и затопление судов Пинской речной флотилии (ПРФ). «Адмирал Шерпинэк», судя по сообщениям западной печати, затопили на Горыни, в 8 км от ее впадения в Припять. На самой Припяти были взорваны: «Генерал Сикорский», «Генерал Сосиновский», «Нептун», «Кильньский», «Торунь», «Гетман Хадкевич», «Пинск», «Городище» и «Варшава». Около деревни Особовичи взорвали монитор «Вильно», «Генерал Шептыцкий» сожгли в 6 км от Пинска. На реке Струмень были затоплены «Быстрая» и «Дерзкая». Последним уничтожили монитор «Краков» и канонерку «Яростная»{96}. Всего затоплено в Припяти и Пине было 54 корабля: 26 боевых, 5 мониторов, 2 канонерки, 15 вооруженных катеров, минногазовое судно, 3 речных тральщика{97}. Поднимут корабли, как следует из исследований белорусских историков, в конце года. Так, корабли «Городище» и «Торунь» станут «Бобруйском» и «Винницей», «Пинск», «Варшава» и «Краков» — «Житомиром», «Витебском» и «Смоленском». Все они войдут в состав ВМФ СССР (Днепровская флотилия){98}.

Что касается команд кораблей, то они, сформировавшись в 2 батальона морской пехоты, выступили маршевой колонной в сторону Бреста. К ним присоединилось городское население: учителя, врачи, чиновники, полицейские. Всего в пути находилось до 4 тысяч человек. 22 сентября колонна разделилась на две части: одна направилась к Бресту, вторая — на Ковель. Откуда им было знать, что в войска Белорусского и Украинского фронтов поступила директива, потребовавшая закрыть польско-румынскую границу и «не допустить ни в коем случае ухода польских солдат и офицеров из Польши в Румынию»{99}.

Из официальных документов следует: 23 сентября отступающие в Брестском направлении были окружены советскими танками. В сопровождении конвоя всех погнали в Мокраны. Офицеров и подофицеров, обыскав, закрыли в школе, оборудованной под тюрьму. Начались допросы. Чекисты, используя весь арсенал апробированных ранее методов и средств, обещая сохранить жизнь, добивались одного: где корабли? Флотские молчали. Пытки продолжались двое суток. О дальнейшей судьбе пленных офицеров расскажет позже Ян Собирай, служивший тогда боцманом на «Адмирале Шерпинэк»:

Данное злодеяние, массовая казнь военных моряков, подтверждается и российскими источниками. В книге Ю. Мухина «Антироссийская подлость» об этом сказано так: расстрелу без суда подверглись в Полесье 150 офицеров{101}.

На основании бесспорных доказательств можно сделать вывод: трагедия в Мокранах — один из первых массовых расстрелов военнопленных (также как и в Гродно) — ярко и в полной мере отразила политику геноцида Кремля и стала закономерным прологом следующего, более чудовищного, преступления в Катыни.

Вторая группа, которая, как мы уже отмечали, направлялась в сторону Ковеля, дошла до д. Нуйно, где остановилась на ночлег. Внезапно налетели советские самолеты. Началась бомбежка. Погибли тысячи людей. В основном это были женщины, старики и дети: белорусы, поляки и евреи. Произошло это, согласно польским источникам, 22 сентября 1939 года{102}. Что тут можно сказать?.. Факты свидетельствуют, что именно Советский Союз, а не Германия, совершил первый во Второй мировой войне варварский акт геноцида против мирного населения — коммунисты устроили массовое убийство стариков, женщин и детей, проживавших на территории Западной Беларуси.