Чтение онлайн

Таков весь мой военный план. Приказ к отходу дан

Старшинам городским[381]».

Лесса 138

Придя к старшинам городским, гонец сказал о том,

Что войско нужно отозвать[382] и отпустить добром

Всех мирных жителей Мюре, всех рыцарей и дам,

И впредь вреда не наносить ни башням, ни домам.

5 Король, который сердцем добр, а нравом — прост и прям,

Что по рожденью своему король всем королям,

Сказал, что нынче под Мюре Монфор прибудет сам.

Бойцы из войска горожан ушли к шатрам своим[383]

И насыщали плоть свою, как то угодно им,

10 И было время отдохнуть и знатным, и простым.

Но вскоре с правой стороны, коль встать к Мюре лицом,

Блеснули шлемы и щиты, клянусь, таким огнем,

Как будто поле у реки покрылось хрусталем.

Хоть был тот рыцарский отряд и невелик числом,

15 Но каждый воин был знаком с военным ремеслом.

Впервой столь грозные бойцы сошлись в строю одном,

Впервой столь дивных скакунов свет видел под седлом.

Французы через главный вход проехали верхом,

В Мюре был каждый житель рад им предоставить дом,

20 Снабдив, как дорогих гостей, и снедью, и вином[384].

Но я продолжу свой рассказ. Уже назавтра днем

Король, кого бы я назвал великим королем,

Знатнейших воинов своих собрал перед шатром:

Юк-сенешаль, Фуа, Комменж — все находились там,

25 И граф Раймон, что мудр и смел, как то известно вам;

Нашлось там место господам, но и не только им,

А и посланцам горожан, купцам, мастеровым;

И первым встал король.

Лесса 139

Битва при Мюре

Король встал первым, ведь с людьми он говорить умел.

«Сеньоры, — людям рек король, — граф де Монфор посмел

Наш вызов рыцарский принять, войти в Мюре рискнул.

И будь что будет, лишь бы враг от нас не ускользнул...

5 Еще до ночи грянет бой. Мир злее сеч не знал!

Так бейте ж грозного врага, валите наповал,

Дабы в бою и ваш отряд от вас не отставал,

И час победы над врагом быстрее наставал».

И так сказал Тулузский граф, когда черед настал:

10 «О сир! Коль вы хотите знать, что скажет ваш вассал,

То вот что я бы в этот час исполнить приказал.

Не нужно долго говорить, сколь враг свиреп и зол...

Давайте вкруг своих шатров поставим частокол:

Когда бы недруг одолеть преграду захотел,

15 То стали б воины врага добычей наших стрел

И мы бы гнали остальных по грудам мертвых тел».

«О граф, — воскликнул дон Микель, — да кто вам право дал

Столь сомневаться в короле? И кто б из нас не стал

Встречать врага лицом к лицу? Господь бы не простил,

20 Когда б из трусости король победу упустил».

«Что я могу еще сказать? — вновь граф заговорил[385]. —

Когда мы грянем на врага, являя ратный пыл,

Весь мир увидит, кто из нас презренным трусом был!»

«К оружью!» — тут раздался крик, и всяк свой меч схватил.

25 Бароны шпоры в скакунов вонзили что есть сил,

Спеша в погоню за врагом, что в город уходил.

Сдается мне, что хитрый враг сию атаку ждал,

Войти в ворота за собой как будто приглашал.

И створ распахнутых ворот сраженью не мешал[386].

30 Тот бил противника копьем, тот тяжкий дрот метал;

И с той, и с этой стороны никто не уступал.

Покрылась кровью вся земля, и створ ворот стал ал.

Но дело кончилось ничем, никто не победил:

Тулузцы в лагерь отошли, враг в город отступил.

35 Настало время отдыхать...[387] Баронов зной томил.

Но тут тулузцев граф Монфор в ловушку заманил.

Он повелел седлать коней, к атаке дал сигнал,

И каждый рыцарь скакуна взнуздал и оседлал.

Граф недостаток сил и средств коварством возместил.

40 Он войско вывел из ворот и с Богом отпустил,

Однако прежде вот о чем баронам возвестил:

«Внемлите, рыцари мои! Враг нас врасплох застал.

Какой могу я дать совет? Ведь я вас всех призвал

Затем, чтоб каждый шел вперед и жизнью рисковал!

45 Глаз не смыкая ни на миг, я в эту ночь не спал,

О деле думал до зари, до света размышлял...

И вот, сеньоры и друзья, какой я план избрал:

Спешите к лагерю врага, пересекая дол,

Дабы тулузцы, увидав сих копий частокол,

50 Все разом бросились на вас, ища себе похвал,