Песнь о крестовом походе против альбигойцев
Шрифт:
Как мог так поступить Монфор? Весь мир в недоумении,
В нем зла прибавилось на треть, а то вдвойне, не менее.
Ведь был так набожен виконт, столь чтил богослужение,
40 Как не бывало и в твоем достойном окружении.
Монфор же властвует над тем, кому принес страдание...
Прошу тебя, не допусти такое злодеяние,
Наследство мальчику верни[428], употреби влияние.
Ты ввел в сомнение меня, мой разум в сокрушении,
45 Коль правде помогаешь ты, так отмени решение,
Не то в день Страшного Суда я вспомню прегрешение!»
О справедливости святой рек Папа в заключение,
Добру воздать пообещал, обдумав положение,
И с клиром в собственном дворце устроил совещание.
50 Остались в зале только те, кто ныне был в изгнании.
«Мы потрудились хорошо, — сказал всем на прощание
Комменж, — и можем отдыхать. Свершатся наши чаянья,
Коль Папа даст ответ».
Лесса 147
Боясь, что Папа даст ответ не в пользу тайных ков,
Забыли разом честь и стыд иные из попов.
В печали Папа вышел в сад, скрывая боль и гнев...
Весь клир изгнанников ругал, слюной наполнив зев:
5 «Сеньор, коль рыцари Креста уйдут от наших нив,
Считай, что мы уже мертвы, себя не сохранив,
Отдай Монфору этот край, он в битве не ленив».
«Судите, — Папа отвечал, — одной лишь вере вняв!»[429]
И Папа, Библию раскрыв, прочел в одной из глав
10 О том, что к добрым берегам плывет Тулузский граф[430].
«Сеньоры, — Папа отвечал, прелатов укорив, —
Граф верит так же, как и вы, и путь его не крив,
Нет оснований никаких, наследных прав лишив,
У графа земли отбирать, но мой ответ таков:
15 Пускай владеет граф Монфор землей еретиков,
Всей, от Ниора до Пюи[431], до дальних уголков,
Пусть он их замки заберет под власть своих клинков,
Но только я ему не дам земель сирот и вдов».
Согласен с этим был весь клир, Монфору порадев.
20 И взял весь край Симон Монфор, который храбр как лев,
Но смерть в Тулузе он нашел, судьбы не одолев.
Восстали Рыцарство и Честь в сиянье новых слав;
И так, как вера нам велит, был рад, сие узнав,
Пельфор[432], а не Фолькет.
Лесса 148
Папа решает передать земли графов Тулузских Монфору
Не сьер Пельфор, но лжец Фолькет перед собраньем встал.
Смиренно к Папе обратясь, он так ему сказал:
«Святейший Папа! Ты — оплот, хранящий нас от зол,
Тебе великие права дает Святой Престол,
5 Так что ж над рыцарем Креста творишь ты произвол?
Сей воин — Церкви верный сын, за Церковь кровь он лил,
Ты сам его благословлял, к нему благоволил,
А ныне хитростью своей убытки причинил.
Монфор рутьеров убивал, грехи и ересь гнал
10 И много именем Христа земель завоевал.
Монфор священную войну с врагами веры вел,
А ты Тулузу от него отъял и отколол,
По землям честных христиан провел ему предел,
Один лишь край еретиков ты дал ему в удел[433],
15 К тому ж из перечня изъял тех, кто осиротел.
Решенья хуже и глупей доселе мир не знал!
Ужели славный граф Монфор теперь в немилость впал,
И ты здесь втайне ото всех интригу затевал?
Я полагаю, граф Раймон тебя околдовал,
20 Ведь ты Раймона и других сынами Церкви счел,
И Благочестья увидал над ними ореол,
И у Монфора отобрал все то, что тот обрел.
Ты столь Монфора ущемил, ему столь мало дал,
А у наследников, считай, и крохи отобрал;
25 Нет, ты отдай ему весь край, а не клочок, что мал.
Тот край коснеет во грехе. Мне будет свет не мил,
Коль, зная то, что лжив народ и веру позабыл,
Я в исправлении лжецов не проявлю весь пыл.
Пройдет по краю огнь и меч, оставив груду тел,
30 А коль Монфора упрекнешь ты из-за этих дел,
Весь мир увидит, сколь к друзьям ты, Папа, охладел».
И рек тогда достойный Ош[434], который век не лгал:
«Столь веским словом, господа, я б не пренебрегал;
Будь власть у графа, он бы нас от бед оберегал!»
35 Примасы в ризах золотых и в митре кардинал —
Все стали Папу убеждать, и каждый так сказал:
«Права Раймона защитив, ты всех нас наказал.
С амвона храмов и церквей всех городов и сел
Мы говорили, что Раймон путем греха пошел,
40 За то владений родовых Господь его лишил».